Рецензия на книгу

• 

  Espurr

  29 января 2018

  «Я родился в такое время, когда большинство молодых людей потеряли веру в Бога по той же причине, по которой их предки ее имели: не зная почему. И, так как дух человеческий имеет свойство критиковать оттого, что чувствует, а не оттого, что думает, большинство этих молодых выбрали Человечество в качестве замены Богу. Я принадлежу, между тем, к людям, всегда остающимся у края того, к чему принадлежат, видящим не толпу, частицей которой являются, а только большие пространства рядом с собой. Поэтому я не оставил Бога так легко, как они, и не принял никогда Человечества». Фернандо Пессоа

  К началу XX века, как все мы знаем благодаря Ницше, умер Бог. А после Первой Мировой войны и других трагических событий вместе с ним для целого поколения обесценились старые ценности и пропал смысл жизни. В литературе же это привело к размытию сюжета, а иногда и к полному его исчезновению. Так и появился модернизм.

  Во Франции его представлял Марсель Пруст. Долгий путь по направлению к Свану – это калейдоскоп прекрасных картин и образов, вкус размоченного в липовом чае печенья во рту и мучительное ожидание поцелуя мамы на ночь и любви пустой красавицы. У ирландца Джойса – хаотичные блуждания по Дублину двух очень разных людей, снабженные тысячей отсылок к мифологии и резкой переменой стиля от главы к главе. А у португальца Пессоа – отрывочные размышления скромного помощника бухгалтера из Лиссабона, который давно уже понял, что в реальности ему ловить нечего и полностью ушел в мир мечты и фантазий, помогая себе путешествовать в нем с помощью опиума.

  Размышления эти отнюдь не гениальны – большинство мыслей протагониста Бернанду Суареша довольно вторичны и приходили в голову, пожалуй, каждому думающему человеку. Хотя им, справедливости ради, нельзя отказать в афористичности. Впрочем, сам Пессоа так писал о своем герое-гетерониме (одному из многих своих литературных воплощений): «он появляется, когда я усталый или сонный, так, что несколько прерываются мои способности к рассуждению и торможению; такая проза является постоянным мечтанием. Это полу-гетероним, так как, не обладая моей личностью, не обладает и отличной от моей, но, скорее, ею, но искалеченной. Это я — минус разум и чувствительность». После такой рекомендации, прямо скажем, сложно полюбить героя. А когда прорываешься сквозь туманный текст и периодически встречаешь то самоуничижительные отзывы Суареша о своем труде, то размышления о своем превосходстве, не основанные ни на чём, и подавно хочется отложить книгу.

  Так бы я и поставила «Книге непокоя» единицу, забыла бы навсегда и лучше бы попробовала всё-таки снова осилить до конца захватывающий на её фоне «Улисс», если бы не увидела её экранизацию. Удивительно красивый португальский фильм, создатели которого смогли отобрать самые интересные мысли Суареша и раздали их всем актёрам-жителям города, а то и наложили на музыку. Это тот самый случай, когда кино лучше, потому что даже самый отрывочный монтаж воспринимается лучше, чем вязкий и тяжёлый текст. Поэтому хочется думать, что столь прекрасное произведение не получилось бы создать на базе слабого первоисточника, а Пессоа просто не дожил до эры артхауса и ему пришлось довольствоваться литературными средствами выразительности.

  7 понравилось

  0

  393