Отзывы о книге Мешок с костями
grausam_luzifer19 марта 2017«То, о чём не знают другие, остаётся твоим»
Моя колымага сдохла в тот самый момент, который принято называть неподходящим. Впрочем, редко когда подобную ситуацию можно назвать подходящей, особенно если ты застрял где-то в штате Мэн, подрагивающая в душном воздухе лента дороги утыкается в лес на тяжелеющем горизонте, а единственный указатель с полуистёршимся названием указывает на колею, порядком заросшую травой. Что-то здесь не так. Удивительно ёмкая фраза, не объясняющая ровным счётом ничего, но вместе с тем порядком давящая на нервы. Моё четырёхколесное ржавое ведро с гайками приняло решение хранить молчание. Пока я изучал стрелку, прилаженную к столбу, фары с упрёком сверлили спину. Да-да, я урод, не удосуживающийся проводить выходные под твоим капотом, да только что это меняет, дорогая, если солнце уже направляется к западу, удлиняя тени, а мы застряли чёрт пойми где. У меня стойкое ощущение, что по этой дороге до ночи никто не проедет. «Сара-хохотушка» - выведено на табличке. Надпись будто подрагивает, то размываясь, то становясь более чёткой. Я сморгнул – разумеется, мне показалось. Зато я заметил, что колея не такая заброшенная, пробившаяся трава была примята, будто по ней проезжали относительно недавно. Видимо, это единственный путь, который мне под силу пересечь на своих двоих в поисках помощи, пока солнце не шлёпнется за горизонт. В моих предположениях путь должен был занять куда больше времени, чем занял на самом деле. Мне порядочно напекло черепушку, иначе я не мог объяснить, почему выросший у гладкого озера – потом я узнаю, что оно зовётся Тёмным Следом, - дом производит такое странное впечатление. Вся реальность будто центрируется ведомой массой вокруг него, превращая и дом, и саму себя в лоскутное одеяло. Это нагромождение осязаемости создаёт обратное впечатление – морока, сотканного из того, что принято полагать пугающим. При общем взгляде на открывающийся вид не заметно ничего странного, но стоит всмотреться, вслушаться, принюхаться, как то тут, то там мелькает что-то, что ты неспособен уловить разумом, но чувствуешь кожей, что аж волоски на руках встают дыбом.
Скрип ступеней под ногами то радушный, то угрожающий, то предостерегающий, а последняя ступень звучит равнодушно.
По дому кругом разбросаны следы чужой жизни. Жизни, которой тут уже нет, посколько в доме царит запустение, хотя видно, что здесь регулярно прибираются.
Что-то здесь не так. Не так?Один удар – да. Два удара – нет. Тук.
Жаркий день даёт о себе знать тяжестью в голове. Стоило закрыть глаза, чтобы растереть виски, как комнаты, которые я успел охватить взглядом, пришли в движение, наполнились...призраками? Звуки – шаги, скрип кровати, смех, звон ложки в чашке, стук печатной машинки, плач, крик. Запахи – пыли, моющего средства, мужского пота, томатного супа и тостов с сыром, острый привкус гари, сырой запах земли, грязи и крови. Вещи приходят в движение, пространство стремительно обживается. Холодное скольжение по металлу за моей спиной – задорные магнитики на холодильнике складываются в круг, внутри которого из букв выстроилась одна строчка «go away». Стоит моргнуть – буквы с щёлканьем посыпались на пол одна на другой, а я уже наблюдаю за Майклом Нунэном, остервенело стучащим по своей печатной машинке. За Майклом Нунэном, потерявшим жену, что унесла с собой в могилу страшную историю этого места и плод своего чрева. За Майклом Нунэном, тщетно бьющимся над писательским барьером, над страхом перед сверхъестественным, путающим реальность со сном и собственным вымыслом.В сравнение с самым тупоумным человеком, который действительно шагал по земле и отбрасывал на неё свою тень, - вроде бы сказал Харди, - любой персонаж романа, пусть и идеально выписанный, - мешок с костями.
Говорит мне Майк, проходя мимо. Нет, не мне, он смотрит сквозь меня, вставая к холодильнику, вот только мой взмокший загривок облизывает ледяной язык. Мгновенное чувство, раз – и исчезло. И разумеется, он не говорит, а вспоминает, как говорил это однаждый. Мешок с костями. Все мы мешки с костями, раз уж на то пошло. На этот мешок я смотрю не менее жадно, чем смотрел на холодную бутылку пива в его руках мгновением раньше. Я уже думать забыл о заглохшем на дороге автомобиле. К чёрту пиво в шезлонге у озера на закате, тут разворачивается картина куда интереснее. Реальность опять дала брешь, увлекая вслед за Майком Нунэном и меня. Года сменяются не мгновенными фотоснимками в альбоме, но втекают один в другой – прошлое в будущее, будущее в настоящее, настоящее в вымысел. Гипнотический процесс, смешивающийся с моей собственной реальностью. Меня оглушает гром, когда небо успело потемнеть? Майк с обезумевшими глазами мчится прочь из дома. Опомнившись, я скатываюсь по лестнице за ним, покидая наше уютное тысяча девятьсот девяностое десятилетие и всем телом врезаясь в гладкую поверхность иной реальности. Эластичная плёнка лопается, поглощая меня и всё, что вокруг.Вторая половина летнего дня...какого года? 1898? 1902? 1907? Не важно. В ту пору один год не отличался от другого, время, казалось, застыло. То самое время, которое старожилам вспоминается как золотой век. Страна Прошлого, Королевство Детства. Конец июля. Солнце заливает землю золотым светом. Озеро синее, поверхность поблескивает миллиардом искорок. А Улица! Трава на ней подстрижена, словно на газоне, она широка, как бульвар. Я понимаю, что это и есть бульвар, место, где местные жители могут показать себя, посмотреть на других. Улица – основное место общения, главный кабель в паутине, пронизывающий весь Тэ-Эр. Я всё время чувствовал эту паутину, даже при жизни Джо я чувствовал, как эти кабели змеятся под землёй, но все они отходили от Улицы. Люди прогуливаются по Улице, протянувшейся вдоль восточного берега озера Тёмным След, прогуливаются группами и поодиночке, смеются, болтают под бездонным синим небом. Здесь, здесь берёт начало эта невидимая паутина.
И здесь же возьмёт начало история многолетнего ужаса, шелестящего в тихом городке. Я успел увидеть это во вспышках молний, которые под грохочущий аккомпанемент разрывают небо. Небо, ещё недавно бывшее таким светлым, теперь давит на плечи, ливень застилает глаза, мимо меня прогуливаются, семенят, бегут, несутся, с криком спотыкаются и падают люди. Время, место, события – всё смешалось, всё происходит одновременно и нигде.Я сошёл с ума? Один удар – да. Два удара – нет. Тук. Пауза. Тук тук.
И да, и нет. Гроза выплёвывает меня к трейлеру, где под уютным солнцем нежится трёхлетняя девчушка с лентами в волосах. Сколькое ещё отпечается на дне этих смешливых голубых глаз…Тук.
Образы наслаиваются один на другой, меня окружают люди, которые вроде как видят меня, и которых вроде как вижу я, но мы проходим сквозь друг друга и каждого пробирает дрожь. Ты чувствуешь этот холод? Меня вмиг пронзило. Думаешь, показалось? Цвета блекнут, в моей голове роятся тихие разговоры, шелест деревьев, глухое бульканье булыжников в воду и предсмертные вопли, а на фоне поёт темнокожая женщина с гладкими губами, рот мой наполняется ледяной водой и хочется кричать, но я просыпаюсь в автомобиле с дочитанной книгой на коленях.И мне непонятно, ктo из нас – мешков с костями, - более реальный, я или они. Я?
Тук. Пауза. Тук тук.
26 понравилось1,1K
Комментарии 0
Ваш комментарий
, чтобы оставить комментарий.
Комментариев пока нет,
ваш может стать первым