Отзывы о книге Радиус хрупкости
IvanRudkevich9 июля 2026Разочарование.
1. Насколько личность автора, его пристрастия, его интересы, его взгляды влияют на литературное произведение? Всё дело в том, как использовать свои возможности: во благо ли, во зло ли, в глупость ли. И на что рассчитывает автор, пишущий книгу в 2026 году? Кто бы что не отвечал, но Ольга Птицева ясно рассчитывала на покупательскую возможность своих читателей в большей степени, чем на собственные силы.
Результатом становится откровенная фальшь. Да, Птицева - абсолютно фальшивый писатель.
И фальшивость эта отлично просвечивает в том ирреальном мире, в котором она - Птицева - пытается воссоздать в этой книге.
2. Папа сидел на табуретке у холодильника и молол кофе. Зерна он заказывал в Москве у давнего приятеля.
Какой кофе? Уточнения - это очень важно. Не детали создают атмосферу внутри текста, не диалоги, а уточнения и реакции. Стоит чуть-чуть изменить посыл, и унылый снимок превращается в картинку с сюжетом. Чего боятся? Не знаешь, какой кофе? Как парни делают омлет ты знаешь, расписала на целый абзац (никто из парней так не готовит, так готовят дамы за тридцать), а уточнить про кофе - не может.
2. Первую пару дней зерна одуряюще пахли. Запах доносился из плотно закрытого пакета, растекался по квартире, щекотал ноздри и мешал спать. Фрост чувствовал его сквозь сон, вдыхал глубоко, выдыхал медленно. А когда все-таки засыпал, то ему снились старый дом и старая жизнь. Просыпаться после этих снов было совсем уж невыносимо. Но потом запах утихал. И дома снова воцарялся привычный дух сырого дерева и папиных сигарет, которые он прятал на обувной полке.
Только что Фрост (я надеюсь, что это - фамилия, потому что если это - прозвище, то у меня для Птицевой очень плохие новости), делал - по немыслимому для натурала рецепту - омлет, а тут - каким-то чертом! - внезапно Фрост оказался спящим? Как это работает? Вот так.
Птицева - как графоманка - не умеет совладать с собственным словом, и вместо того, что бы расширить сцену на кухне - папа молол кофе, Фрост делал омлет, вместо того, чтобы передать нюансы отношений отца и сына, Птицева пишет не нужное ответвление, впадая в примитивный сентиментализм. И все в этом абзаце фальшиво: запах кофе не такой и резкий, чтобы щекотать ноздри или мешать спать. Если папа зерна заказывал в Москве у давнего приятеля. Тот присылал сразу много, а брал дешево, то к запаху кофе можно привыкнуть и достаточно быстро. Но Птицева упорно - потому что графоманка - развивает не отношения отца и сына, а продолжает гнуть свое: запах кофе утихает, а воцаряется запах сырого дерева и сигарет, которые папа прячет в коробке?
Птицева, у меня для тебя новость, сядь, а то упадешь: в каждой части дома пахнет по-разному. Запах на кухне отличается от запаха в гостиной, и запах в гостиной отличается от запаха в спальне. И запах сигарет из коробки не может затмить собой запах сырого дерева, а уж тем более запах кофе. А нужно это для того, что бы показать, как Фрост несчастен в новом доме.
Именно через запах кофе и сон... То есть Фрост - будучи пацаном, ни разу не пацан, а обычная нездоровая фантазия Птицевой.
Почему бы Фросту не переживать тоску как-то иначе? Потому что Птицева не умеет - как автор - ничего сверх дареного. А ты, читатель, читай и не анализируй!
3. — Что-то ты смурной, — заметил папа, когда кофе был разлит по чашкам, а масло на подсушенном хлебе растеклось желтой лужицей. — В школе чего?
Это - не живая речь, это - симуляция, и как всякая симуляция, речь отдает фальшивостью. Птицева никогда не разговаривала с людьми, никогда - будучи писателем - не прислушивалась к словам других людей, и, тем более, будучи писателем - особо любопытные слова не записывала, айфон - для писателя - он не для работы писателя...
Предлог когда в этом предложении лишний. Уважаемая Птицева, заведи себе редактора. Грамотного, умного, дельного редактора, а, заодно - и репетитора по русскому языку, он не будет лишним никогда - особенно для современных писателей.
Что мешало разделить предложение на два? Графомания Птицевой, лень и бестолковость.
Сербал. Вот как называла это мама. Глупое слово. Нелепое слово. Мамино слово. Мамина страсть к хорошему кофе. Мамина мельница из Стамбула. Мамина турка из поездки в Узбекистан. Мамин запах в свежих зернах. Мамин рецепт омлета.
И снова - мир отца и сына вертится вокруг кофе и вокруг омлета, других традиций в семье нет, и можно говорить, что для них именно кофе и омлет - самое главное, что связывает их с мамой, можно... только этого мало...
4. Она оперлась, но глянула неприязненно и отстранилась с видом, будто бы Фрост задолжал ей пятьсот рублей и все никак не соберется отдать.
А в мире Птицевой и других писателей не существует никаких других выражений лица, кроме взял в долг и не вернул? Враждебность можно показать иначе, но зачем? Птицева же писательница, зачем ей думать?
5. Здравствуйте, штампы!
— К однокласснице? — Мама даже усмехнулась, но уголки губ тут же опали.
Брови он свел самым устрашающим образом, но добрые глаза выдавали его с потрохами.
Библиотекарша поднялась из-за стойки и грозно свела брови.
Фрост сдержал радостный вопль, даже бровью не повел.
Папа поднял бровь.
Папа скептически приподнял бровь.
Лапшин медленно поднял бровь.
Гриф оперся на дверь сторожки спиной и затылком;
Антон вернулся к дереву, оперся на него спиной.
Фрост сел на лавочку под яблоней, оперся спиной о ствол, прикрыл глаза.
— Ордер покажите. — Фрост оперся плечом на стену, чтобы не завалиться.
Губы шевелились, попадая в такт песне.
По-китовьи. Фрост глянул на Сеню, та не услышала: выводила цифры в тетрадке, даже губы шевелились от усердия.
Мама тут же поджала губы.
Или просто поджала губы и больше никогда бы с Сеней не разговаривала.
Голова наконец перестала выдавать картинки: как отец идет рядом с Сеней к остановке, как извиняется за грубость сына, как Сеня поджимает губы и смотрит презрительно.
Губы беззвучно шевелились, она шептала себе под нос.
Она брезгливо поджала губы.
Окинула все быстрым взглядом — окно, кровать, стул, плащ, гора одежды на полу.
Окинула ее тревожным взглядом.
По его стопам Фрост и добрался до магазинчика, просочился внутрь, бегло окинул взглядом прилавок за спиной у сухонькой продавщицы, выбрал банку «Жигулевского», хапанул у кассы пачку сухариков с копченым лососем. Правильнее - со вкусом копченого лосося. Потому что так получается, что Фрост выбрал банку, купил сухарики и тут же - рыбыну.
Сеня опустила взгляд. Правильнее - опустила глаза.
Сеня подняла взгляд выше, встретилась глазами с собой же. Правильнее - Сеня подняла глаза, вторая часть предложения не нужна.Но беда в том, что вот эти вот штампы, повторы и безразличие Птицева несет из книги в книгу, даже не думая, а зачем думать.
Окинула гостью настороженным взглядом и только после этого впустила.
"Двести третий день зимы".
Груня окинула ее надменным взглядом, но ответом не удостоила.
Окинула взглядом происходящее.
И все, — окинула взглядом остальных.
"Весна воды".
Рэм окинул ее взглядом и остановился на клетчатом пледе, который она продолжала прижимать к груди.
Взглядом меня окинула.
"Там, где цветет полынь".
Если - скажем так - удалить из текстов Птицевой все повторы, то от книг ничего не останется, сплошные пустые страницы. А все потому, что писать Птицева не умеет и учится писать - не хочет.
А нужно ли учится? Да. Русский язык богат и разнообразен. И выразить можно - при должном усердии даже малейшие изменения в мире, стоит только изменения эти заметить и найти слова, чтобы изменения эти описать. Но Птицева не хочет. Уточнения и реакции индивидуальности противоречат творческому методу Птицевой.
6. — К нам тетя Надя собиралась приехать, как раз до понедельника. Сто лет с ней не виделись, то одно, то другое...
Кто из героев книги произнес эту фразу? Кто угодно, индивидуальностью фраза не отличается. Птицева, люди в жизни не говорят одинаково. Не говорят - решил окружающий мир. Идите лесом, сказала Птицева, и все в ее книгах говорят абсолютно серо. Никаких особенностей!
Читатель, мы не заслужили с тобой полноценную книгу, мы заслужили очередной бездарный фанфик с фальшивыми героями от фальшивой писательницы.
Птицева. Даже. Не старается.
Опять.
7. Уважаемая Ольга, мне глубоко плевать на все, что мешает Вашему творчеству. Лень, бездарность, тупость, безразличие, графомания, потные подмышки, изжога, ПМС, аллергия на арахис - меня это, как читателя - абсолютно не колышет. Абсолютно. Как и не колышет ваша целевая аудитория, потому что - время очередных новостей - не бывает писателей только для женщин, только для мужчин или только для подростков. Вечные истины - они всегда вечные, добро так или иначе побеждает зло - что в "Мухе-цокотухе", что во "Властелине колец", что в "Имени розы". То же самое - сюжетное разнообразие, все сюжеты - так или иначе - уже пережили и модернизм, и постмодернизм и метамодернизм, и "новую искренность". Дело остается в технике - о чем рассказать - это не так и важно, время больших тем прошло, остается только "как рассказать", и тут - все настолько плохо, что даже смешно, как плохо.
Окинула все быстрым взглядом — окно, кровать, стул, плащ, гора одежды на полу.
Окно. Пластиковое, деревянное? С занавесками, шторами, жалюзи или так...
Кровать. Двухспальная, односпальная, заправленная, не заправленная.
Плащ. Цвет, фасон, длина.
Гора одежды. Тут еще более все сложно.
А теперь, Ольга, смотрите.
Окинула все быстрым взглядом - готическое окно, огромная кровать с балдахином, стул в стеле баухаус, белый плащ с кровавым подбоем, гора одежды - латы, кожаные штаны, чей-то смокинг, грязные перчатки, фрак с дырками от моли, семнадцать носков - на прозрачном - как на мосту в Чжанцзяцзе -полу.
И не говорите, что влетевшая в комнату мама увидела что-то другое. Вы не посчитали нужным уточнить, мы не считаем нужно ограничивать свою фантазию.
Женя перехватила сумочку из человеческой кожи в другую руку и достала дырявый пакет со сменкой.
А почему нет?
Перегружать текст ненужной рефлексией Фроста по пути в школу - отличный пример лени Птицевой, кста - Ольга можете, а наполнить мир чем-то живым - нет.
Ха, так не работает.
8.
Хронология событий такова.
Первыми литературными опытами Ольги Птицевой стали, скорее всего, рассказы, написанные под впечатлением от других рассказов.
К сожалению, никто Птицевой не сказал, что она - слабый писатель, скорее всего ее - хвалили, и Птицева - уверовала.
Вместо того, чтобы развиваться, Птицева внутренне смирилась с тем, что ее графомания - это не ошибка, это - стиль, и тут, вместосмены вида деятельности, Птицева начала писать одно и тоже, дублировать одни и те же штампы одним и тем же стилем в надежде, что однажды у нее получится настоящая книга.
Как будто если долго ухаживать за укропом вырастит апельсин.
Но Птицева ошиблась - и ошибки ее продаются за 797 рублей на сайте "Читай-Город".
Но в какой-то момент наступает перелом - и в литературе тоже. С уходом Западных писателей, которые позволяли таким как Птицева прятаться в нише уютной бездарности, площадка опустела, и занять ее предстоит в том числе и российским лицам. Конкуренция точно появится - АСТ и ЭКСМО рано или поздно подвернут свои лодыжки - и возникнут вопросы: а на кой ляд мне покупать Птицеву, если ее первая книга вот ровным счетом ничем не отличается от последней? Читатель - он, Птицева, не дурак, он подвох чует.
И стоит появиться чему-то истинно талантливому, ты, Птицева, затеряешься на свалке. И никто не придет на помощь.
И любой выход из такой ситуации потребует грамотного решения.
Книга Птицевой - обычна.
Читать ее точно так же не интересно, как смотреть на сохнущую краску, слушать песни Баскова или листать современный ВК - глупо и скучно.
Птицева снова не постаралась.
Птицева снова выдала очередную порцию шлака.
Птицева снова всех обманула.
Птицева, прекрати.
Писать - это не твоё. Твоё - это магазин одежды.
Фу.
Всем добра и позитива!
8 понравилось54
Комментарии 0
Ваш комментарий
, чтобы оставить комментарий.
Комментариев пока нет,
ваш может стать первым