Item: Я не прощаюсь
Rating: 10
Author: YuliyaArnaut

5 сентября 2026

Еще один роман Хан Ган посвящен государственному насилию, на этот раз массовым убийствам на острове Чеджу. Вооруженное восстание, начавшееся в апреле 1948 года и направленное против предстоящих выборов, разделения Кореи и полицейских репрессий, было подавлено к маю 1949 года, однако преследования и отдельные эпизоды насилия продолжались до 1954. Их жертвами стали десятки тысяч человек, прежде всего мирных жителей. Главная героиня писательница Кёнха приезжает на Чеджу в снежную бурю, чтобы присмотреть за птицей подруги Инсон, пока та лежит в больнице. Постепенно она узнает о семейной истории, связанной с массовыми убийствами на острове. Путешествие Кёнхи становится метафорой возвращения к вытесненной истории. Снег, холод и изоляция усиливают ощущение, что прошлое не «прошло», а продолжает давить на настоящее. В романе возникает образ черных древесных пней у моря, напоминающих метки массового захоронения. Этот образ показался мне одним из самых сильных в книге. Героиня сталкивается с тем, как насилие продолжается в теле, речи и человеческих отношениях: подруга теряет пальцы, сама Кёнха ощущает нервное напряжение и невозможность вернуться к нормальной жизни. Хан Ган показывает, что массовое насилие не заканчивается с последним выстрелом. Оно переходит в хроническое состояние общества и отдельных людей. В книге также упоминаются массовые убийства членов Лиги Бодо 1950 года, участие Южной Кореи во Вьетнамской войне, эпизоды японской оккупации и связанного с ней насилия, а также подавленное восстание в Кванджу 1980 года. Эти отсылки расширяют перспективу и создают фон «длинного XX века» корейской травмы: Чеджу предстает не единичной исторической случайностью, а частью системной логики холодной войны, антикоммунизма и государственного террора. Молчание в романе - это не просто психологическая защита, а политический факт. Говорить о Чеджу значит спорить с официальной версией истории. Я очень полюбила Хан Ган, в том числе, за писательскую храбрость. Для меня одна из самых политически острых черт ее творчества заключается в том, что она не выводит за скобки роль США в корейских трагедиях. Роман напоминает, что события на Чеджу разворачивались в условиях американского военного присутствия, а формировавшаяся южнокорейская власть опиралась на поддержку Соединенных Штатов. Безусловно смелый жест, особенно в контексте, где тема американского влияния остается чувствительной и в Южной Корее, и в международной политике. При этом «Я не прощаюсь» воспринимается мной как книга о мучительном усилии остаться рядом с чужой болью, даже если она принадлежит людям, которых ты никогда не знал. Читать ее было тяжело. Повествование постоянно балансирует между явью, воспоминанием, сном и почти потусторонним видением, а холод и снег словно физически проникают в текст. Но именно эта зыбкость делает роман таким пронзительным. Хан Ган не реконструирует трагедию с безопасного расстояния, а заставляет почувствовать, как прошлое вторгается в настоящее и требует, чтобы его наконец услышали.

Содержит спойлеры

Отзывы о книге Я не прощаюсь

Я не прощаюсь

Комментарии 0