Отзывы о книге Мария Антуанетта
Gerlada3 апреля 2017Как всегда - спойлеры и имхо Есть книги, которые интересно читать, даже точно зная, что случится в конце. Такие книги, как эта, где в финале обрушится вниз нож гильотины, и палач потрясёт в воздухе кровавым кочанчиком отрубленной головы, ещё совсем недавно украшенной короной. За всю историю человечества не так много королев простились с жизнью на эшафоте, и история каждой порождает вопросы — а насколько закономерен был вот такой вот финал? Чем, к примеру, провинилась перед французами очаровательная Мария Антуанетта, воплощенное изящество и рококо? Заинтересовался красавицей и сам мастер слова Стефан Цвейг, а с результатами своего расследования он нас знакомит в этой книге интересного формата: это не научный труд, но в то же время и не художественное произведение. Слегка беллетризированная биография, скажем так.
Главный плюс книги, и он же минус, заключается в том, что впечатлительный Цвейг буквально влюбился в свою героиню, из чего следует, что объективности тут лучше не ждать. Мягкотелесый Луи Шестнадцатый по Цвейгу тоже ничего так дядька, Цвейговским фимиамом обволокло и Людовикову тёщеньку, старушку МариюТерезию, она же совесть и нравственность всея Европы — по контрасту с наглыми хищниками Фридрихом Прусским и Екатериной Российской, делящими и делящими бедную Польшу. А у меня вопрос: ежели Мария Терезия и вправду такая мудрая провидица, чего же она не провидела самого главного — того, что своих детей нужно обучать и воспитывать, особенно если им в будущем грозит возможность возглавить целую страну. А то девочка созрела, свадебка назначена, во Франции уже вовсю готовятся к приёму австрийской невесты, а на Марию Терезию только сейчас снисходит озарение — доца-то у неё немножко дура. На бедную Антуанетту сваливаются учителя, наставники и мама и начинают судорожно учить наукам и жизни, только уже поздно: барышня (которую Цвейг долго и упорно именует ребёнком, хотя в год свадьбы ей исполнилось пятнадцать — почти пэтэушница по возрасту и развитию) учиться не только не хочет, но и не может, так как уже физически неспособна сделать над собой волевое усилие.
Оно бы и ничего, королеве вполне достаточно быть просто красивой и изящной, если у неё достойный муж-король, так ведь и тут незадача. Людовик Шестнадцатый ровно такой же безвольный, и если мотовка Мария Антуанетта хоть к чему-то стремится, пусть даже к собственным удовольствиям, то королю Луи нужно только одно: чтобы его все оставили в покое, наедине с охотой или слесарными работами. Чудесная вышла пара, аж захотелось у современных монархистов спросить, как сильно будут они радоваться, если на российском престоле волей судьбы и наследственности окажется такой вот слесарь — и будет сидеть пожизненно, без перевыборов и всякого там «Я устал, я ухожу». А Луи Шестнадцатый ведь был ещё и монархом абсолютным, с правом творить на территории Франции практически всё, что сочтёт нужным. Точнее, всё, чего бы ни захотелось его очаровательной королеве, а хотелось ей многого — в своих тратах куколка королева переплюнула знаменитую Помпадур. Но о своих героях Цвейг пишет снисходительно и с симпатией. Такой простой и добрый король, такая очаровательная резвушка королева, но... если королевская чета была такой достойной и замечательной, как временами её описывает автор, отчего вдруг во Франции внизапно произошла революция? Ветром из Англии надуло?
Зато на альковных тайнах королевы Цвейг потоптался преизрядно. Если он уверен, что вся та грязь, из которой слеплены гнусные памфлеты и анекдотцы, посвящённые Антуанетте, безусловная клевета, зачем её старательно пересказывать? Хотя, конечно, фимоз короля (реальный), бисексуальность королевы (вымышленная) и якобы имевший место инцест придают повествованию некую пикантность. На многих страницах пережёвывается тема «а был ли у королевы любовник», сопровождаемая психологическим анализом любовной переписки, произведённым самим
ФрейдомЦвейгом. Причём мне показалось, что автор готов оправдать её в любом случае, независимо от того, изменяла ли женщина мужу.И вообще адвокатствует Цвейг частенько. Антуанетта, прыгающая по жизни нарядной птичкой, якобы и не подозревала, в какой нищете живут её поданные. Поспорю: знала, и невольно выдал её сам Цвейг, подробно описав «парадную деревушку» в Трианоне. Дизайн построек был продуман до мелочей, и для придания «крестьянским» домам реалистичного вида рабочие обдирали дранку с крыш и молотами оббивали стены. Не будь королева в курсе крестьянской жизни, наверняка потребовала бы устранить уродство и вернуть строениям красивенький лубочный вид.
Цвейг на стороне Антуанетты даже тогда, когда она, чтобы спасти свою драгоценную жизнь, во время войны предаёт — и этот факт неоспорим, есть документы, — страну Францию, радушно принявшую её, и французов, за счёт которых она шиковала многие годы. А суд над королевой автор описывает как судилище, оценив французское правосудие по меркам двадцатого века и позабыв, что совсем недавно, ещё при Людовике Пятнадцатом, из доказательств котировалось в основном чистосердечное признание, добываемое мозолистыми руками палачей Сансонов.
Не уверена я, что реальная Мария Антуанетта — трагическая фигура из истории Франции, мне она напоминает ту самую попрыгунью Стрекозу из басни Крылова, которой внезапно предложили заплатить по счетам. Но Цвейг, как только жаренный петух Французской революции обеспокоил монарший филей, принялся изображать «свою» Марию Антуанетту совсем другим персонажем — начитанным, умным, достойным, жертвенным. Где же все эти хорошие качества были раньше, или это Тампль такое воспитательное влияние оказал?
В общем, Стефан Цвейг слегка увлёкся и писатель в нём уверенно победил биографа. Я бы не стала безусловно доверять автору, слишком уж много у него противоречий (например, в одном месте он пишет, что Антуанетта никогда не обманывала мужа, в другом — приводит пример пусть мелкого, но тем не менее бессовестного обмана, унизившего достоинство короля). Неизвестно, насколько настоящая королева соответствовала тому образу, что старательно создал Цвейг, но для простого читателя это даже неважно. Какая бы ни была на самом деле красотка Туанетта, она навсегда останется символом пышного и беззаботного рококо и вечно в образе Дамы Червей будет кокетничать с каждым, кто взял в руки колоду игральных карт.
22 понравилось785
Комментарии 119
Ваш комментарий
, чтобы оставить комментарий.
Лада, простите, что оставляю отзыв на рецензию с таким колоссальным запозданием. Но очень уж хочется высказаться. Дело в том, что я подумывала сама оставить рецензию на эту книгу Цвейга. Уже даже набросала кое-какие заметки для будущего отзыва, составила план. Но решила почитать отзывы и дискуссии по ним и... всё на фиг удалила. Очень уж сложная тема. В детстве и юности меня вообще возмущало, что Антуанетте среди писателей и создателей фильмов принято симпатизировать, изображать её страдалицей. Какая она ещё страдалица? Гуляла, пускала по ветру народные деньги, веселилась. А 97% населения (или где-то около того) с голоду умирало. И при всём при том она ещё иностранным интервентам сочувствовала (и по возможности помогала), то есть, делала всё, чтобы такая картина жизни в стране сохранялась и далее. По заслугам она получила, думала тогда я. А с возрастом, не потеряв своего прежнего "классового" подхода, я увидела в этой истории и другую сторону. Соответствует ли наказание преступлению? Не была ли она за преступную халатность с лихвой наказана всем тем, что предшествовало гильотине? У конкретных людей, в руках которых находилась жизнь этой конкретной женщины, был выбор: сделать жестокость или проявить милосердие? И они свой выбор сделали. Я каждый раз повторяю и буду повторять, что меня в истории не интересуют якобинцы, жирондисты, бонапартисты, орлеанисты и иже с ними. Меня интересуют люди. И вот Антуанетту как человека на суде я могу себе хорошо представить: есть первоисточники, всё задокументировано. И мне её как человека сейчас становится жалко. Могли бы с ней поступить как впоследствии поступили с её дочерью: обменяли бы на какого-нибудь важного французского пленного и отправили бы обратно в Австрию. Тот же граф Прованский alias Луи XVIII жил себе как приживалка то в Митаве, то в Варшаве, то где-то в Англии. Сам по себе он роли никакой не играл и никто его ни в грош не ставил. Антуанетту с большой долей вероятности за границей, а точнее дома ждала бы такая же судьба.
P.S. Согласна, что определённая "реабилитация" Цвейгом своей героини присутствует. Но, во-первых, он не историк и "так видит". Гораздо более неприятно, когда вроде бы люди, которые себя называют историками, начинают кого-то из всех сил выгораживать или наоборот смешивать с грязью. А Цвейг писатель, что с него возьмёшь. Во-вторых, при всей авторской симпатии всё же это не "житие святой". Автор сделал какую-никакую попытку понять эту женщину как человека, убрать с портрета наслоения как чёрного так и белого мифа. Он делает упор на том, что она была в сущности совершенно ординарной посредственной женщиной, которая не годилась для того колоссального исторического вызова, который ей был сделан. Хотела развлекаться по молодости, тусить направо и налево... Потом пошли дети, она стала остепеняться... А на суде она вела себя действительно с редким достоинством, это, по-моему, в той или иной мере все признавали. "Портрет ординарного характера"))
P.P.S. Про эпизод со стилизацией Трианона под "реальность" это Вы всё же погорячились. Они конечно понимали, что народ не в лакированной избушке живёт и для создания "трушной" картины нужно добавить определённые штрихи. Но не могу из этого сделать вывод, что был дамам понятен весь ужас положения. Они в Версале действительно обитали как рыбы в аквариуме.
Прочла тут её биографию. Доца не немножко дура, а п.здец. какая дура.)) Её потом, когда а стала дофиной и т.д., пытались воспитывать, но не в кобылу корм. А вот братец у неё Иосиф -так молодец, молодец.))
Прочла тут её биографию. Доца не немножко дура, а п.здец. какая дура.)) Её потом, когда а стала дофиной и т.д., пытались воспитывать, но не в кобылу корм. А вот братец у неё Иосиф -так молодец, молодец.))
Прочла тут её биографию. Доца не немножко дура, а п.здец. какая дура.)) Её потом, когда а стала дофиной и т.д., пытались воспитывать, но не в кобылу корм. А вот братец у неё Иосиф -так молодец, молодец.))
Справедливости ради надо сказать, что многие мощные политики упускали из виду собственных детей. Вспомним хотя бы Петра 1 и Сталина.
А "Подвиг Магеллана" не читала? Мария Стюарт тоже хороша. И как раз подойдёт в Классики, вот тоже задумались.
Тебя прочла с удовольствием.))) А слесарь на троне это сильно. Но лучше пусть там, за морями, чем у нас.)
Почитайте мою рецензию на эту книгу ( особенно комментарии ). Там я привел РЕАЛЬНЫЕ факты из французских источников о Марии Антуанетте, а не повторение того, что написано в революционных памфлетах. Цвейг в своем произведении крайне непоследователен - то он пытается "докопаться" до настоящей личности королевы, то скатывается на повторение все той клеветы, которую сочинили те, кто и "взорвал" страну в 1789м. "Из англии надуло"... это очень близко к истине. Людовик 16й сильно поспособствовал отделению США от Великобритании - понятно, что это огромные финансовые потоки английских банкиров. Именно после этого резко активизировались все эти "тайные" - масоны, иллюминаты и др.
А Мария Антуанетта... НА ЕЕ ГЛАЗАХ МРАЗИ ПЫТАЛИ САМОГО ЛЮБИМОГО ЕЕ РЕБЕНКА.... большего кошмара для матери быть не может...
Классно написала, стало интересно почитать, с Цвейгом пока знакома только по его малым произведениям, да и то в малом совсем объеме)
А как же дети? А как же её заключение в тюрьме? Неужели не было жаль мать, у которой отобрали детей и более того заставили их отречься от неё? Неужто и в тюрьме она была зефиркой и хохотушкой?
Как интересно рассказала:))
объективности тут лучше не ждать.в исторической прозе это жирный минус)
Есть у меня подозрение, что революцию во Франции надуло не столько из Англии, сколько из Америки.