Рецензия на книгу
Приключения Жихаря
Михаил Успенский
grausam_luzifer29 апреля 2017 г.Крепкий ум нам всем подмогой, подмогой Жихарю крепость лба
То, что хотел бы я высказать, высказыванию не подлежит,
ибо вот то, что я высказать хотел бы, оно таково,
что, когда его все же высказать пытаешься, оно бежит,
а когда не пытаешься, ввек не избавишься от него.
М. Щербаков
Думаю, что позволю себе обобщить и сказать, что наверняка каждый хоть и поверхностно, но знаком с неким блюдом, которое варганится на скорую руку в ночь после рабочей смены, или днём, когда нагрянули нежданные гости, а на стол только чай и можно поставить, или просто по жизни, потому что так сложилось исторически. Блюдо создаётся из всего, что находится в холодильнике и на полках и мало-мальски годится в пищу.
В одной из знакомых семей эту вершину гастрономического отчаяния называют Ширлипупой. О ней и пойдёт речь.
"...За бесконечный период число вероятных сочетаний будет исчерпано и Вселенная повторится".
Горячился дядька Беломор, брызжа слюной не столько перед непутёвым лицом рыжебородого Жихаря, сколько на плечо самому автору, так педантично записывающему то похождения Ваньки Золотарёва, то нелёгкую посыльную жизнь Демона Костяные Уши, который глядеть на людей глядит, а презирать не презирает, отчего пребывает в растерянности, то круиз Казановы в мавзолей, встреча с обитателем которого напрочь изменил его сексуальную ориентацию и вообще жизненный вектор, то про Индрик-зверя, который камень точит, а сам из гусенички, пригретой Будимиром, появился, а уж будучи гусеничкой заменял он Жихарю да братцу его альпинистский инвентарь, прогрызая ступени в гладкой каменной стене, которая будто проседала в землю на метр, стоило нашим умникам на этот метр по стене вскарабкаться... Словом, записывал автор в блокнот, на блокнот, на салфетку, на обои, на язычок ботинка, пока его шнуровал, а потом встала задача другого толка - надо же теперь эти записи как-то собрать вместе, нанизать на жёсткую струну сюжета, чтобы заиграли выдумки да задумки его на солнце стеклянными бусинами и зазвучали на ветру стройным хором.
Но зачем подбивать растрёпанную канву сюжета, если можно оставить все эти замечательные, поучительные, остроумные, заключающие в себе столько отсылок истории в их естественной среде обитания, пусть читатель сам увязывает одно с другим, додумывает и размышляет.
Вот и чувствовал я себя свиньёй перед бисером, которая всё тычется познать прекрасное, но не её свинячьему рылу о мастерстве автора судить.
Если взять за данность, что “д-у-ра-к” – это некто, способный “сиять” в двух мирах – живом и мёртвом – одновременно, а по возвращению умножать полученную мудрость, то от света Жихаря должно глаза выжигать враз и сразу до мозга, причём во всех возможных вселенных, куда он только смог дотянуться.
История его жизни и подвигов похожа на гигантское покрывало, связанное человеком в изменённом состоянии сознания, отчего порой то петли отсутствуют, то прореха в неожиданном месте, то грубая шерсть сменилась на мулине, а вдруг петли заскользили такие ровные, гладенькие, одна к одной, что сразу неловко, что ты из-за каких-то там дыр в сюжете привередничаешь. Подумаешь, завершился поиск Полуденной Росы амнезией и загадочными намёками, так потом зато Жихарка наш в Вавилон пошёл, в Библейской истории, так сказать, наследил, а после и вовсе на поиски Смерти отправился. Не своей, всеобщей.
Разве ж финал - это главное, если путь к нему такой разудалый и весёлый? Вот и дядька Беломор думает, что не главное, подзуживая Жихаря на очередной подвиг. Уроборос-то хвост выплюнул, но кто знает наверняка, никто не знает, так что всё ещё может повторяться и скакать по дороге времени что твой колобок с предпринимательской жилкой.
И дорога эта действительна лёгкая, смешливая, порой поучительная, полная аллюзий, разбойников, луноликих дев и малиновых пиджаков. Но если вы не умеете делать частые привалы, отвлекаясь на другие книги, то дорога рискует стать утомительной, потому что сложно столько времени ехать по ухабистому сюжету, сотканному из пасхальных яиц и шуток-прибауток, ко второму тому невыносимо хочется чего-то лиричного или вдумчивого - хотя бы тот же лонгмановский словарь или телефонный справочник.
Не угодить читателю. То упрекают, что книга слишком серьёзная, то вменивают автору в порок излишнюю весёлость. Привередливая зверюга, сил никаких нет.
Время к истории Жихаря всё-таки немилосердно, поскольку интеллектуальный суп из обрывков чужого творчества уже кажется недостаточно концептуальным, хочется добавить что-то ещё, подправить, исправить, ведь так легко отрезать лишнее от чужого детища и лепить химеру, отвечающую читательскому пониманию смешного и актуального.
Но ведь в целом суп-то наваристый, с масляной плёночкой на поверхности, под которой водяной у Жихаря своё озеро по частям отыгрывает, а потом в платочек воду собирает, чтобы вам сподручнее было дно тарелки обтереть да разглядеть Гогу с Магогой, поджидающих Жихаря в двуликой деревне.
Кушайте ширлипупу, наслаждайтесь, но давайте себе передышку, когда пуговица на штанах начнёт давить на живот, потому что “Приключения Жихаря” – самая настоящая ширлипупа и есть, только из буковок.48615