Рецензия на книгу

• 

  Kolombinka

  6 декабря 2016

  Вот уж точно, если б не обязательная рецензия по игре, слова бы из меня эта книга не вытянула. Что сказать-то... Человек ли это? А кто именно? Немец? Хефтлинг? Капо?
  

  
  Тех, о ком здесь рассказано, нельзя назвать людьми. Их человечность погребена ими самими или другими под унижениями, нанесенными им и нанесенными ими. Как бы парадоксально это ни прозвучало, но всех, стоящих на разных ступенях созданной немцами уродливой иерархической лестницы — и злобных тупых эсэсовцев, и капо, и политических с уголовниками, и придурков всех рангов, и отупевших забитых хефтлингов, — объединяло одно: внутренняя опустошенность.

  Содержание этого рассказа, как и освидетельствованная им история, не поддаются осмыслению. Невероятно, как можно было додуматься до печей; невероятно, как можно было выжить в лагере, невероятно, на что способен человек. А кто же еще. Всё Человек - и это страшнее всего, наверное. Потому что исхода нет. Куда нам друг от друга деться.
  Книга небольшая, прочиталась быстро. Хотя в самом начале почти каждый абзац давался с трудом, сквозь слёзы читать трудно. но слёзы быстро высохли. Сразу после того, как остались только мужчины, а трехлетнюю Эмили с мамой сожгли. Не потому что мужчин не жалко. Просто вдруг стало понятно, что такое пустота внутри. Она даже не звенит. И слёзы испарились. Их сожгли.
  Примо очень повезло, что он был один. Он страдал, мёрз, болел, обесчеловечивался - один, целиком, только он. И ни одна его часть не горела в печи и не умирала от удушения газом. Много ли выжило тех, кто каждый день нёс с собою пепел близких.
  Язык повествования скуп и не особо эмоционален, что, как ни странно, позволяет на все сто проникнуться ужасом существования в лагере. Надо иметь смелость, чтобы описать это именно так, без драматических выпадов, без пафоса и без романтики. Обыденное зло, серое ничто, поглотившее всех и вся. Обманом зрения выглядят люди, сохранившие крупицы душевного тепла, человечности, которые имеют смысл только в "нормальной" свободной жизни. Где-то там, в другом мире
  

  
  существует нечто чистое и цельное, нечто такое, что трудно назвать словами, — какая-то отдаленная возможность добра, ради которой имело смысл остаться жить.

  Даже в пустоте есть место надежде. Пока она теплится, человек остается человеком.

  12 понравилось

  0

  331