Рецензия на книгу

• 

  Raija

  28 октября 2016

  Эффектный роман амбициозного автора

  Роман "Любовница вулкана" о знаменитом историческом любовном треугольнике очень непросто написан. Это мое первое знакомство со Сьюзен Зонтаг, и могу сказать, что она ставила перед собой амбициозные задачи - это чувствуется. А вот получилось ли у нее воплотить великий замысел, вопрос иной, однако намеревалась автор явно выпустить спорную, вызывающую обсуждения книгу.

  Ну, не знаю, надо ли было настолько усложнять. А если бы она с самого начала называла персонажей по именам - Нельсон, Уильям Гамильтон, Эмма Гамильтон, - а не Герой, Кавалер, Жена Кавалера, - что бы изменилось? Как я поняла задумку Зонтаг, в книге она пыталась добиться отстранения, держала дистанцию по отношению к персонажам, чтобы читатель и не вздумал ассоциировать себя с ними. Скажу сразу, что известная любовная история возникает во второй половине книги. Первую автор посвящает судьбе Кавалера (Гамильтона), его первому браку. Вообще-то все участники любовного треугольника, а также окружающая них неапольская знать - люди несимпатичные.

  Зонтаг пытается взглянуть на ту эпоху с точки зрения современности и поэтому всячески подчеркивает различия между теми людьми и нами. Мне кажется, это исторически оправданно, потому что я не люблю, когда персонажи исторических книг ведут себя и общаются согласно современной логике. Даже теперешние поколения сильно отличаются друг от друга, что говорить о людях, рожденных в XVIII веке?

  Зонтаг, ничтоже сумняшеся, показывает события в оптике сегодняшнего дня, делает "флэш-бэки" в будущее, рассказывая, например, об извержении Везувия 1944 года, по-настоящему разрушительном.

  В самом финале книги Зонтаг дает слово разным персонажам, чтобы еще больше нас запутать. И все же последнее слово остается за Элеонорой де Фонсека - "феминисткой" той эпохи, казненной по приговору Нельсона. И вот она-то открыто (прямее некуда) выражает свое отношение ко всем трем главным персонажам книги. Вот и спрашивается, к чему была вся эта игра в объективность, когда в конце устами своего героя Зонтаг расставляет точки над i: книгу надо понимать так. Или это уступка среднему американскому читателю-тугодуму?

  В заключение скажу, что я впечатлилась предпринятыми усилиями, однако в итоге то, что хотела сказать автор, показалось мне очевидным и, скорее, поверхностным. Хотя в оценке исторических персонажей я согласна с Зонтаг, целиком и полностью. Но воплощение могло бы быть чуть более изящным.

  19 понравилось

  0

  968