Рецензия на книгу

• 

  hatalikov

  24 января 2016

  Сказка о девочке, вампире, оборотне, самокопании и сложностях любовного выбора

  Да и что это за мир такой, что за реальность, если древние легенды оживают на улицах провинциальных городов и вступают в схватку с мифическими монстрами? Неужели самые невероятные сказки зиждутся на правде? Неужели в жизни не осталось ничего здравого и нормального и балом правит волшебство?
  

  Прослушав вторую книгу саги Стефани Майер в аудиоверсии, я смирился с тем, что никто здесь никогда не станет достаточно взрослым, чтобы не идти на поводу у чувств, а думать головой.

  
  Я потеряла не только самую сильную на свете любовь, хотя одно это могло погубить любую девушку. Я потеряла будущее, семью. Целую жизнь, к которой так стремилась...
  

  Книга-боль, книга-страдание, книга-депрессия. Большинство глав Белла находится вне себя от горя, переживая разлуку с любимым, обещающую быть вечной. Жутко увлёкшись описанием эмоционального состояния героини, Стефани Майер вдруг вспоминает, что без внутреннего трепета никак не обойтись, ибо невозможно слишком надолго замкнуться в себе. Тут на сцену выходит Джейкоб, в первой части не имевший никакого глобального значения. Постепенно писательница понимает, куда нужно клонить, и вторая половина романа даёт уже хоть какое-то развитие, включая появление таинственного древнего клана Вольтури. Старт дан: теперь вместе с сентиментальными абзацами мы будем до конца саги решать несомненно важные проблемы взаимодействия вампиров, оборотней и людей. Стефани спасла себя, точнее, Джейкоб спас Стефани.

  
  Я походила на затерянную луну – моя планета, разрушенная катаклизмами, опустошенная как по сценарию фильма-катастрофы, продолжала, не смотря ни на что, вращаться по сжатой маленькой орбите вокруг забытого пустого места, игнорируя законы гравитации.
  

  Депрессивный период Беллы — вовсе не повод приостанавливать развитие истории. Только вот, наверное, проблема кроется в самом сюжете, слишком сказочно-сладком для достойного держания интриги. Долгая сосредоточенность на мыслях и чувствах играет очень слабую скрипку, а вот предфинальная часть романа выглядит более ярко и значимо, так что к основным событиям долго не пробираешься. Тем не менее, это не отменяет общего неудовлетворения от расписанной вдоль и поперёк инфантильности, явно рассчитанной на лиц слабого пола возрастом младше восемнадцати.

  
  Чем сильнее любишь, тем больше теряешь чувство реальности.
  

  Сам конфликт, основанный на нежелании Эдварда причинить Бэлле боль, кажется смешным: то есть, он её любит, но считает, что она настолько без проблем справится с его исчезновением, заживёт легко и хорошо, что поэтому нужно на самом деле убраться восвояси, не мешать человеку быть человеком. Несмотря на обещания вечно быть вместе. Как по-взрослому! Рассуждения вампира, прожившего 110 лет, выглядевшего всегда как 17-летний, и впрямь ничем не отличаются от мыслей 17-летнего подростка, который не думает на три шага вперёд, а подвержен влиянию мимолётных решений. Если трудно — надо бросить.

  
  

  • Белла, ты меня оскорбляешь! Я делаю тебе предложение, а оно принимается за шутку...
  • Эдвард, пожалуйста, давай серьезно!
  • Да я сама серьезность!
  • Слушай, мне только восемнадцать.
  • А мне почти сто десять - самое время остепениться!

  
  

  Видно невооружённым глазом, что самой Стефани Майер очень скучно с опечаленной и неуклюжей Бэллой, способной поставить на себе крест, когда рядом нет суженого. Но человеческая суть в том и состоит, что мы не можем существовать одни слишком долго. Джейкоб, как долгожданное спасение, возникает будто из ниоткуда. Конечно, согласно роману, это всего лишь дружок девочки, влюблённый в неё, но теперь история приобрела иной оттенок: она о том, как сложно быть девочкой, из-за которой ссорятся и дерутся двое божественных парней, хотя в любой момент можно одного заменить другим, правда, не давая тому слишком громких обещаний. И ещё немного о Вольтури, чтобы окончательно всё смешать воедино, поставив во главу старую проблему: как сложно парню девочки сделать её вампиршей, ибо «это проклятие, не желанное даже врагу». «Новолуние» тем и отличается от «Сумерек», что сюжет претерпевает значительные, но какие-то жутко банальные изменения, сопровождаемые святым творческим постулатом — «надо же как-то продолжать».

  
  Время идёт. Даже когда кажется, что это невозможно. Даже когда каждое движение секундной стрелки часов болезненно отстукивает подобно пульсирующей крови после ушиба. Оно идет неровно, неуверенно пошатываясь, то тянется, то замирает, но все равно продолжает идти.
  

  Мелодраматичные коллизии настолько разбавляют ход повествования, что воспринимать их серьёзно не получается. «Героизм ради любви» здесь выражен в очень простых приёмах — «не покидай меня» и «я за тебя умру». То, что так любят девочки: когда парни их хотят, когда есть ощущение опасности и нужности всем и сразу, когда кто-то сможет сказать: «Успокойся, дорогая! Я люблю тебя, остальное не имеет значения».

  
  Нельзя помнить, невозможно забыть.
  

  Девочка любит вампира, оборотень любит девочку, где-то есть клан других вампиров (и не только их), а теперь давайте активно переживать за всё происходящее! Получается? У меня нет. Печально...

  
  Рецепт для галлюцинаций – адреналин плюс опасность и глупость.

  6 понравилось

  0

  113