Рецензия на книгу

• 

  strannik1025 февраля 2016 г.

  Эти парни из Led Zeppelin органавты в металлических шапочках неожиданно обрадовали и отчасти размягчили мои слегка заскорузлые после первого тура забега сердце и душу. Потому что задание в виде любого романа Миксата вдруг оказалось безумно интересным, настроило на романтический лад и заставило вспомнить времена, «когда мы были молодыми и чушь прекрасную несли». С таким настроением теперь можно безбоязненно и в борьбу за бонус (с бонусом?) ввязываться.

  Основным достоинством этого романа Кальмана Миксата стал его совершенно особый литературный стиль, тот литературный язык, которым этот роман написан. Уже с первых страниц вдруг возникли параллельки с моим любимчиком Николаем Васильевичем Гоголем, но тут из недр памяти решительно восстал Проспер Мериме с его полустрашными полународными стильными новеллами, а затем грациозно павой выплыла из глубин времён Сельма Лагерлёф с её Лёвеншёльдами и встала между нашими мужчинами-писателями — слушайте, а ведь совсем неплохая компания образовалась!
  - А как же я, про меня-то забыли! — сановито поглаживая чеховскую бородку, произнёс русский писатель Вячеслав Шишков, и пошла потеха...

  То, что Кальман Миксат, как и упомянутые другие именитые авторы, в качестве основы вовсю использовал народные сказания и предания, легенды и сказки, рассказы, былины и всякую прочую творческую народную премудрость — мне кажется даже к критикам и специалистам обращаться не нужно. Потому что вот эта народность и полусказочность буквально выпирает из текста книги — и слова автора-рассказчика и речь героев и персонажей книги ведётся совершенно особым простым негородским языком. Но за любой такой деревенской простотой скрывается безусловное литературное мастерство автора, который знает и умеет пользоваться словарными богатствами своего родного языка (кстати, интересно, а на каком языке думал, сочинял и писал этот роман Миксат, на словацком или же венгерском?), устойчивыми фразеологизмами и диалектами той или другой местности, да ещё всё это с поправкой на описываемые в книге времена. И хотя роман написан в самом конце XIX столетия, автор легко перебрасывает нас на столетие назад и даже не то что погружает нас в те времена, но попросту делает читателя частью и времён и нравов и обычаев и колорита.

  И вот этот совершенно особый авторский стиль придаёт роману некие сказочные оттенки, а вставленные в книгу разного рода случаи и легенды, рассказки и полубыли добавляют этого сказочного колорита. А присущая роману шишковность (в обоих смыслах этого полупридуманного шуточного термина) усиливает эту полусказочность. И пусть ни одного настоящего шиша (чорта) в книге нет и в помине, однако роман написан не без своеобразной чертовщинки — он чертовски хорош, чертовски интересен, чертовски увлекателен, в нём до чорта юмора, смеха, иронии и лукавства, плутовства, и одновременно романтики, любовной неги и томления. И даже лёгкий мистический оттенок в книге тоже есть — он и в придуманном местными жителями (или привидевшимся им) явлении св. Петра, и вот в этом полуощущении «Чорт, чорт, поиграй и отдай!», которое возникает непроговорённым у главного героя книги молодого адвоката Дюлы, но и вместе с ним у читателя тоже.

  Весьма колоритны у Миксата портреты и образы главных и второстепенных героев и всех прочих персонажей, причём количество таковых по мере чтения постепенно доходит до десятка, а там смотришь, и второй образуется. При этом автор умеет обозначить характеры своих героев не только описаниями черт их личностей, но точно и метко обозначая характерные черты их поступками, или помещая эти приметы личности в диалоги других лиц — разбросанные тут и там по тексту характерологические основы персонажей постепенно скапливаются в одну общую красочную картину.

  Но ведь и в картинах природы родного края трудно подобрать Миксату достойного соперника — вот ей-богу, читаешь про все эти поля и дубравы, поляны и реки, горы и деревушки и поневоле влюбляешься в те края. И как общий итог возникает большое цельное красочное стильное полотно жизни словацко-венгерского народа — сочность, выразительность и заполненность этого полотна не уступит лучшим картинам лучших художников.

  В общем, похоже, что нужно включать книги Кальмана Миксата в список своих книжных предпочтений и встраивать в очередь. Эх, и где время на всё взять?!.

  PS Высмотрев упоминание о двух экранизациях полюбившегося романа Миксата, вознамерился было посмотреть хотя бы одну, но всемогущий интернет на этот раз отказался выполнять мои прихоти и послал меня куда подальше. "И пошли они, солнцем палимые..."

  68

  454