Рецензия на книгу
Молох
А. И. Куприн
KindLion5 февраля 2017 г.О капитализме и людях, его населяющих
Возможно потому, что слово «молох» схоже по звучанию со словом «молоть», я с детства трактовал «молох» как старинное название мельницы, что-то связанное с жерновами и т.п. И лишь читая эту повесть, усомнился в этом кусочке своей картины мира, полез в словари и выяснил, что Молох – библейское божество, пожирающее своих детей. Ну, тут уж вспомнился и «Сатурн, пожирающий своих детей» Гойи, и Греческий Хронос, занимающийся подобным, отнюдь не богоугодным, делом.
Самое удивительное, что название «молох» в понятии «мельница» подходит повести даже больше. Ибо эта повесть – повесть о перемалывании. Повесть о перемалывании судеб. Перемалывании судьбы своей собственной (Андрей Ильич), перемалывании судеб других людей (Квашнин). И самая главная мельница, перемалывающая миллионы судеб – промышленная революция, и, как законный и полномочный ее представитель, ее часть – завод, на котором трудится Андрей Ильич Бобров.
Задачи, которые, как мне кажется, ставил Куприн перед собой, когда брался за эту повесть – поистине грандиозны. И, по-моему, тянут на целый роман. И, мне думается, с задачами своими автор справился не вполне. Возможно, такое впечатление создается от того, что Куприн повесть неоднократно переписывал – и по своим личным соображениям, и по требованиям цензуры. И, конечно, мне абсолютно не известно – какой из экземпляров попал мне в ридер – то ли тот, который больше всего нравился автору, то ли тот, который, скрепя сердце и брызгая пером, одобрил императорский цензор.
А еще я почувствовал какую-то неуверенность автора в определении своих симпатий и антипатий.
С одной стороны – Куприн восхищается мощью научно-технического прогресса, с любованием и восторгом описывает прелесть и красоту строящегося промышленного гиганта, с другой стороны понимает, что рабочие и их семьи – жалкие, нещадно эксплуатируемые, безжалостно выкидываемые при поломке, детальки.
С одной стороны – Андрей Ильич Бобров – умелый инженер, тонко чувствующий интеллигент с нежной и трепетной душой, с другой – пытающийся завязать морфинист и психопат, ненавидящий свою работу.
Нина – с одной стороны – чуть ли не нежнейший персонаж, напоминающий Наташу Ростову, с другой стороны… (не буду раскрывать интригу не читавшим).
Даже Квашниным, эдаким новым русским рубежа 19 – 20 веков, вроде бы резко отрицательным персонажем, порой замечаешь, что автор немного и любуется.
И еще одна мысль сверлила меня – русский капитализм за эти годы ни хрена не изменился. И читая повесть можно легко разглядеть в ней отблески дня нынешнего. Словно век нынешний смотрит в зеркало века прошлого…9927