Отзывы о книге Мэбэт
TheHaze7 апреля 2018Безусловная любовь не бесплатна
Сейчас мне предстоит ставить диагноз богу, и пусть вас не смущает, что я - последнее звено пищевой цепочки.
Мне довелось двигаться вдоль жизни Венца Творения не намного дольше, чем то удавалось моим собратьям. Но я видел людей всякими, я сам претерпел огромное множество метаморфоз, так что, пожалуй, я знаю, о чем говорю.
Я, как и все мы, был рожден, когда старый тюфяк-фермер пришел к выводу, что мой Отец - белоголовый телёнок Маврикий (так звала его дочь хозяина) достаточно толст для убоя. Возможно, Маврикий был тёлкой, этого я узнать не успел. Когда последние нервные импульсы из умирающего мозга Отца достигли моего обиталища, я понял, что отныне я один.
Солнечные луга сменились бетонными коробками, слепни сменились мухами и бактериями, фермеры - людьми в белых халатах. Мое же непосредственное окружение - шкура и мышцы заднего бедра Маврикия потеряли всякие очертания, смешались в однотонную массу, которая заметно увеличилась в объеме, после вмешательства людей в белых халатах. Меня мяли, рвали, резали, то охлаждали, то снова грели, и в конце концов наступила вечная мерзлота. Правда, жаловаться не приходится: новая курточка из мягкого теста пришлась как раз по размеру и с ней холод уже не доставлял неудобств.
По мере моего становления я слышал много разговоров, споров и всякое, что моему уровню развития непостижимо. Но из этих бесед я понял, что у моего существования есть Цель. К новой жизни я привязался и долго переживал о повышении перчильщицы Катеньки до старшего технолога: ее руки коснулись меня лишь однажды, когда она, пока никто не смотрит, спрятала под мою курточку много-много жгучего перца, нарекла меня Счастливым и пожелала мне это счастье "принести". Куда принести - уточнить не успела - ее ритуал оказался под угрозой быть раскрытым. Я очень рассчитывал увидеться с нею вновь.
То, что я узнал и о чем собираюсь судить нашло меня на середине моей, если так можно выразиться, земной жизни. Тогда я, вместе с отрядом таких же избранных покинул завод в небесно-голубой пачке с толстым шеф-поваром на лицевой стороне. Долгое время я провел, глядя в потолок торгового зала через заляпанное стекло морозильника. Пару раз меня перекладывали - сначала старушенция, поморщившая нос, взглянув на цену, потом - девчушка в красной кепке, переклеивавшая ценники со сроком годности. Во время какой-то грандиозной распродажи меня взял к себе человек, который морщиться, глядя на цену, не стал, а даже улыбнулся и потёр руки. Я понял, что мое предназначение вот-вот явит себя миру.
На заводе поговаривали, что после покупки нас ждет рай по заслугам: кого-то горячая ванна, кого-то - расслабление в парилке. Был вариант и для грешников - раскаленное масло, а те, чьими Отцами были курицы, угождали в самое адское пламя - пиццу с ананасами. Правда, что конкретно нужно было не делать, мне никто не сказал, но я был уверен, что ничего такого мне все равно не грозит. Для меня было уготовано что-то получше, и мой главный пропуск в этот мир - большая черная щепотка жгучего счастья - хранился у меня за пазухой, что очень раздражало моих товарищей. Те, что подружелюбней, советовали мне ложиться как можно аппетитней и тогда, мол, нас и купят подороже и ванну устроят поуютнее... я не слушал. Остальные просто норовили посильнее тереться о меня, чтобы моя курточка поизносилась и стала ни на что не годной.
Через время я снова увидел Катеньку в доме Человека. Он извлек меня из вечной мерзлоты, положил упаковку на стол и принялся готовить ванну, о которой так мечтали мои товарищи. Катенька делилась, что загадала желание, и, если окажется, что пачка "та самая", то желание сбудется. Правда, что за "та самая пачка", Катенька отвечать отказывалась, но я-то знаю, что дело во мне. Человек перестал уговаривать девушку, нажал на кнопку на черном ящике и зазвучал грозный человеческий голос, вещавший историю о каком-то Любимце Божьем. Разумеется, я проникся к любимцу сочувствием, на какое только способен.
Очень классическая история "Я его любила, а он - козел", таких я наслушался от Катеньки и ее подруг за те пару дней, что провел в цеху. Под раздачу шли все: мужья, приятели, сыновья и даже коллеги по работе. Таких историй, как пельменей в пищевой промышленности - пруд пруди. В данном случае, правда, он - не козел, а росомаха. Что им, историям, что нам - чтобы запомниться, надобно облачаться во что-то классное или становиться частью чего-то еще (как то - сметана или бульон, или толстый шеф-повар на упаковке). "Жизнь, выжженая на шкуре, пропитанная дымом костра, щекочущая пером белой птицы, подаренным малышу для его первой стрелы. Начинка из непризнанных женских стараний, самоотверженных жертв, которых никто не видит, облаченная в темно-коричневую в сизом налёте этническую глазурь. Вот, что значилось бы на ценнике этого повествования. Как эскимо "Бомба" - неожиданно органично. У нас на заводе такое называлось "от шефа" или еще как-нибудь так. Таким был я.
Как бы я описал услышанное?.. -"Моя любовь безусловна, но ты заплатишь.." - когда над самоотверженными "светлыми порывами" берет верх Отчаяние, что авторство сих порывов никому не интересно. Отчаяние бросает в воздушный замок горючую смесь, называемую "Ах, так?!". Это было сказано Любимцу Божьему, это были и последние слова Катеньки, до того как я погрузился в вечную темноту мусорного ведра.
Вообще, жертвы непризнанных гениев заканчиваются хорошо не так часто, как то видится этим самым гениям. Так случилось и с даром Катеньки: счастье, которое она спрятала мне под курточку, было отвергнуто... После погружения в горячую ванну (кое было не таким уж и райским), я оказался в тарелке, ближе к Человеку. Об этом позаботилась Катенька: сквозь ставшую полупрозрачной курточку большая щепоть перца стала видна темным пятном, выделяя меня среди остальных, она это заметила и, таинственно улыбаясь, увенчала мной гору моих братьев. Когда человек столкнулся со всем тем Счастьем, что ему было уготовано - я видел это сквозь частокол зубов - улыбка сошла с Катенькиного лица. Слова, какие мне приходилось слышать только от пьющих мужчин в цеху,!извергались из глубин Человека и вытолкали меня (надо признаться, не в лучшем виде) обратно на тарелку. Я понял: таких "особенных" у Катеньки было много, по одному особенному на небесно-голубую пачку. Она попросила Человека принести именно "голубых" пельменей домой, чтобы устроить сюрприз - возможность притянуть удачу за хвост. Как ей пришло это в голову? - по причинам и логике, известной одной только Катеньке. Человек был зол, человек кричал и поносил Катеньку за ее дурацкие суеверия. Он вопрошал, кто вбил в голову девушки, что щепотка перца делает пельмень счастливым, что кого-то это может обрадовать? Он говорил еще что-то о матери Катеньки, но этого я не понял, да и разве это важно?..
Теперь я пожеван и брошен в мусор, теперь до меня никому нет дела, мои товарищи отправились вслед за мной из подозрений, что они такие же уродцы, как и я, игрушки в бессмысленных забавах людей.. И кому, КОМУ, спрашивается, это было нужно? Как нелепо кончилась моя жизнь, как бессилен я перед неисповедимыми намерениями человеческими... сквозь пластмассовые стенки моего нового обиталища я слышал, как уже полюбившийся мне герой воскидывал руки к небу и произносил вслух мои мысли...
ах, если бы я только знал.. Если бы знал тот несчастный, что его богине просто нужно было внимание. Если бы нам обоим хватило смелости посмотреть в глаза правде, поискать, откуда у этого безусловного счастья ноги растут... Безусловная любовь тоже не бесплатна Бедный, бедный Любимец Божий. Не тем богам ты понравился.
6 понравилось180
Комментарии 0
Ваш комментарий
, чтобы оставить комментарий.
Комментариев пока нет,
ваш может стать первым