Рецензия на книгу

• 

  pozne17 марта 2018 г.

  Сколько горькой иронии в том, что «Отец Горио» входит в цикл произведений с общим названием «Человеческая комедия». Боль, горечь, отчаяние, слёзы бессилия сковывают горло при чтении этой истории. Беспредельное и всёпрощающее отцовское обожание породило монстров в прелестном женском обличье, монстров, которым деньги, наслаждение, статус важнее, чем жизнь своего отца. Папаша Горио жизнь потратил на то, чтобы сделать обожаемых Фифину и Жази счастливыми. Сначала добился успеха, стабильного финансового положения, потом положил все свои достижения на алтарь любви, а затем по частям разорвал и раздал сначала свои деньги, своё имущество, а затем и самого себя. А им всё было мало. И до последнего дыхания цедили они из него невозможное, «благодаря» его за любовь равнодушием и презрением.
  Талантливый автор, как на тарелочке с голубой каёмочкой, преподносит парижское общество читателю: на, мол, кушай и не облопайся. А оно, это общество, переливается всеми красками богатства и нищеты, жадности и щедрости, безразличия и страсти. Все цепляются за место под солнцем зубами, толкаются локтями, брыкаются ногами. В приоритете эгоизм, мишура и деньги. Для искренней любви открыты лишь немногие сердца.
  История носит название «Отец Горио», хотя по-настоящему на центральный план выходит студент Эжен де Растиньяк, жадно берущий уроки светской жизни. Что ни день, то урок, что ни человек, то картинка. А Эжен, так стремиться блистать в обществе, сорить деньгами, внушать любовь молоденьким кокеткам, что любой персонаж – от нахлебника в пансионате мадам Воке до столпов общества - и его история в строку. Только вот попахивают эти истории не очень приятно. А поскольку Растиньяк сквозной персонаж для «Человеческой комедии», окончательный выбор ещё не сделан.
  Огромное достоинство классики в том, что она заставляет оглядываться на себя, на свою жизнь. Читать от этого проще не становиться, хочется крепко-крепко зажмуриться и не признаваться себе самой, что и ты когда-нибудь словом, или взглядом, или, того хуже, равнодушие на шаг приблизилась к дочерям папаши Горио.

  31

  1,4K