Рецензия на книгу

• 

  CatMouse29 октября 2017 г.

  Вопросы без ответа

  Безусловно интересная, где-то познавательная, но какая-то пустоватая книга. И почему-то не слишком сопереживательная, несмотря на серьезную тяжелую тему Второй мировой и нацизма, несмотря на личную, казалось бы, вовлеченность читателя в историю каждой из сестер. Чего-то не хватает в ней, то ли деталей, то ли какого-то ключевого события: встретились, вспомнили, поговорили... Задела меня не сама книга, а позиция одного из персонажей.

  Две старушки приезжают на популярный курорт в Арденнах и узнают друг в друге разлученных в детстве сестер. Здесь нет интриги, встреча не становится какой-то невероятной развязкой как в индийском фильме, а служит поводом к диалогу, к очень непростому выяснению отношений. Да и сходство сестер никакой роли не играет и даже не упоминается. Разве что оно отчасти позволило им узнать друг друга через столько лет. Этот авторский ход прост и красив.

  После смерти родителей шестилетних девочек делят между собой родственники. Неудачливая Анна попадает в качестве бесплатной работницы на ферму, где даже ее привычка ежедневно умываться вызывает смех и осуждение, а любви и ласки и подавно не видать. Слабенькая, нездоровая Лотта входит в благополучную семью, где счастливо живет в окружении братьев и сестер. Казалось бы, характер девочек предопределен условиями их жизни, из Анны должна вырасти женщина суровая, нелюдимая и ограниченная, из Лотты - приветливая, веселая и заботливая. Но вышло почему-то совсем наоборот.

  Тяготясь присутствием незнакомой немки, мешающей ей отдыхать, Лотта практически не меняет своего к ней отношения, когда узнает, что эта немка - ее родная сестра. Восторг Анны от невероятной встречи не находит в ней отклика, даже через столько лет Анна для Лотты - прежде всего немка, представительница проштрафившейся нации, которая вот прямо тут на месте, ни с того ни с сего должна дать ответ на вопрос "как вы это допустили?". И бедная Анна, одинокая, не имеющая никаких родственников, кроме внезапно появившейся сестры, покорно отчитывается перед ней, рассказывая о своей нелегкой жизни в военной Германии, о том, что не могла она - крестьянка, горничная, санитарка - воспрепятствовать режиму, что сама она понесла тяжелейшие потери и вообще эта страница истории уже перевернута, а мы всего лишь пережившие ее люди, давай же обретем друг в друге поддержку и понимание.

  На это Лотта лишь поджимает губы и отвечает в стиле "а я, а мы, а мне тоже было тяжело, еще хуже, чем тебе". Думает она при этом не о счастливом, практически невозможном воссоединении с сестрой, а о том, что как же так: ее дети потратили уйму денег, чтобы мама отдохнула на курорте, а она тут не отдыхает совсем, а нервничает от всех этих рассказов. Алло, бабуля! Как можно быть такой черствой, как можно не обрадоваться встрече с сестрой, не заключить ее в объятия, не рассказать об этом немедленно своей семье, не пригласить ее, одинокую и бездетную к себе в дом? Ах да, потому что она немка...

  Не могу не сравнить: я около десяти лет живу в Германии, часто общаюсь с теми самыми немцами, бывшими в период войны молодыми людьми и с их потомками. В свою очередь, я потомок людей, от этой войны серьезно пострадавших. И не представляю, как бы я могла задать этим немцам вопрос, почему это они ничего не сделали. Почему жили при Гитлере и не разоблачили его, почему самолично не совершили на него покушение, почему привели его к власти (тоже лично)... нет, эти вопросы я никогда никому не задам, но ясно представляю себе круглые от недоумения глаза и застывшие в них слезы. Потому что существуют политические механизмы, задействующие человеческий фактор, есть ошибки, пусть непростительные, но признаваемые. Есть, в конце-концов, история каждого конкретного человека. И нет никакого права всех этих людей обобщать, чем и занимается Лотта в порыве тупой злобы и застарелого максимализма.

  Подонки и просто несознательные личности среди немцев тоже есть и были, но даже после того, как Анна отрицает свою принадлежность к сторонникам режима, рассказывает о том, как тяготились нормальные люди этой войной, как страдали от невозможности что-то изменить, отношение Лотты не меняется. Выбирала Анна партию НСДАП, не выбирала, может, вообще была аполитична в своей-то деревне, Лотте без разницы. У нее, конечно, тоже есть своя история, но это тот самый случай, когда общее прошлое не объединяет людей.

  Нет, ну я не могу, как же раздражает меня эта упертая бесчувственная бабулька. Кто о чем, а я опять о своем самоваре. Имеем страну, конституция которой грубо нарушается действующей властью, где президент сам увеличивает сроки правления и собирается править вечно, где процветает насилие, население находится за чертой бедности, а недовольные садятся в тюрьму за экстремизм или внезапно погибают. Не исключено, что эта страна в какой-то момент последует совету одного известного в ней одиозного политика и начнет совершать международные акты агрессии (или уже?). В этой стране живет моя мама. Вот позвоню я ей на днях и спрошу: "вы как там это допустили!? Ты почему ничего не предпринимаешь? Не стыдно тебе там?" Как вы думаете, какая будет ее реакция? Лотта, наверное, и впрямь позвонила бы. Интересно только, что она сама делала бы, не увези ее бабушка в Голландию? Что, не вступила бы она в Союз немецких девушек? Пошла бы на баррикады?

  И что же в остатке? У обеих сестер интересные жизненные истории. Анна всю войну трудилась сначала на хозяев, затем проявляла чудеса героизма в качестве медсестры. Лотта укрывала евреев, кстати, с подачи своей семьи, самостоятельно такого решения она не принимала, но тоже сделала немало. Вот только есть ли смысл сейчас, после стольких лет, вести такую острую и болезненную дискуссию, не делясь воспоминаниями, а перебрасываясь ими в попытке предстать друг перед другом в более достойном свете?
  Я восхищаюсь Анной - не ее заслугами перед ранеными, не пережитой ею трагедией, а ее характером, ее внутренней силой, заразительным оптимизмом, кипящей в руках работой, искренней готовностью поделиться своими переживаниями, ее яркостью и экспрессивностью. Эта женщина сделала себя сама, вопреки тяжелым условиям осталась человеком, способным радоваться жизни, принимать ее такой, какая она есть. Лотта, которой досталось несоизмеримо больше, холодна, безэмоциональна, скучна и самолюбива. Нет, она человек неплохой, мать, жена, хозяйка... вот только неоправданно жестока к своей сестре.
  Тяжело общаться с такими людьми: они молча слушают твои излияния, не проявляя эмоций, не высказывая своего мнения, не задавая вопросов. А потом так же молчаливо судят тебя по каким-то своим законам, а ты и знать не знаешь, что у них на уме. Потом берут, да и выливают на тебя ушат своих переваренных мыслей... нет, лучше держаться от них подальше. Подальше от таких, как Лотта, поближе к таким, как Анна.

  12

  232