Рецензия на книгу

Шут

Юрий Вяземский

• 

  varvarra12 февраля 2018 г.

  История болезни Шута

  Опасности подстерегают нас,
  Тревожна наша жизнь и нелегка,
  И ранят иногда больней ножа
  Невинные проделки шутника.

  Очень необычный рассказ по всем критериям, параметрам, рождающимся при чтении вопросам и эмоциям.
  По методу изложения: история Шута представлена как бы двумя рассказчиками - самим Шутом и автором, который не просто переводит дневник, объясняет некоторые выражения, но и дополняет своими личными воспоминаниями. Чувствуется связь между этими двумя авторами. Возможно, две ипостаси одного человека.
  По чрезмерным преувеличениям. Прежде всего, это касается главного героя. Да, переходный возраст - очень сложный период в жизни подростка. Шуту - пятнадцать. Хотя, нет, Шуту всего шесть, а пятнадцать Вальке Тряпишникову, но оставлю пока эти нюансы. На протяжении небольшой повести мы наблюдает три резких перерождения героя. Они происходят без всяких мягких переходов. Жил себе мальчишка, умный, рассудительный, добрый, справедливый, решительный. И учился отлично, и пять километров каждый день бегал, и комната у него с тренажерами, и родители достойные. И вдруг в один момент превратился в жестокого и самовлюблённого Шута с девизом по жизни: "Нащупай, отними, и твоя сила станет неизмеримой". С разработанными приёмами "шутэнами" и стройной системой:

  
  

  • Жизнь – это непрестанная борьба, в которой каждый борется своим оружием. Умный – своим умом, сильный – силой, подлый – подлостью и т. д. Шут разит своей Системой.
  • Шут атакует сильных и защищает слабых, но и слабым не дает садиться себе на шею, держит на расстоянии и в уважении к себе.
  • Шут ни за что не может себе позволить выглядеть смешным.
  • Шут никогда не вызывает на шутэ противника, о котором не имеет представления. До тех пор, пока Шут не нащупает у него болевых точек, он лишь ставит блоки и уворачивается от ударов.
  • Шут никогда не врет. Сила его в том, что он всегда говорит правду. Воистину нет ничего больнее Правды.
  • Исследуя своего противника, Шут относится к нему как к самому близкому человеку. Лишь тогда он может просчитать его до конца.
  • Шут помнит, что у шутовства есть два врага: импровизатор, который не является исследователем, и исследователь, который не способен к импровизации.
  • Шут всегда совершенно спокоен, на худой конец – внешне.
  • Шут не произносит без нужды ни слова. Он понимает, что каждое необдуманное слово для него все равно что для борца неловкое движение: он и опомниться не успеет, как его швырнут на землю неожиданным приемом.
  • Шут умеет терпеть поражение.
  • Шут хранит свою Тайну, Тайну Шута. Шут, про которого все знают, что он – Шут, не Шут, а жалкий паяц, «из тех, кто оборачивается».
  • Шут не приручает никого и себя не дает приручить. Маленький Принц не вернулся на свою планету, а покончил жизнь самоубийством, когда понял, что не может жить ни с Розой без Лиса, ни с Лисом без Розы. «Зорко лишь одинокое сердце».
  • Шут всегда помнит, что самый опасный его противник – он сам.

  Точно так же резко наступает прозрение. Хоть автор и выделяет период "болезни" героя, но всё же кризис наступает неожиданно.

Необычна дневниковая иносказательность. Иногда это предания, которые вызывают интерес и вопрос: являются ли они литературным детищем самого Шута (он ведь сочиняет стихи и песни) или всё же предания веков, а Шут лишь извлёк их из небытия. Некоторые записи напоминают притчи. Задумалась: а не возомнил ли Шут себя Пророком?
Вопросов это небольшое произведение вызывает много. Прежде всего, что не так с этим мальчиком? Его чувства гипертрофированы? Ему не хватало любви?
Снова вспомнились "Одиннадцать строчек о любви":
"Справедливость без любви делает человека жестоким"