Рецензия на книгу

• 

  Kolombinka26 апреля 2017 г.

  Босиком по гальке, как метод массажа головы

  В начале был эпилог.
  То ли сон, то ли смерть, то ли рождение.
  Перевод с иностранного. На непонятный.
  Запомнился мост-бритва. Чернокожая Ева и вывернутый наизнанку Адам.
  Нечто с любовью. С любовью что-то происходит. Только с нею всё и должно происходить! Вне любви нет ни ада, ни рая, ни рождения, ни смерти.
  Много бесбашенной лёгкости бытия, волны, виски, поиски отца, бога-отца, отца бога.
  Такие сложные отношения со смертью.
  Еще более сложные отношения со словами, предложениями, реальностью. И с именами.
  Темнокожая Бьянка, женственная Бруна, следователь Петрос Порфириди, абсолютно исторический Лапу-Лапу, превращенный и превращаемый во всё, чудо-юдо-рыба-кит; все они by A.Tired-Boffin (изнурённый ученый), он же Урбино Ваноски (ай, буквы разлетелись!!! соберем обратно, что-то не то... Сирин Набокову? очнись-проснись-вернись - Урбино Ваноски).
  Эту короткую повесть можно читать годами - там нет сюжета. Линейного, по крайней мере. Только перестановка образов, букв и слов, которая рождает бесконечную череду представлений о мире, о мирах, обо всем.

  
  – Как такое может быть! Чтобы представления были меньше знаний?..
  – Естественно. Представления и есть основная преграда им.
  – Ты так уверен?
  – Именно, у-верен.
  – Разве уверенность не то же представление?
  – Не то же. Она – от знанья.
  – А знанье-то откуда?
  – Знанье нам дано.
  – Чего ж мы такие тупые?
  – Слабо веруем. Знание – это вера.
  – Вера в смерть?
  – Ну ты темен, как сибирский валенок! – рассердился отец.
  – Кес ке сё сибирский валенок?
  

  Кес ке сё весь этот текст? Гадать, воображать, узнавать и представлять можно до скончания века. И потом снова. Ибо рождение осуществляется в смерти. Смерть - начало памяти. Память - ячейка для "вычеловечивания". Загробная жизнь.
  

  
  Знаешь, где мой рай? Это то, что ты вспомнил: лодка, велосипед, недопроявленная фотография...

  9

  184