Рецензия на книгу

• 

  anna_angerona

  25 декабря 2010

  Самый своеобразный роман мистера Исигуро... В "Безутешных" он так последовательно отстраняется от общепринятых приёмов большого стиля, что это становится новым большим стилем. Безымянный город, в котором разворачивается эпопея пианиста Райдера, выступает своего рода гибридом кафкианского Замка и толкиновской Хоббитании...
  The New York Times

  Эта книга призвана открыть человеку-кумиру глаза на факт беспомощности его «я» перед натиском хаотично кружащих вокруг него и неизбежно сталкивающихся с ним (как молекулы в броуновском движении) многочисленных «он», «она», «они», «вы», «ты», будто так и норовящих вытолкнуть его из состояния ощущения и сознания своей власти над собственными мыслями и поступками.
  Знаменитый пианист Райдер, главное «я» романа, однажды с изумлением и недоумением обнаруживает, что его время больше не принадлежит ему и, судя по всему, никогда не принадлежало – минуты, секунды, часы и бОльшие временнЫе отрезки нагло разворовывают и растаскивают обитающие в опасной близости от него некие инкогнито, заявляющие таким образом свои права на безапелляционное владение и управление хронологией его судьбы, а также его личным пространством и волеизъявлением. Он не в силах препятствовать этому произволу по причине своей парализованности, наступающей каждый раз по мановению волшебной палочки, находящейся в руках фантасмагоричной сущности по имени «народная любовь». После каждого взмаха волшебной палочки, это мифическое нечто разевает свою бездонную пасть и жадно заглатывает обездвиженного Райдера, а через некоторое время выплёвывает его в вакуумную пустоту, населённую призраками, воплощающими его самые потаённые страхи, комплексы и несбывшиеся чаяния.
  Что может предпринять человек-памятник, захваченный в объятия тысячерукой толпы, некогда вылепившей его для собственных утех из своих аляповатых представлений об истинном искусстве и таланте, которая собирается водрузить его на пьедестал? Как может он в данных обстоятельствах уберечь от чужих рук и оставить при себе своё время и право владения собственной судьбой?
  Толпа безжалостна и бескомпромиссна к своим кумирам; народная любовь изменчива и предвзята: памятники, возводимые под возгласы торжественного ликования на постамент из зыбкого песка народного признания, вскоре оседают, скособочиваются и в равнодушной тишине покрываются ржавчиной забвения.

  13 понравилось

  1

  156