Рецензия на книгу
Яма
Александр Куприн
Booksniffer28 сентября 2016 г.И снова Александр Иванович поражает своей, как сейчас на аглицкий манер выражаются, читабельностью: несмотря на некоторые недостатки, книга читается радостно, вот уж действительно когда чувствуешь, что приникаешь к живому источнику языка! Прирождённый рассказчик, Куприн легко заставляет нас (или меня) читать текст, изобилующий не очень нужной информацией, плохо прикрытыми авторскими размышлениями. Он пишет так, что ни у кого не останется сомнений в позиции автора, хотя "рупор" автора, Платонов, персонаж местами даже хакслиевский, так как на него возложена роль философа повести, собственно, играет не очень большую роль в повествовании помимо роли "спускового крючка". Ах, как любил потрындеть русский народ, встать в позу, попытаться убедить всех в своей уникальности и душевных качествах! Так и кажется, что кругом почти исключительно краснобаи, негодяи и жертвы - не удивительно, что наш репортёр не хочет нигде оседать, а путешествовать по стране, меняя работы и места проживания.
Нет, конечно, Куприн не отказывает России в порядочных людях, просто роман - не о них, он о проституции в целом (иначе невозможно объяснить, почему большой отрывок про Горизонта прерывает повествование). Проституция видится как страшный социальный феномен, с которым ничего нельзя поделать, в лучшем случае - немного помочь постфактум, как это делают актриса Ровинская и Рязанов, да и то только если среди проституток будут такие фигуры, как Тамара. Впрочем, думаю, тот факт, что Тамара потеряла визитку Рязанова, тоже не случаен. Да и весь сюжет, собственно, подтверждает старую русскую поговорку, что пока не грянет гром, никто креститься не будет. В этом отношении роман ещё и исконно русский, и думается, что во второй части не зря так подробно описана реакция Любки на чтение французской классики. Куприн не отказывается от роли социального автора, что можно увидеть хотя бы по непривычной концовке "Ямы".
Как психолог Куприн очень силён, ему нравится описывать характеры и реакции людей, он подбирает верные детали, хотя и бывает склонен к чрезмерно подробным объяснениям. Персонажей он "достаёт из кармана", когда надо, а затем преспокойно "убирает в карман", но делает это тоже психологически и сюжетно убедительно. Подобно некоторым великим, он позволяет себе технические вольности, которые заставляет работать на себя.
В целом, если когда-нибудь опять возобновится дискуссионный "матч" классики против современников, Александр Иванович будет сильным игроком за команду классиков.
1787