Рецензия на книгу

• 

  mrubiq

  10 мая 2026

  Нынче ветрено и волны с перехлестом

  Я вообще-то не большой любитель поэзии. И не знаток точно. Ограничен в основном школьной программой, очень мало стихов читал потом по своей воле. Пока не испытал шок, столкнувшись с Бродским! Вот с этим самым заглавным стихотворением, Письма римскому другу. После четвертого или пятого прочтения, я невольно выучил его наизусть. И в этом первая магия – сами слова, чисто фонетически, прекрасны, и очень легко западают в душу. Вообще, после этого, читая и другие вещи, сделал для себя вывод, что легкость запоминания – один из признаков гениальной поэзии. Вторая магия – в системе художественных образов Бродского, с одной стороны максимально удаленных от современной повседневной жизни, а с другой стороны так болезненно понятных и близких. Одиночество и угасание перед лицом смерти, осознание ничтожности земных достижений (купец, воин, философ), красота и трепет мира, который оставляет лирический герой. Много позже, я начал думать не об эстетическом, а рациональном содержании стихотворения, когда осмыслил «римский» цикл Бродского (Анно Домини, Я хотел бы жить, Фортунатус, в городе), я (третья магия) догадался что поэт выбрал образ империи, чтобы говорить о современном ему Советском Союзе. И тогда строки стихотворения в самом деле заиграли новыми красками

  
  Если выпало в империи родиться
  Лучше жить в глухой провинции, у моря.
  И от цезаря далеко, и от вьюги.
  Лебезить не нужно, трусить, торопиться.
  Говоришь, что все наместники ворюги,
  Но ворюга мне милей, чем кровопийца.
  Как там в Ливии, мой Постум, или где там...
  Неужели до сих пор еще воюют?

  Хочу отметить совершенно потрясшие меня два заключительных четверостишия.

  
  Зелень лавра, доходящая до дрожи,
  Дверь распахнутая, пыльное оконце,
  Стул оставленный, покинутое ложе,
  Ткань, впитавшая полуденное солнце.
  Понт шумит за черной изгородью пиний,
  Чье-то судно с ветром борется у мыса.
  На рассохшейся скамейке – младший Плиний.
  Дрозд щебечет в шевелюре кипариса.

  Заметили? На 34 слова всего три глагола! Невозможно представить текст без глаголов, они придают динамику, живость, собственно создают событийность. Кажется, что в конце стихотворения само время замирает в реквиеме по лирическому герою. Кстати, учить наизусть отрывки без глаголов – самое трудное.
  И наконец, сама форма стихотворения, эпистолярные мадригалы… Имя «Постум», то есть родившийся после смерти своего отца, отсылает читателя к оде Горация, созвучной по настроению, размещая автора в вечности. Удаленность адресата (антитеза центр-провинция), отсутствие ответов (монолог, имитирующий диалог), бытовые детали (светильник, вино, хлеб, кувшин с цветами) подчеркивают эскапизм героя, его сосредоточенность на частной жизни, внутреннюю эмиграцию, которая только и была возможна как форма протеста.
  PS. Я однажды продекламировал наизусть это стихотворение на туристической пьянке на сплаве, в шведской глубинке, как «безмузыкальную паузу» между пением под гитару. Я до сих пор помню, как ребят впечатлили эти стихи. А мне до сих пор припоминают время от времени это выступление. Искусство эгалитарно, сильные вещи пробьются к любому человеку.

  136 понравилось

  3

  280