Рецензия на книгу

• 

  litera_s

  3 апреля 2026

  если чувства описать словами

  Вирджиния Вулф – символ филологических дев. Писатель и эссеист, самое известное из которых – «Своя комната», именно оно содержит мысль, ставшую негласным девизом: «У каждой женщины, если она собирается писать, должны быть средства и своя комната».

  В русской литературе Серебряный век – мой самый любимый период. В целом, не удивительно, что я пристрастилась к прозе Вирджинии. Она начала свою творческую карьеру в тот же переломный момент начала XX века. После переезда в Блумсбери – район Лондона, расположенный вокруг Британского музея, – она стала участницей Блумсберийского кружка, активно поддерживающего новое искусство, например, скандально прошумевшие выставки импрессионистов: Мане, Матисса, Ван Гога и Сезанна. В своих поисках новых способов изображения действительности Вулф выработала стиль письма, будоражащий своей эмоциональностью и проникновенной чувственностью. Если её тексты конвертировать в живопись, получится полотно из пятен, тем не менее составляющих одну целостную картину.

  Роман «Миссис Дэллоуэй» стал программным для многих филологов. Конечно же он был прочитан мной в своё время в рамках изучения зарубежной литературы XX века. Спустя столько лет я вернулась к нему, потому что встреча с героями «Часов» Каннингема, одним из которых стала Вирджиния Вулф, почти довела меня до нервного срыва. Невозможно перестать думать о том, что она наполнила карманы пальто камнями и вошла в реку:

  
  Она действует быстро, но методично, словно следуя инструкции, обещающей успех лишь в случае неукоснительного выполнения. Она выбирает камень, размером и формой напоминающий череп поросенка, поднимает его и запихивает в карман пальто (меховой воротник щекочет шею), непроизвольно отмечая его прохладную известковость и белесовато-коричневый тон с зеленоватыми крапинами. Она смотрит на воду – прозрачную, заполняющую неровности берега, и на другую – между берегами, желтовато-бурую в пестрых пятнах, гладкую и твердую, как дорога. Не снимая туфель, она делает несколько шагов вперед. Вода холодная, но терпеть можно. Зайдя по колено, она останавливается.

  Но вернёмся к «Миссис Дэллоуэй». Мысли одной женщины сменяют мысли другой: «Миссис Дэллоуэй сказала, что сама купит цветы. Люси и так с ног сбилась. Надо двери с петель снимать; придут от Рампльмайера»…
  
  Каким чёрствым сухарём надо быть, чтобы не суметь оценить по достоинству этот великолепный образчик модернистской литературы? Написанный методом «потока сознания», он погружает нас в многоголосие послевоенного Лондона, противопоставляя «Улиссу» Джойса такой же день из жизни женщины – Клариссы Дэллоуэй, что бы там не говорил Хоружий, критикуя роман английской писательницы. Мужской шовинизм, который высмеивается устами Салли, до сих пор нависает над женским миром.

  Из «соринки» в полифонию «потока сознания» – так описывается в учебниках основной художественный принцип Вирджинии Вулф. Но простому читателю это знать не обязательно. Нужно только включить аудиокнигу и закрыть глаза. Впустить в разум чужую жизнь, слиться с ней, идентифицировать себя с героями, появляющимися на страницах… Границы расплываются. Теперь вы тоже персонаж, гуляющий летним днём 1923 года по улицам Лондона.

  Если сравнивать мои впечатления от перечитывания, то признаюсь: в этот раз моё сердце было отдано тридцатилетнему Септимусу Смиту. Отдано не в смысле любимого персонажа, а в том, что я в ужасе проводила параллели с сегодняшним днём. Война сделала его инвалидом, страдающим от ПТСР и галлюцинаций. Никакая женитьба на хорошенькой девушке не излечит этого покалеченного человека. И таких – сотни тысяч.

  Мир никогда не будет прежним, человеку постоянно приходится адаптироваться к новым условиям. И только миссис Дэллоуэй раз за разом будет выходит из дома, чтобы купить цветы.

  13 понравилось

  0

  229