Кысь
Татьяна Толстая
0
(0)
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.
Татьяна Толстая
0
(0)

Это очень странная и страшная книга. Мне трудно до сих пор определить свое отношение к ней. Кому-то из читателей было смешно встречать в тексте все эти словечки и нелепые ситуации, но не мне. Я улыбнулась лишь пару раз, в остальное время я хмурилась и ужасалась. Потому и оценка такая-никакая. Что такое оценка?Поставил 5звезд - значит восторг. У меня не восторг, а отвращение. Поставить одну звезду - мерзко и не беритесь за чтение? Не настолько мерзко, ведь книга несет смысл, заставляет думать и мыслить. Поэтому обойдусь без звезд.
Татьяна Толстая рисует страшную картину мира. После некоего события - Взрыва - выжившие крохи людей пытаются как-то существовать и бороться с Последствиями. Кто-то обрастает гребешками, у кого-то третья нога или когти на ногах, у кого-то хвостик или уши под мышками. Но есть Прежние, те кто пережил Взрыв. Как бонус им-долголетие на века, да вечная память. Кто-то прячется из них в своих избах, а кто-то, как Главный Истопник, например, пытается вернуть остатки прошлой жизни - названия улиц, бюст Пушкина на площадь, привнося еще больший сюр во все происходящее. Что меня больше всего тут обескуражило-Прежних немало. Они кричат о загнивании, об отсталости, но сами совершенно ничего не делают, чтобы вытащить себя и остатки народа из той большой трясины, в которой они оказались. "Изобретите колесо!", истошно кричит Никита Иванович. А почему сам ты не показал им это? Хватило сил лишь на нелепые столбы, да разговоры с Прежними, но реальной помощи - никакой. Еще большее чувство гадливости вызывал Высший Мурза - писал стишочки, сказочки, рисуночки, все за свое выдавал. Только своего ничего не было, брал из старых книг. Тут тебе уже и упомянутый Пушкин, и русские народные сказки. Мерзко, товарищи. Смотрим мы на этот мир глазами Бенедикта, сына Полины Михайловны, еще одной Прежней, да видимо умершей от отравления. Мир-то каков - питаются мышами (они что там, размером с собаку?И суп из них сварить, и запечь, и шкурки на шубку оставить), странными растениями, есть курочки, но яйца несут черные. Живут в избах, кто побогаче-в теремах. Этот самый Беня грамоте-то обучен, читать-писать может и работает на службе-творения Главного Мурзы переписывает, для народа размножает. В этом самом Бенедикте, не смотря на ущербность развития и восприятия, есть какие-то зачатки осознания, попытки мыслить и что-то иногда делать. Но, выросший в такой среде, он быстро становится ее частью. И вот уже ведет себя так же как остальные, читает редкие книжицы, но вот от старопечатной настоящей книги шарахается. Мол, они радиацию в себе несут, заболеешь, а там санитары в красных санях, тьфу-тьфу-тьфу. Женившись на Оленьке, он сам становится тестем Главного Санитара, и получает доступ к великому - его библиотеке, где собраны книги и журналы, где хранится память и знания прежних лет. То, что раньше вызывало страх, теперь стало смыслом жизни. Он читал жадно, как-то люто и ненасытно. Книги заменили ему жизнь, мир, себя. Но вот что странно, читая их, он никак не менялся. Как будто пустой дырявый котел - вода знаний и открытий лилась в него, да все уходило в землю, ничего не оставалось. Он мог, опираясь на полученные сведения, что-то делать. Изменить жизнь. Изменить себя Но лишь обрюзг, приобрел маниакально-депрессивный синдром и ничего больше. Ему что Сартр, что коневодство - все одно, лишь бы глаза, не читая скользили по буквам, лишь бы мозг получал порцию текста, не понимая. К чему, зачем, почему? Это ему было неважно. Не надо было думать. Мозг, и его способность анализировать и осознавать, видимо пострадал в результате взрыва. Ушло как ненужный атавизм. И потом - страшнее всех кысь, что вовсе не настоящая кысь, которая в лесу на дереве сидит, личико морщит, холодными губами чмокает, глазами ищет, но так кысь, сидящая у каждого в голове. Сами себе ее выдумали - не думать, не осознавать, не обрабатывать информацию, иначе пригорюнишься, весь мрак осознаешь, а кысь-то подловит и жилку на шее коготочком перережет.
Безрадостную картину рисует нам Толстая. Страшную, неприглядную. После книги, после осознания, что так легко опустить человека до невменяемого скотского состояния, хочется помыться. Но хуже здесь не тот самый показанный тупым народ, а особливо стоящая "интеллигенция" - брезгливые Прежние, ничего не делающие и не меняющие. Отвратно смотреть на власть имущих и их поведение. Страшный мир.
Комментарии 2
Ваш комментарий
, чтобы оставить комментарий.