Рецензия на книгу

• 

  Feana19 октября 2017 г.

  Революция глазами человека из очереди, по совместительству - русского классика

  Чу-чу-чу! Стучат копыта.
  Чу-чу-чу! Ударил пулемёт!
  Белая гвардия наголову разбита,
  А Красную армию ничто не разобьёт!
  

  Вот мир русских классиков. Они вечно предчувствуют. На сумрачный лоб ложатся отсветы будущего мирового пожара. Старательные потомки выискивают в их текстах грозные знамения грядущего.

  К счастью, мало кто из классиков увидел это самое грядущее. Бунину не повезло – увидел. Уточним: не повезло в человеческом плане, но повезло в творческом. Богатейший материал, излом эпох, бла-бла-бла и, к сожалению, чу-чу-чу и тра-та-та.

  В повести «Деревня» (1909 год) с пугающей страстью показано – «так жить нельзя». Что делать – непонятно, но и продолжать по-прежнему невозможно.

  И – вот, получите, распишитесь, чу-чу-чу, стучат копыта…

  И… и… и что?

  Опустим необходимую часть про чернь, захватившую улицы, про поганую, гугнивую, родимую матушку Россию.

  Перейдем сразу к тому, что дневник Бунина – это дневник обывателя. Самого настоящего обывателя, хоть ты тресни. В Петрограде литераторы слушают музыку революции, заседают и вершат. Бунин в Москве и Одессе питается слухами из очередей и ворчит с аргументацией уровня старой бабки. Его куда-то приглашают позаседать, но он привычно отплевывается.

  Надо признать, что, несмотря на гугнивость, революция была явлением потрясающим, толчком для нарождения новых форм. И вот этого Бунин совершенно не видел.

  И поэтому читать «Окаянные дни» совершенно необходимо. Бунин с одинаковой точностью запечатлевает и лужу на дороге, и харю матроса в проезжающем грузовике, и церковное пение, и покосившийся забор. Независимо от своих политических пристрастий Бунин ухватывает самую суть материи, работает некоей кинохроникой – и нам открывается мир столетней давности.

  Повторюсь, это совершенно замечательная возможность видеть историю глазами обывателя. Вы бы хотели знать о пожаре Москвы или строительстве Петербурга от обывателя? Не от крепкого задним умом мемуариста, сухого хроникера или преследующего свои художественные задачи писателя – а от маленького человека. Солнышко выглянуло, сегодня много криков – едет царь, а хлеб не завезли, опять голодно, вечером штормит, все равно пошел гулять… И помножить это на талант Бунина.
  Все эти «Повседневная жизнь в …» - замечательные, но мертвые и ангажированные.

  Бунин – язва, Бунин – непримиримый, Бунин - «типа самый умный» и, кажется, невыносим. Но слияние его писательского дара, дневникового жанра и живой реальности даёт такой потрясающий результат, что можно простить всё.

  29

  443