Рецензия на книгу

• 

  Vikselyok

  20 мая 2017

  "Искусство – это шепот истории, различимый поверх шума времени"

  Не имея возможности появиться на встречах с писателем, когда он приезжает в Россию, есть единственная возможность - смотреть фотографии, читать интервью, смотреть видео и, конечно, читать романы. Я представляла Джулиана Патрика Барнса истинным джентльменом, бесконечно интеллигентным и эрудированным человеком. Такие характеристики сами толкают на чтение произведений писателя - чтобы либо понять, что ты не права, дав заранее лестные характеристики, либо, напротив, в очередной раз убедиться, что интуиция редко обманывает и нужно ей доверять. Роман "Шум времени" - это моё первое знакомство с творчеством писателя, и я могу сказать, что оно оказалось удачным. Мне понравился и слог Барнса, и деликатность писателя, и прекрасное владение информацией, и отстранённость повествования.

  Что я знала о романе? Пожалуй, только то, что он рассказывает о Шостаковиче, известном русском композиторе. Мною в первую очередь двигало любопытство: читать о личностях, занявших прочную позицию в истории, оставивших свой след, всегда интересно; кроме того, меня всегда терзал вопрос, как можно написать о ком-то целый роман, если на просторах Интернета любую биографию можно прочитать за несколько минут? Согласитесь, если автор в потоке слов растечётся мыслью по древу, но ничего существенного при этом не поведает, то такое чтение совсем не полезно. Гораздо лучше, если биография в художественном исполнении не только оправдает познавательно-воспитательную функцию литературы, но и доставит эстетическое наслаждение написанным текстом. Я считаю, что Барнс с данной задачей отлично справился, так как читать "Шум времени" было по-настоящему интересно.

  Каким предстал передо мной Шостакович? Он, безусловно, талантлив как композитор, но в жизни - тот человек, которому свойственны не самые лучшие черты: трусость, нерешительность, малодушие. Ему не слишком повезло с эпохой, ведь выразить свой талант и мастерство в полной мере он не мог. Роман "Шум времени" в огромной степени атмосферен: мало просто рассказать о человеке, в данном случае, о композиторе, нужно ещё и так написать художественную биографию, чтобы читатель ярко представил, что конкретно повлияло на личность Шостаковича и его творчество, а Барнсу удалось и это. Меня ждало глубокое погружение в эпоху культа личности Сталина, а затем - во время пришедшего к власти Хрущева. Отражение в художественном тексте исторической реальности твоей родной страны, на мой взгляд, связано с величайшим риском для писателя, отважившегося на такой решительный поступок: ему необходимо не только владеть точной информацией в описываемом вопросе, но и быть осторожным в своих суждениях. То прошлое, которое принадлежит России, является собственностью лишь нашей страны - хорошее оно или плохое, от него не открестишься, его не изменишь, но вряд ли кому-то будет приятно, если кто-то будет осуждать его, и потому мне хочется поблагодарить писателя за то, что он в романе выступил с позиции стороннего наблюдателя, который ни единым словом, ни единым намеком не показал своего личного отношения. Мое представление об интеллигентности и деликатности Барнса полностью оправдало себя!

  Отражение в романе хроники событий, в которых жил и творил Шостакович, очень важно для понимания, что повлияло на развитие личности композитора и его творчество. На мой взгляд, Дмитрию Дмитриевичу в этом плане не очень повезло, потому что он не мог в полной мере реализоваться в своей сфере. На него всегда давил шум времени, и в этом шуме сложно было показать себя настоящего - в жизни и творчестве Шостаковича так или иначе всегда находила место эпоха и давила всем своим невыносимым весом. Эпоха культа личности Сталина, для которой Барнс удачно применил поговорку "лес рубят - щепки летят", - это сложнейшее время. В романе поставлен интересный и неоднозначный вопрос: а насколько было важно стирать с лица земли стольких писателей, композиторов, ученых, военачальников, насколько было необходимо держать в страхе миллионы людей, и всё это под прикрытием революции? Да, лес рубят - щепки летят, но Барнса интересует: "а вдруг, опустив топор, ты увидишь, что извел весь лес на щепки?" Как тогда жить? Не менее важным является и вопрос о том, кому принадлежит искусство? Почему власть подвергала гонениям композиторов, не только Шостаковича? Чем музыка с своём естественном выражении могла помешать строительству социализма? Как она могла повлиять на взгляды и так чрезмерно запуганных людей, каждую ночь ожидающих, что "их выдернут из постели, заберут в Большой дом или на Лубянку, где под пытками вынудят подписать сфабрикованные доносы, а потом убьют выстрелом в затылок"? Кому нужен "оптимистический Шостакович", если выгоднее и безопаснее быть пессимистом? Барнс имеет свое мнение:

  
  "Искусство принадлежит всем и никому в отдельности. Искусство принадлежит всем временам – и никакой конкретной эпохе. Искусство принадлежит тем, кто его создает, и тем, кто им наслаждается. Сегодня искусство не принадлежит партии и народу, равно как в прошлом оно не принадлежало аристократии вкупе с меценатами. Искусство – это шепот истории, различимый поверх шума времени".

  Так кому принадлежит искусство? Ведь Шостакович сочинял музыку для людей, которые, независимо от происхождения, способны её оценить, для тех, кто имеет уши и услышит. Тогда чем он помешал власти?

  Вечные гонения, запугивания, невозможность сказать лишнего слова под страхом смерти - всё это заставляло людей стремиться либо к тому, чтобы власть их полюбила, либо по-настоящему мечтать о смерти как об освобождении от шума времени, либо крутиться, как угорь на сковородке, ради семьи. Последний вариант выбрал для себя Шостакович, читая по подсунутой бумажке текст, составленный властью; сочиняя музыку по критерию не качественности, а количества, потому что производительность творческого труда оценивалась так же, как и производительность любого труда - "по выполнению или невыполнению спущенных сверху норм"; предавая друзей, чьё творчество бесконечно уважал; идя по жизни с оптимизмом, несмотря ни на что, относясь к ней с должной долей иронии, а затем сарказма. Трусость и малодушие - скверные черты, но как быть человеку, чья жизнь соткана из страха смерти? Если жизнь дорога, то и будешь крутиться, как уж на сковородке, поддакивая власти в то время, когда жена за дверью едва сдерживает смех от твоих слов, сочащихся сарказмом. Да, побоялся быть смелым, зато остался жив.

  Роман "Шум времени" - это целая палитра читательских эмоций и чувств: слезы и смех, боль и гордость, ненависть и любовь, презрение и уважение, отвращение и восхищение. Это взлеты и падения, благородство людей и их подлость, мелочность людских душ и искреннее благородство поступков. Дмитрий Дмитриевич Шостакович всегда стремился помочь другим, а себе - такова судьба - помочь не умел, но разве он не заслуживает уважения? Ведь он творил и слушал (и слышал!) жизнь, несмотря на шум времени, а это смелость. Он, как истинный творец, обладал умением видеть хорошее даже в самом плохом и незначительном: в звоне трех по-разному наполненных стаканов он услышал тоническое трезвучие:

  
  "Война, страх, нищета, тиф, грязь – и сквозь громаду всего, ниже, выше и посреди, Дмитрий Дмитриевич услышал идеальное трезвучие. Война – сомнений нет – завершится, если, конечно, война по сути своей не вечна. Страх останется, равно как и незваная смерть, и нищета, и грязь – кто знает, может, им тоже нет конца. Но тоническое трезвучие, рождаемое даже там, где сдвинулись три грязноватых, по-разному наполненных стакана, заглушит собою шум времени, обещая пережить всех и вся. Наверное, в конечном счете это и есть самое главное".
  

  Оказывается, важно подмечать детали, заглушать негатив позитивным видением, и тогда никакой шум времени не страшен. Джулиан Патрик Барнс, я Вас услышала, запомнила и намотала на ус.

  3 понравилось

  0

  127