Рецензия на книгу

• 

  Nadezhda_Chelomova

  22 августа 2017

  О сложном периоде замолвите слово

  Дорогой Антон!

  Не успела рассказать. Я прочитала такую книгу!

  В ней рассказывается история двух подруг, заклятых, любящих друг друга, вечно повязанных какой-то невероятной дружбой-завистью или чем-то еще трудноописуемым.
  Книга очень простая -- мы следим за жизнью нескольких семей в бедном квартале Неаполя в послевоенной Италии. Во-первых, интересно то, что сюжет человеческой жизни, наверно, любопытнее всего для зрителя. Мы всегда хотим знать, как поступали другие люди, как они ошибались, любили как, верили в себя или нет, занимались ли трудом, фантазировали, строили жизнь. Это неистребимое людское любопытство: подглядеть в соседские окна, верно ли они там живут, сочувствовать и преисполняться важной уверенности, если неверно, завидовать или радоваться, если удачнее нас.

  Во-вторых, интересно, что за простым фасадом эдакого романчика скрывается явно сложная и тонкая работа автора, ведь чтобы столько людей взахлеб читали эти книги и примерно одинаково себя ощущали, нужно не просто написать шедевр, но сделать его внятным и простым, хотя и стилистически отточенным.
  По сути, мы же просто наблюдаем за обычной жизнью. Тогда почему это так интересно?

  В-третьих, литература вырастает из литературы (с). История двух сестер/подруг -- это мы уже читали, поэтому узнавание сквозь слои глубже, сильнее, впечатления мощнее. Розочка и Беляночка, Элинор и Марианна, сказки народов мира о двух сестрах. Они выясняют, кто из них красивее, они разные, но и похожие друг на друга, вечная двойственность и невозможность (нежелание?) разорвать связь.
  

  
  Стать. Этот глагол мучил меня всю жизнь, но впервые я осознала это именно в тот день. Я хотела стать кем-то, хотя никогда не знала, кем именно. И я стала, это было точно, только без цели, без подлинной страсти, без ясных амбиций. Но главное заключалось в том, что кем-то стать я хотела из одного страха, что Лила станет бог знает чем, а я останусь ничем. Мое становление шло по ее следам. Теперь мне опять нужно было кем-то стать, но уже самой по себе, по-взрослому и вне зависимости от нее.
  

  Наконец, в-четвертых, "Те, кто уходит..." -- третья часть романа. Выстроены части книги по классической формуле Пути героя, значит, именно в третьей нас ждут сложные испытания и кризис.
  И мне понятно, почему именно эта часть кажется многим тяжелой. Потому что за кризисом у других очень сложно следить. Потому что у самих точно был, и не раз, и еще будет подобный кризис.
  Это тот период, когда одному нужно прорываться сквозь недовольство миром, собой, своей жизнью, когда мучительно и страшно пойти куда-то в неизвестность, потому что совершенно точно не знаешь, что там, а так не хочется больше быть уязвимым.
  Потому что там пустота, а ты и так уже натерпелся когда-то в предыдущий раз, даром что там кризис твой закончился хорошо, перерос в новую симпатию и увлечение.
  И на этом моменте многие читатели либо отваливаются, потому что ну сколько уже можно кризисов, и так живем кое-как, либо протаскивают себя через болезненные размышления героев, чувствуя собственную горечь возможной неудачливости, сопереживая, но, пройдя через главы, вздыхают облегченно и такие: "Ну, это было скучновато. Предыдущая часть была лучше, теперь ждем следующую, там-то уж финал, огонь и литавры".

  А именно эта часть очень важная. Выросли наши девочки, вытянулись, встретили любови, порасставались, работу искали и нашли, ищут, кем же им стать в этой жизни. Повыходили замуж, родили детей, и, как говорят некоторые неуважаемые мной: "Теперь-то можно и подумать, кем хочешь быть [, когда предназначение свое женское выполнила]".

  А как понять, что ты хочешь делать? Как сделать выбор? Как все понять и не очень страдать от суровой экзистенции?
  А никак. Кризис дает новые двери и открывает другие возможности. Но перед этим нужно пройти путь, прожить расставание с чем-то или с кем-то. А себя ты помнишь в сложное время? То-то и оно.

  
  Может, — думала я, — я преувеличиваю значение культурных традиций, воспитания, чтения, хорошего владения языком, политических предпочтений, может, когда нас бросают, мы все ведем себя одинаково, может, ни один самый здравый ум не может просто так смириться с тем, что его больше не любят.
  

  Моя гениальная Ферранте. Идеально, точно, остро, прямо в глубь человеческой жизни.

  18 понравилось

  0

  777