Рецензия на книгу

• 

  laonov

  15 апреля 2026

  Таинственная река (рецензия allegro)

  Замечали, что вы, во время чтения, похожи на… ангела?
  Я не шучу. Допустим, вы прекрасная, нет, даже — роскошная женщина, с каштановыми волосами и удивительными глазами, чуточку разного цвета.
  Вы уютно подмяли под попу ножку, вкусным крендельком, на диване, накрылись вишнёвым пледом и читаете чудесную книгу, и вдруг.. вы ясно ощущаете, что вы — не женщина (роскошная!), что у вас — растёт роскошная сивая борода.
  Не пугайтесь. Вы — не женщина (роскошная!) с бородой. Мы же не в Америке? Вы — обыкновенный старик.
  Вот вы переворачиваете страничку, и замечаете, как нежный смешок срывается у вас с уст, с грацией нашкодившего мотылька.
  Вы касаетесь рукой своего лица: бог ты мой! Неужели помог новый французский крем? На вашем лице — ни единой морщинки! Ваше лицо гладкое и нежное, как попка ребёнка. Какая там, попка — лучше! Как нежный лепесток..

  И вы понимаете, вы — ребёнок!
  Вы улыбаетесь, ласково гладите своё лицо, словно укладываете младенца в постельку и поёте ему колыбельную… переворачиваете страничку, и вдруг.. вдруг… вы понимаете, что вас — нет. В комнате, на диване, на вишнёвом пледе, лежит книга Анри Труайя, и никого нет, лишь каряя ласточка летает в комнате, касаясь перепуганным и словно бы прозрачным крылом, голубых цветов на обоях.
  Я верю, что примерно так, ангелы и читают книги: мерцая разными существованиями, как перепуганная лампочка в тёмном вечернем парке.
  А значит, и мы, во время чтения — чуточку ангелы.

  Мне искренне жаль, что я не ребёнок: если бы я прочитал этот рассказ ребёнком, я мог бы.. восхитительно поседеть от страха.
  Седой ребёнок пришёл бы в школу. К третьему уроку.
  

  • Саша! Почему ты снова опоздал! Господи.. да ты весь — седой, как лунь!
  • Венера Кирилловна.. я просто, люблю читать. У меня воображение эльфа.
  • Кого??
  • Эльфа. Понимаете, меня — не существует. И потому мне легко становиться тем, что я читаю или что чувствую.

  
  Позавчера, например, я был с вами, в постели.
  

  • Что???

    - Простите. Вечно я что-то путаю. Я был — вами, в постели (очаровательное вечернее платье), когда перечитывал вашу записку ко мне.

  • Какую записку?? Что с тобой, Саша! Ты бредишь, как Федя Конюхов в детском саду, когда играли в «море волнуется раз».
  • Ну, не совсем записку.. ну, не совсем мне. Да и не совсем кровью, чего уж там. Это была запись в дневнике,красной ручкой, маме, вы вызывали её в школу, потому что я плохо вёл себя на уроке. Так и написали: Саша ужасно ведёт себя на уроке. Он на уроке литературы — ласточка! А иногда и — Пушкин, прости господи!
  • Боже мой.. Саша, да у тебе лихорадка! Какая ласточка? Какой Пушкин??
  • Ну, не совсем ласточка.. вы просто написали, что я снова витал в облаках: бредил смуглым ангелом, а этого нельзя делать на уроке литературы, и читал стих Гейне, травке за окном, в то время когда мы проходили Толстого.

  
  Ну.. не совсем Пушкиным я был. Вы написали в дневнике, что я на уроке литературы флиртовал.. с ногой девочки, тайно от неё (не ноги, а самой девочки. Хотя и нога об этом не знала. М-да) и поцеловал её милый вишнёвый ботиночек, пока она что-то писала в тетрадке. Но ведь так сделал бы и Пушкин!
  Помните, мы только на днях проходили его стих: Я помню море пред грозою.. Там Пушкин завидовал волнам, которые нежно касались ног одной смуглой московской красавицы, с удивительными глазами, чуточку разного цвета..
  Говорю же — воображение эльфа, Венера Кирилловна.

  Рассказ у Труайя - чудесный. Знаете, есть рассказы, похожие на игру в покер: вы сидите за столом в чудесной компании роскошных обнажённых женщин, затягиваясь кубинской сигарой.. и вот, одна самая роскошная женщина, смуглая, как кубиночка (ну, почти. на самом деле, похожа на аргентиночку), с удивительными глазами, чуточку разного цвета, улыбается и говорит: кому принести виски?
  Поднимается, мило улыбаясь бёдрами, и на повороте, словно бы подмигивает мне правой ягодичкой, и уходит.. и я смотрю на неё, смотрю.. открыв рот и удивлённое, огромное колечко дыма, похожее на ещё более удивлённый рот незримого ангела..

  Простите, снова замечтался. Говорю же — воображение эльфа. Но если бы вы хоть раз увидели моего смуглого ангела, вы бы мечтали беспробудно, днём и ночью, и даже за тарелкой борща, прости господи.
  Да, есть рассказы, похожие на покер: ты в самом начале словно бы получаешь самые козырные карты, и понимаешь, что рассказ будет роскошным.. как бёдра смуглого ангела.
  Ну вот, опять. Простите..

  Рассказ начинается так. Солдат возвращается домой, с побывки. К нему подсаживаются в купе два солдатика, странных, словно бы скрывающихся от кого-то.
  Это вагон первого класса, и первый солдат — в звании, а они — простые солдатики, тоже, с увольнительной: отдыхали с девочками.
  И тут мои губы подумали: и правда, колдовство. Вот оно, колдовство. Настоящее. Мне на миг показалось, что мне — 86 лет. Коснулся своего лица — ну да, оно в морщинках всё (пришлось для этого, несколько скуржопить лицо, но чего не сделаешь ради искусства!).
  Наверно, в 86 лет мечтаешь о девочках, как о колдовстве. Но у меня же воображение эльфа, и потому я уже сейчас, как бы внахлёст судьбы, мечтаю о женщинах.. нет, о женщине, о роскошных бёдрах смуглого ангела, как о колдовстве.

  Странная эта парочка, двух солдатиков. Похожи на Дон Кихота и Санчо Панса. Один, толстенький, кровь с молоком, витающий в облаках, другой — худой, как шпага.
  Правда, у Сервантеса, Дон Кихот был худенький.. а у Труайя — наоборот всё.
  Поезд трогается, и наш упитанный Дон Кихот, рассказывает жуткую и мистическую историю солдату (сержанту).
  А в это время, в купе, на верхней полочке, пытается уснуть старичок, и он время от времени подаёт голос, как ангел с небес, чтобы погасили свет и говорили потише.

  И ты радостно и как-то уютно понимаешь, откидываясь на спинку дивана, с козырными картами в руке и смотря на роскошные обнажённые бёдра смуглого ангела, вернувшегося с виски и бутербродами с сыром.
  Да, ты думаешь: этот таинственный и невидимый старичок на верхней полке — не так прост. Он — чеховское ружьё, похрапывающее на верхней полке. И в конце рассказа оно — выстрелит.
  И тут я слегка смутился, ибо вспомнил, как обычно «выстреливают» ночью, старики, похрапывающие на верхней, или нижней полке, не важно.

  Погасили свет.. поезд летит по морозному пейзажу, светит луна в окошко.
  Ах, луна — самый древний и мистический художник. Вам так никогда не казалось? Художник, уровня Рембрандта.
  По крайней мере, когда наш сержант, глянул на двух солдатиков, они предстали пред ним как бы в ореоле голубого света: их лица, как бы парили в темноте.
  Тут я даже примурлыкнул от эстетического удовольствия. Погладил свой хвост… и даже не удивился этому.
  Любители кошек, знают, какое это уютное счастье, читать книгу, с кошкой, спящей у вас на коленях. Словно вам пришло нежное письмо от старого друга, но телепортация мысли о вас, прошла не без помех и странным образом воплотилась в нежный и тёплый вес кошки у вас на коленях: хвостатое, мурлыкающее письмо.. с коготками.
  Но мы помним, у меня — воображение эльфа. И потому мне на миг представилось, что я — кошка, и у меня есть хвост.
  Может.. — подумалось мне — он вырос от тоски по моему смуглому ангелу?

  Может иногда, мужчины, в муке любви, превращаются — в кошек?
  Да, знаю, мне скажут, что чаще, мужики превращаются в муках любви — в кобелей.
  Но может иногда, очень редко  — в кошек?
  О мой смуглый ангел.. если бы я стал очаровательной кошкой, ты бы смогла меня вновь полюбить?
  Я бы жил в доме, у тебя и твоего любимого человека. Тёрся бы об его ножки и твои, спал бы с вами.
  Когда бы вы занимались любовью, я бы.. нежно насиловал твой белый носочек, или его футболку.
  А потом приходил бы к вам в постель, счастливый и уставший, словно кубинец с плантации, сворачивался бы клубочком возле тебя и засыпал, и мне за ушком чесал бы твой любимый мужчина.
  Разве это не колдовство и чудо любви?
  Мне так представляется рай. И пусть, пусть в меня ангелы кидаются пирожными и кубинскими сигарами, мне всё равно (я искренне не знаю, чем кидаются ангелы). Так я вижу рай и на том стою. Точнее — лежу.

  Солдатик, Дон Кихот наш упитанный, стал рассказывать мистическую повесть из своего прошлого. О таинственном медальоне с кабалистическими знаками, о том, что он сирота, что воспитывался в мрачном, готическом доме, у странного человека, старика-инвалида в коляске, и его жены: он — был толстый, а жена — худая ведьмочка.
  И тут ты думаешь: вот оно! И говоришь: прости, прости, Барсик, спи дальше, я больше не буду.
  И ты думаешь,уже шёпотом: а уж не заколдованные ли муж и жена, эти два солдатика? А кто тогда тот старик, что спит на верхней полке, и которому суждено быть может — выстрелить, прости господи, не при Барсике будет сказано?
  Может это.. их сын? Или.. колдун, который навёл на них эти чары?

  История нашего Дон Кихота такова. Вечна как мир эта история: жили два семейства рядом, и враждовали. Почему? В данном случае — из-за реки, которая протекала в саду между их домами.
  Каждый считал, что это его река, что оба берега реки — принадлежат им. И они судились из-за этого.
  Символ чудесный, не так ли? Фактически — река Стикс, протекает у них в саду. И сами того не ведая, они судятся.. добиваются — своей смерти.
  Всё как у людей: порой мы чего-то страстно добиваемся, или держимся за что-то, думая, что это спасение.. а на самом деле — не знаем, что держимся за нечто ужасное и добиваемся — гибели.

  Наш Дон Кихот, возил толстяка на инвалидной коляске. Однажды он повёз его к колдуну. Чтобы навести проклятье на соседа.
  Колдун был странный. Лысый, на лице было трое очков, словно парад планет из линз. Перепуганная собака в конуре, на которую взобрался наш Дон Кихот подсматривая — ужасы, в окно.
  Интересный момент. Пока наш солдатик-Кихот рассказывал всё это, его худенький друг, солдатик, с улыбкой говорил ему: ну, в этот раз ты добавил много своего. И откуда ты всё это берёшь?

  Мне на миг показалось.. что этот рассказ Дон Кихота, является неким лимбом. Словно эти два солдатика, заперты в тело этого рассказа, как комарики — в солнечную плоть янтаря, и им нужно, как воздух, кому-то рассказать его, чтобы — жить, чтобы вовлечь в него других людей, словно бы питаясь их душами, жизнями.
  Но это лишь моя версия. Но согласитесь, было бы чудесно, чисто художественно, если бы это было так и при каждом новом пересказе этой истории, в ней бы появлялись те или иные атрибуты или блики внешности — тех, кому эту историю рассказывали, словно бы они навеки попадали в лимб этого Рассказа, похожего на ужас Жизни.

  И что значат эти таинственный очки, в количестве трёх штук, на лице колдуна? Что за странная, почти астрономическая оптика?
  Это как-то связано с тем.. что именно три человека едут в вагоне? Что три человека жили в том готическом и странном доме: наш Дон Кихот, хозяин-инвалид и его худенькая жена?

  Колдун вытащил восковую куклу, и стал шептать жуткие заклинания (Отец наш.. не небесный..) прокалывая её иголками.
  Но знаете что странно? Эта была кукла.. странного толстячка, с недужными ногами!
  Фактически — этого инвалида злого, который прикатил на коляске, к колдуну!
  Почему этого мрачного сходства не заметил толстый инвалид? Неужели, злоба человеческая так слепа, что она не видит того.. что мы, причиняя боль другим — причиняем боль и вред — себе же?
  Не верю в то, что другой сосед, на которого хотели навести порчу — был такой же толстяк с недужными ногами.

  А хотя.. это мысль. Вот эта зеркальность. Эврика!
  Два человека, недужных, как две капли похожих друг на друга, и ненавидящих друг друга, живут рядом, по ту и эту сторону Стикса.
  Говорю же: воображение эльфа. Особенно когда хряпну виски.
  Но странно: у меня и в сексе, воображение эльфа. Правда, мой смуглый эльф?

  Читателям придётся самим довести до конца это увлекательное расследование, расшифровать загадочные символы, которыми испещрён рассказ, словно осенней, перепуганной листвою — окно, за которым виден силуэт одинокого человека, похожего на выпившего эльфа в тёмных очках.
  Почему таинственного спящего старичка на верхней полке в купе, сравнивают то с ребёнком, то с сыном, той странной пары, в готическом доме?

  Почему, при раскопках, много лет спустя, того места, где была зарыта восковая кукла — обнаружен детский скелетик?
  Меня только сейчас осенило: это мог быть вовсе не таинственно «исхудавший» скелетик восковой куклы, а… трагическая тайна того соседа, о котором не говорится в рассказе, трагедия его любви: может поэтому он… так рвался отвоевать у другого соседа (инвалида), другой берег реки?
  Чисто художественно, это было бы сильно: закопать восковую куклу для проклятия, рядом..  с безвестной могилкой ребёнка.

  И самое главное: какова тайна того мистического амулета у нашего солдатика, которым он так гордился, который помогал ему и с «девочками»  и не только?
  Он ведь его теребил в руке, как спасение, когда он подглядывал в окно, стоя на будке собачьей, за колдуном и ворожбой.
  Может.. в этот миг, этот «счастливы талисман» просиял и всё взял на себя, поменяв местами действующих лиц?
  В общем, удивительный рассказ, особенно.. если хряпнуть стопочку виски, и затянуться кубинской сигарой, цвета роскошных бёдер смуглого ангела.

  p.s.  Завернувшись в уютный плед: кстати, очень вкусное пирожное с вишней, только что съел.

  63 понравилось

  0

  746