
Тут надо слушать, а не рецензировать.
Есть авторы, которых читаешь. А есть Жванецкий. Его не столько читаешь, сколько слышишь. И даже когда перед тобой книга, а не экран телевизора и не концертный зал, в голове звучит именно его голос. Не озвучка. Не чьё-то подражание. Он сам.
Невысокий, крепкий, острый на язык. И этот жёлтый, потёртый портфель, который будто давно стал продолжением своего хозяина. Смотришь на него — и кажется, что он сейчас откроет портфель, достанет оттуда очередную историю и начнёт рассказывать. Спокойно, без театральных жестов. С прищуром. С паузами. С той интонацией, в которой уже содержится половина шутки.
Я помню Жванецкого по телевизору, по жизни, по концертам. Помню времена, когда попасть на концерт к мастеру юмора было почти привилегией, доступной далеко не каждому. Надо было принадлежать к числу сильных мира сего. И в этом тоже был свой парадокс: человек, который говорил о жизни обычных людей, становился фигурой, к которой стремились попасть те, кто привык иметь доступ ко всему.
А на концертах он был свободнее. И это чувствовалось. Жванецкий вообще не был человеком, которому требовалось изображать юмориста. Он просто смотрел на жизнь. Замечал. Формулировал. А потом произносил несколько слов — и всё становилось на свои места. Или, наоборот, окончательно рассыпалось.
В «Моём портфеле» эта манера сохранилась на бумаге. Рубленые фразы. Короткие реплики. Мысль возникает, поворачивается к тебе одной стороной, потом другой — и уже летит следующая. Никаких длинных объяснений. Никакой необходимости разжёвывать очевидное. Он словно разговаривает с тобой, а не пишет для читателя.
И ещё он пишет так, что перед глазами возникает кино. Не надо долго описывать комнату, персонажа, его одежду, выражение лица. Достаточно нескольких точных деталей — и сцена оживает. Ты видишь человека, слышишь его речь, представляешь жесты. Кадр сменяется кадром. Реплика. Пауза. Взгляд. И вот ты уже не читаешь — ты смотришь.
Но главное — его интонация. Одесская, узнаваемая, неповторимая. Без неё многое потеряло бы половину смысла. Жванецкого нельзя просто произнести. Его надо произнести именно так, как он сам произносил. С его паузами, сдержанной насмешкой, умением будто бы между делом сказать самое существенное.
И тут я поняла одну простую вещь: на книгу Жванецкого невозможно написать обычную рецензию. Что я буду объяснять? Его талант? Его наблюдательность? Его умение видеть человека насквозь? Всё это уже есть в тексте. Попробуешь пересказать — получится хуже. Начнёшь анализировать — рискуешь заговорить вместо него.
Жванецкого надо цитировать. Выбирать фразы, перечитывать, произносить вслух. И обязательно с интонацией. Потому что перед нами не просто автор юмористических миниатюр. Перед нами талантище, которому удавалось превращать повседневность в маленький спектакль, а человеческую нелепость — в искусство.
В Одессе есть Бульвар Жванецкого. И это правильно. Не только потому, что он был связан с городом. Бульвар — часть живой городской жизни, место, по которому идут люди, разговаривают, спорят, смеются. Не музейная тишина. Не пьедестал. А пространство, в котором жизнь продолжается. Именно та жизнь, за которой он так внимательно наблюдал.
Жванецкого не стало в 2020 году. Но стоит открыть «Мой портфель» — и он снова перед тобой. Со своим жёлтым потёртым портфелем, острым языком и этим взглядом человека, который уже всё заметил, но пока не торопится делиться выводами.
Так что никакой рецензии. Откроем книгу. Выберем цитату. Сделаем паузу. И дадим Жванецкому договорить.

Комментарии 2
Ваш комментарий
, чтобы оставить комментарий.
К сожалению переименовали в 2024 Но для одесситов - это бульвар Жванецкого
"Историю переписать можно - литературу нет ! "
Спасибо за информацию. Не знал. А этот бульвар и сегодня есть? И есть ли Памятник ММЖ в Одессе?