Рецензия на книгу

• 

  LocoLoca

  10 апреля 2026

  Сам себе режиссер (длиннопост + крейзи-теория насчет Брайони)

  Покидала меня эта история из одной крайности в другую. В конце чтения я поняла, почему эту книгу обсуждают, почему о ней спорят. Тут материала для разговоров... до конца жизни.

  Расскажу свои впечатления об истории "Искупление" в трех составляющих:
  

  • Мои эмоции во время прочтения.
  • Моя теория насчет Брайони.
  • О чем книга, мой вердикт.

    Мои эмоции во время прочтения

    Книга поделена на три части — первую часть, в которой происходит завязка; вторую часть, в которой Робби обретает голос свидетеля и участника событий Второй мировой войны; и третью часть, в которой автор сплетает судьбы главных героев, а затем ставит жирную, звонку точку в последних абзацах книги.

    Экспозиция и завязка в книге длинные, местами даже нудноватые, и у меня есть теория насчет этого, которой я поделюсь во второй составляющей. В завязке Брайони становится невольным свидетелем ряды событий, которые она связывает между собой в негативном ключе, и, сделав абсолютно неверные выводы, она делится ими с представителями закона. Это становится поворотной точкой для нескольких персонажей и запускает цепочку разрушительных событий, которые ухудшаются на фоне войны.

    Мне было сложно оторваться от книги. В завязке я частично оправдывала девочку сомнительными поступками взрослых и незрелостью ее личности. Плюс, девочке очень хотелось стать и быть главным героем, что у нее и получилось.

    В описании скитаний Робби с двумя капралами чувствовалось больше всего динамики: потрясающе горько описано как легко умирают люди, как быстро человек черствеет. Я сочувствовала Робби и переживала за его ранение, которое постоянно мучило его и напоминало о себе болями в теле.

    Больше всего я ждала часть Искупления (буду писать с большой буквы). Ведь книга об этом, верно? А тут уже прошла половина книги, я с каждой страницей все больше узнаю о быте английских медсестер Второй мировой войны, читаю планы и надежды Брайони, описания улочек Лондона... а Искупления все нет и нет.

    Вот, наконец, Брайони у Сессилии. Видит Робби — он жив и целехонек. Робби зол, требует показаний главной героини, подробного описания почему она пришла к тем выводам, которым пришла. Брайони соглашается и возвращается в госпиталь.

    А потом я переворачиваю страницу и вижу повествование от лица Брайони 80+ лет... Что?... Подождите, почему?! А где же показания Брайони, повторное возбуждение уголовного дела, поднятие свидетельских показаний и т.д.?

    И вот я недоверчиво читаю меланхоличные размышления престарелой Брайони о том, что она в ближайшие годы (если не год) потеряет память, перестанет узнавать близких и осознавать свою жизнь в принципе. Она отправляется на такси в свой старый дом, в котором собственно и случилась вся трагедия, где встречается с огромным количеством родственников, которые ее чествуют как великую писательницу, и там она купается в лучах славы, поддержки и любви большой семьи.

    Я читаю все это и думаю: что происходит? Где Сессилия и Робби? Что за странный, абсолютно мне ненужный хэппи энд Брайони? Я хочу Искупления, хочу узнать, чем все закончилось для НИХ, а не для НЕЕ!

  
  Без особого интереса дочитываю измышления Брайони в надежде, что в конце она хотя бы парой строк обозначит, что (например) Сессилия и Робби сбежали после ее дачи показаний, она их больше никогда не видела, но однажды получила от сестры письмо о том, что они нашли покой и не надо их искать.

  А автор берет и размазывает меня несколькими последними страницами книги... Причем, я даже не сразу это поняла. Я прочитала о том, что Робби и Сессилия не встретились после его ухода на бои в виде неуверенных строчек предположения Брайони, и подумала: хм, даже так? Дочитала до конца и тут накатило осознание: подождите, чтооо? Еще раз... Нет, серьезно? То есть Брайони вот так, мимоходом рассказывает о их гибели?..

  С этого момента мой эмоциональных всплеск от озарения возрастал и раскручивался как по спирали. Я посмотрела и фильм, и еще раз перечитала последние страницы книги (такое у меня случается редко, например, было с Эрих Мария Ремарк - Три товарища ).
  А потом и вовсе наступил этап переосмысления всего сюжета книги. Об этом ниже.

  Моя теория насчет главной героини и автора постановки Искупления — Брайони

  На мой взгляд, это тот самый случай ненадежного рассказчика. И если при сцене у фонтана или передачи письма Сессилии от Робби я могла частично — частично! — оправдать Брайони, а также немного понять ее чувства и эмоции при даче свидетельских показаний (здесь уже без оправданий), то после прочтения ВСЕЙ книги нельзя быть уверенным ни в чем, где нет прямых доказательств или сторонних свидетелей.

  Например, мы можем быть уверены в том, что Сессилия и Робби имели чувства к друг другу — доказательством являются письма, которые, как поясняет уже пожилая Брайони, находятся в Музее. Мы можем быть уверены в том, что Робби попал в тюрьму, а затем на войну, также как и Сессилия порвала связи с семьей, а затем стала медсестрой — потому что мы имеем все те же письма + свидетелей. Как я понимаю, Брайони смогла поговорить с одним из капралов, который сопровождал Робби, и узнать от него и что он видел, и что говорил, и какими были последние дни, часы и минуты Робби. Капрал собственно и передал письма.

  А вот в том, что Робби передал письмо Брайони в начале завязки можно быть уверенным? Многие в отзывах отмечают, что тут целых два весьма странных поступка: во-первых, перепутанное письмо, во-вторых, передача письма девочке. И аргумент — что если Робби передаст письмо Сессилии сам, это будет выглядеть по-дурацки! — тоже звучит нелогично.

  А что если (дальше это фантазии моего воспаленного ума, но почему бы и да?) после сцены у фонтана Брайони, в силу своего любопытства и желания найти больше пищи для писательского ума, следила за Робби и осматривала его комнату? И это письмо Робби действительно напечатал, но вместо него положил в конверт нужное, а листок с "промежностью" Брайони выкрала чтобы показать Сессилии и обличить его? (дальше по сюжету тоже вполне сходится, Брайони передала письмо сначала Сессилии, затем констеблю).

  В это будто бы верится больше. Робби так переживал и так старательно писал письмо, ну не поверю я что он его четырежды бы не перепроверил и не перечитал. А уж доверить письмо любопытной девчонке с большим самомнением для передачи предмету любви...

  А что если Брайони не случайно пошла в библиотеку? Опять же, мне больше верится в то, что она либо следила за парочкой, либо в какой-то момент заметила, что ни Робби ни сестры в поле видимости нет, и пошла целенаправленно их искать. И там, в библиотеке, она не столько хотела спасти Сессилию, сколько была разочарована в ней. Она пламенно хотела наказать Робби, найти повод, за что его подтянуть. Как он посмел покуситься на Сессилию! И она, как автор сей "пьесы", захотела торжества справедливости любви и мира, где нет места разводам и другой грязи, существующей вне брака.

  А что если во время поиска братьев, Брайони, увидев Лолу и некого незнакомца, действительно не была уверена кто это, но из желания навредить Робби, поиграть в детектива и побыть "взрослой" она донесла именно на него? Она любит быть в центре внимания и тянуть за нужные крючки по ходу пьесы, а тут это реальность, и как это ВКУСНО — вот так ловко вершить судьбы?

  А потом да, она испугалась. Потому что реальность — не податливый, как пластилин, роман, который автор заваренной каши может развернуть, растянуть и вывернуть как ему захочется. Вот тут уже страх Брайони стал истинным и реальным. Встали в полный рост последствия того, что она натворила.

  Вы заметили, как смазанно описан судебный процесс? Не слышно Сессилию, не слышно Робби в тексте. Я думаю, это опущено персонажем Брайони намеренно, так как я ни за что не поверю, что Сессилия не пыталась с ней говорить и допытаться, почему она сказала такие вещи.
  Читатель в конце вообще не будет сопереживать пожилой Брайони, если узнает, что у нее был шанс развернуться и заговорить другое.

  Еще один аргумент почему нельзя верить тому, что пишет Брайони о своей роли в этой истории — в конце книги она признается, что у нее маленькие кровоизлияния в мозгу, и скоро она начнет терять память.
  Можем ли мы быть уверены в том, что на тот момент, когда Брайони это рассказывала, она уже не была в хотя бы частичной власти забвения? Плюс наложить какие-никакие метания совести (а психика всегда старается оградиться от болезненных событий в прошлом, и может подложить или подставить ложные воспоминания) и вуаля — мы имеем хорошо расписанную (из-за чего старт кажется тягомотным, слишком подробным и размеренным) экспозицию и завязку, но сомнительную правдивость истории.

  Я вспоминаю свои эмоции во время чтения, когда Брайони пришла на квартирку Сессилии и увидела там Робби. Он был здоров как конь! Тогда как по сюжету до этого он имел ранение. То есть он должен лежать в госпитале, почему он у Сессилии? Уже на том моменте я почувствовала ненатуральность ситуации, но где-то на подкорке сознания.
  Ну и забавно как Брайони ловко перешла с момента, когда требуются по ее придуманному сюжету ее действия — дача новых показаний, рассказ правды семье и т.д. Она тактично переступает на свой длинный, грустно-философский рассказ о том, как она хотела чтобы хотя бы в книге они были вместе.

  Брайони всю жизнь прожила в трусости и понадеялась на Искупление в виде придуманной ей сцены воссоединения двух влюбленных, а мы, увидев название книги, купились на эту уловку и ждали торжества справедливости.

  О чем книга, мой вердикт

  Конец книги бьет наотмашь по лицу. Он не просто меланхоличен или горек — он трагичен. Потому что незримый, но вполне осязаемый месседж автора в конце книги полон пессимизма и обреченности: справедливость далеко не всегда торжествует. Пара влюбленных в друг друга людей не обрела свой хэппи энд, зато по-настоящему виновные люди — Пол Маршалл, Лола и Брайони — живут и в ус не дуют. Для Брайони это оказалось чуть большей сопутствующей потерей из-за мучений совести, а для парочки — всего лишь блеклый эпизод далекого прошлого в чужом доме.
  Даже домочадцы — Леон, отец и мать Сессилии — прожили относительно безоблачную жизнь. По-настоящему пострадали только двое.

  Если один человек захочет испортить жизнь другому — это возможно. Если опустить мои додумки, это может случиться случайно. Да, вероятность подобных ситуаций крайне, крайне низкая. Но для этих двух людей это произошло и стало трагичным концом. Как бы там Брайони не пыталась на бумаге написать другое: пьеса сыграна. Для двух сердец история закончена реальностью, а не красивыми художественными письменами Брайони.

  Содержит спойлерыОткрыть

  1 понравилось

  0

  74