Item: Щегол
Rating: 3.5
Author: 47olya

6 февраля 2017

Долго не могла собраться с мыслями об этом романе, потому что слишком плохо знаю американскую реальность и не могу понять, насколько роман соответствует реальности. В романе почти все персонажи причастны к миру искусства и культуры. Главный герой, будучи мальчиком, потерял мать при взрыве в музее искусств, его мать работала в журнале дизайнером, отец – артист-неудачник, осиротев, мальчик попал в среду любителей и знатоков антиквариата. Сам он учился на кого-то вроде искусствоведа и стал торговцев антикваром. В общем, это сплошь люди, причастные к красоте, знающие высокое искусство. «Красота спасет мир», - говорил Достоевский. Автор хочет понять, спасет ли, по силам ли красоте такое? Смысловым центром романа стала картина «Щегол» голландского художника Возрождения Фабрициуса. Щегол – птичка на жердочке, прикована цепочкой с лапки. Цепочка недлинная, летать этот щегол не может, может только крылышки разминать. И вот он сидит на жердочке, и с таким достоинством, такой сытый, красивый и довольный. Его лишили полета – а он этого и не заметил. Почему же именно этот щегол так важен для автора? В основном мысли и чувства главного персонажа направлены на этого «Щегла». Он вынес картину из музея при теракте, он все переживал, что его найдут и посадят, прятал и перепрятывал ее. Любил рассматривать по возможности, и она всегда на него действовала завораживающе. Когда узнал, что его друг детства украл ее у него, то с одной стороны обиделся, а с другой, освободился от тайны, теперь-то уж точно его не посадят. Правда, сразу жизнь как обесценилась. В конце концов именно благодаря другу и «Щеглу» он обзавелся деньгами, и совершенно законно, что его очень порадовало. Продавать «Щегла» он не хотел, а вот как-нибудь удачно сдать государству – это хорошо! А придумал, как удачно сдать картину, его друг и вор Борис. Весь роман – это воспоминания главного персонажа о своей жизни, когда он сидел в гостинице и ждал то ли Бориса, то ли полиции. А Борис, можно сказать, роман в романе, настолько он характерен. Друг детства, с ним главный персонаж дружил, когда жил с отцом после смерти матери. Ох, и жизнь у американских подростков, если судить по этому роману! Массовая социальная беспризорность, которая скрадывается общим богатством. Это в муниципальных школах. А в частных нередки явления, похожие на то, что в России называется «дедовщиной». А всеобщая невротизация скрадывается постоянным употреблением наркотиков или других психотропов. Все озабочены проблемой поддержания душевного равновесия, и чтобы еще при этом сохранять приличный вид. Тео Дакер, главный персонаж романа, тоже для этого подсел на наркотики, как и его приятель Борис. Однако, судя по отцу Бориса, эмигранты из бывшего СССР приезжали в США не для того, чтоб изменить жизнь, а для того, чтоб совсем распуститься в своих низменных страстях. Но это мимоходом. Главное, Тео. Его чувства и размышления. Его друзья и недруги. Например, Хоби, человек, который больше всего сделал для одинокого мальчика Тео, старый мастер краснодеревщик, будто списан из Диккенса. Отец – картежник и неудачник, бледный потомок многочисленных авантюристов американской экшн - литературы … Китси - очень рациональная девушка, прямо из Драйзера ... Энди – единственный талант из вроде бы очень благополучной семьи, но именно его семья и убила. (Что это значит? Талант в современной Америке – лишний человек?) В основном «Щегол», конечно, роман о становлении юноши. Но там есть и детектив, и плутовской роман, и вроде и поток сознания чуть журчит… Что хотел сказать автор таким сложным конгломератом форм? Показать свою эрудицию и начитанность? Или обосновать таким образом свои рассуждения о жизни? … Её рассуждения имеют смысл только если роман очень правдив, исключительно точно реалии современной Америки описывает. А после чтения возникает ощущение, что автор из разных книг набрал сюжетов и мотивов и постарался их интересно скомпилировать, чтобы обосновать свою идею. Которую высказал в конце книги:

«Источник великой печали, которую я только-только начинаю осознавать: нам не дано выбирать себе сердца. Мы не можем заставить себя хотеть того, что хорошо для нас, или того, что хорошо для других. Мы не выбираем того, какие мы. Потому что разве не вдалбливают в нас постоянно, с самого детства, непреложную культурологическую банальность?.. Начиная с Уильяма Блейка и заканчивая леди Гагой, от Руссо до Руми, «Тоски», «Мистера Роджерса» — одна и та же до странного неизменная сентенция, с которой согласен стар и млад: что делать, если сомневаешься? Как понять, что для тебя правильно? И любой психотерапевт, любой специалист по профориентации, любая диснеевская принцесса знает на это ответ: «Будь собой». «Следуй зову сердца». Только вот, пожалуйста, пожалуйста, разъясните-ка мне вот что. А что, если у тебя такое сердце, которому нельзя доверять?.. Что, если сердце по каким-то своим непостижимым причинам заведет тебя — вполне умышленно, в облаке невыразимого сияния — подальше от здоровья, семейной жизни, прочных общественных связей и вялых общепринятых добродетелей прямиком в ослепительный жар погибели, саморазрушения, беды? Может, Китси права? Если само твое нутро поет, зазывает тебя прямиком в костер, то может, лучше отвернуться? Залепить уши воском? Не обращать внимания на изощренное счастье, которым заходится твое сердце? Послушно взять курс на нормальность, к восьмичасовому рабочему дню и регулярным медосмотрам, к прочным отношениям и стабильному продвижению по карьерной лестнице, к «Нью-Йорк Таймс» и воскресным обедам, все — с прицелом на то, что когда-нибудь ты вдруг станешь настоящим человеком? Или — как Борису — хохоча, отдаться полностью священному безумию, что выкликает твое имя?»

Судя по этому роману, для мыслящих американцев основная проблема в том, что надо быть правильным и хорошим обывателем, а не хочется….а надо, если не будешь, то все благополучие быстро исчезнет… И вот Донна Тартт предлагает вспомнить совет Ницше: «Искусство нам дано, чтобы не умереть от истины.» Я, правда, не уверена, что Ницше под истиной подразумевал социальную реальность, но Тартт предлагает мыслить именно так. Даже любимая девушка от героя отказывается, и он это понимает и соглашается:

«Только все так непросто, и она думает не только о себе, но и обо мне, потому что мы с ней оба прошли через одно и то же, я и она, мы с ней так похожи — слишком похожи. И потому что нас с ней обоих так страшно изувечило в таком юном возрасте, так жестоко, так неисправимо, что многим людям этого и не понять даже, не… рискованно ли это? Не стоит ли подумать о самосохранении? Двум нестабильным, жаждущим смерти людям придется ведь частенько обращаться к партнеру за поддержкой… никто не говорит, конечно, что у нее сейчас все плохо, у нее все хорошо, но для каждого из нас все может в один миг перемениться, ведь верно? задний ход, стремительный полет вниз, вот ведь в чем опасность… и раз уж наши с ней слабости и недостатки были так схожи, может ведь так случиться, что один из нас и второго моментально утянет за собой на дно? и хоть все это отчасти было написано между строк, я сразу же и с немалым изумлением понял, к чему она клонит. (Ну и дурак я, что не понял этого раньше, столько ранений, раздробленная эта ее нога, сотни операций, как очаровательно она приволакивает ножку, как вечно обхватывает себя руками, ее бледность, шарфы, свитера и многочисленные слои одежды, медленная дремотная улыбка: она сама, само ее сонное детство были взлетом и гибелью, морфиновым леденцом, за которым я гонялся столько лет.)

» (Прошу прощения за длинные цитаты, но автор очень любит многословие, не знаю, хорошо ли это… может, в этом и изюминка…) В целом, роман читать неподготовленному читателю опасно, там почти пропаганда наркотиков, и не каждый сможет продираться через многословие.) Лучшее в романе - это рассказ о «Щегле», картине эпохи Возрождения.

«Потому как, а что если именно вот этого щегла (ни с каким другим его не спутаешь) так и не поймали бы или он не родился бы в неволе, не был бы выставлен напоказ в каком-нибудь доме, где его увидел художник Фабрициус? Он так, наверное, никогда и не понял, отчего ему приходится жить в таких ужасных условиях: его сбивал с толку шум, мучили дым, собачий лай и запахи с кухни, его дразнили пьяницы и дети, а полет его был ограничен коротенькой цепочкой. Но даже ребенку видно, с каким он держится достоинством: храбрый наперсточек, пух да хрупкие косточки. Не пугливая, утратившая всякую надежду птичка, а безмятежная, спокойная. Которая отказывается покидать этот мир.»

7 понравилось

Отзывы о книге Щегол

Щегол

Комментарии 0