Отзывы о книге Зрелость
TatyanaKrasnova94126 апреля 2026Дочитала автобиографическую трилогию Симоны. «Зрелость» — вторая часть, самая объемная, охватывает довоенные годы и Вторую мировую войну. Много событий, фактов, имен, подробностей. Третья часть «Сила обстоятельств» — о послевоенных годах, 1950-х и 60-х, и в восприятии она слилась с предыдущей, поэтому мои впечатления — сразу об обеих частях.
К таким книгам необходим справочный аппарат, но в моих изданиях его не было, и временами приходилось нырять в интернет, чтобы понимать, о ком и о чем речь. И это несмотря на прочитанные «Мандарины», роман о том же периоде. «Мандарины», кстати, служили неплохой опорой: художественная проза и автобиография, говоря по-разному об одном, лучше высвечивают личность автора. Ради этого я их, собственно, и читала — личность Симоны невероятно притягательна, и очень интересно видеть ретроспективу — как она складывалась.
Историю Симоны де Бовуар при желании можно назвать историей успеха: захотела получить профессию и стать независимой — и получила, захотела стать писательницей — и стала, захотела построить отношения на принципах, далеких от традиционного буржуазного брака — и построила. Союз с Сартром длиною в жизнь кажется фантастическим — у нее получилось то, чего не получилось у многих пар, в начале нового века пытавшихся выстраивать новые отношения на равноправной основе, условно говоря, «женщин французского лейтенанта».
Симона подробно описывает начало своей самостоятельной жизни и работу преподавателя, свои комнаты и их обстановку, из чего складывался ее обычный день, как проходили отпуска и выходные. Поражает количество подробностей: названия кафе, с кем там сидели, что заказывали, кто как был одет, что говорил, какие книги в тот момент выходили и какие были прочитаны, какие фильмы/спектакли смотрели. Вот оно, преимущество ведения дневников — просто из памяти на старости лет столько не выудишь.
Очень интересно читать о ее путешествиях — и пешком по Франции, с ночевками в сараях или под открытым небом, и по всей Европе, а после войны — по другим странам и континентам. Друзья, знакомые — калейдоскоп лиц.
При этом способ повествования минималистичный — перечисление событий и фактов, эмоций мало, так называемую внутреннюю жизнь Симона не демонстрирует. И пышных литературных портретов своих знаменитых друзей не делает, как, например, Эренбург, — это не ее жанр. Она, как импрессионист, набрасывает штрихи, мазки и пятна — а портрет (друзей, эпохи, самой Симоны) нарисуется в глазах читателя.
35 понравилось192
Комментарии 0
Ваш комментарий
, чтобы оставить комментарий.
Комментариев пока нет,
ваш может стать первым