Рецензия на книгу

• 

  Dante_Sartre

  19 ноября 2017

  таинственный карла

  «Самыми прекрасными героями русской литературы были ее создатели», – говорит Игорь Золотусский. В его случае это не просто слова, что становится понятно при чтении ЖЗЛ о Гоголе. Золотусский относится к писателю как к герою, он и биографию его пишет как роман, а может даже – как поэму, схожую по размаху, силе и любви с самими «Мертвыми душами», будто третий том – тот, где Ад и Чистилище остались позади, – все-таки написан, и Гоголь смог подняться по лестнице, о которой столько грезил, бредил и мечтал.
  Это все неудивительно – Золотусский на десять лет «эмигрировал» в XIX век, чтобы написать эту книгу. Десять лет – срок достаточно большой, чтобы твой герой стал твоим другом, твоим близким. И мы вместе с критиком отправляемся в жизнь Гоголя: мы видим его Никошей и Николаем Васильевичем, мы с ним в болезни и в здравии, в минуты заблуждений и кристальной ясности сознания.

  Гоголь у Золотусского – живой человек, будто и не отделенный от нас полутора веками. Он тратит деньги, берет в долг, читает газеты, ходит в гости, ездит на воды, пытается проповедовать и каяться, он грустит и веселится – он живет. Книга Золотусского – не простое переложение фактов, не сухая статистика и не бульварный роман о похождениях известной личности, чем часто грешат книги из серии ЖЗЛ. Отнюдь! Это блестящее произведение, где описания русской природы почти не уступают описаниям самого Гоголя, где эпоха разворачивается перед нами широким полотном, втягивая в самую свою суть, приглашая стать ее гостем. В слоге Золотусского есть что-то от классической русской литературы XIX века, так что читая его, успокаиваешься душой и чувствуешь удивительную гармонию.
  Конечно, уместить все в одну книгу невозможно, для этого есть отдельные исследования по каждому клочку письма, по каждому слуху и по каждому отдельному событию. Да, что-то опущено, но – упущено ли? Из огромного количества фактов Золотусский собирает связное повествование, помогает понять контекст, бытовыми подробностями увлекает и как бы делает читателя своим сообщником по проникновению в ту, другую, казалось бы, давно от нас отдалившуюся жизнь.

  Поражает и отношение критика к другим героям. Тут его авторская оценка переплетается с оценкой самого Гоголя, воссозданной по письмам, мемуарам современников, по самим даже текстам повестей, пьес, поэмы. Так, например, влюбленность Гоголя в Пушкина, его обожание солнца русской поэзии затмевает все: и любовь эта так огромна, что кажется, даже страницы книги светятся от этих самых сердечных чувств, согревающих душу. В то же время, отношение к Фаддею Булгарину у Золотусского отличается от отношения Гоголя, и буквально видно, как критик хочет сказать своему герою: не надо, не читай «Пчелку», не ведись! И все же – пишет, пишет о том, как Гоголь уважал этого одиозного поляка, как метался, как избегал принадлежности к враждующим литературно-журнальным группировкам.
  Все это оживляет книгу, делает повествование искренним, и из Николая Васильевича Гоголя, гордости российской словесности, известного всем со школьной скамьи, проглядывает Никоша, «таинственный карла», забывающий в нежинском театре реплики, вечно занимающий деньги у друзей, притворяющийся ревизором, жалующийся на очередную болячку, не умеющий сделать комплимент дорогой женщине и держать пост.

  Золотусский эмигрировал в XIX век, чтобы написать эту книгу. И читатель получил возможность следовать за ним.

  10 понравилось

  1,1K