Рецензия на книгу

• 

  a_nefelibata_a10 сентября 2016 г.

  "Лета Господня" мне оказалось недостаточно, чтобы по-настоящему насладиться красотой языка Шмелева, который так мне полюбился. Нездешним каким-то покоем и умиротворением веет на меня от его слов, кажется, будто кто-то сильный и добрый ласково погладил большой рукой по головке.
  Розовое и голубое, крымские яблоки, миндалики, подснежники, свет и трепет, мечты, сомнения, стихи - вот венок, обрамляющий
  трогательно-наивное, идеалистичное, светлое первое чувство, взращенное (не могло не взраститься!) повестью Тургенева на благодатной почве чистой юношеской души. Души, всеми силами стремящейся к идеалу и противостоящей окружающей ее пошлости: взрослым циничным речам гимназического товарища, похабным песенкам мужиков, возмутительным намекам, двусмысленным разговорам. Томление, фантазии, рыцарское страстное обожание, преклонение, тайна - это Тоня и Серафима. Цветочки, душки в уточке, стишки, шепотки в коридоре - это Тоня и Паша. Благородством высокого чувства веет от первого и мещанским пошленьким удовольствием - от второго, и если бы так. Но в мечтах Тони Серафима и Паша сливаются с образом Зинаиды из "Первой любви" в ту самую Единственную, Вечную, Божественную, хотя ни ту, ни другую никак нельзя назвать "чистейшей прелести чистейшим образцом". И как бы ни были очаровательно описаны идеалистические мечтания юноши, его метания от одной любви к другой (а любви ли на самом деле?), хочется настойчиво крикнуть "Да возьмись же ты наконец за ум!" Не любовь это, не любовь, а только зарождающееся понимание того, какой может быть любовь, какой может быть женщина. Любовь может сжечь, довести до безумия, но любовь может и исцелить. И ни к чему терять голову в опьяняющем круговороте розовых губ, синих глаз, многообещающих взглядов и слов.
  Главы свидания Тони и Серафимы в Нескучном - настоящая гроза, предчувствие которой нагнетается до тех пор, пока не разражается стеклянной голубой молнией и безумием. Читать эти главы было немного противно, если быть честной. Но гроза пройдет, живительный ливень смоет всю грязь, всю пошлость, очистит и отрезвит душу. Принесет облегчение, конечно же. Оно станет сладким и освежающим, как та самая фруктовая ланинская вода.

  8

  905