Рецензия на книгу

• 

  OlyaDodo

  29 марта 2026

  Странное

  Я взялась за Flesh (Плоть) Дэвида Салая потому, что роман получил Букеровскую премию 2025. Мне всегда интересно, что сегодня считается «большой литературой».
  
  Как бы описать этот роман?
  Представьте себе русскую классику: подробные описания природы, состояний, мыслей, лиц, жестов, среды. Длинные диалоги, философские размышления, внутренняя работа.
  А теперь представьте полную противоположность, и вы получите Flesh.
  
  Факт того, что роман стал лауреатом премии, неизбежно заставляет меня искать смысл: почему именно он?
  
  Давайте разбираться.
  
  Диалоги в книге выглядят примерно так:
  — Что ты об этом думаешь?
  — Это окей.
  — Что значит «окей»?
  — Это значит окей.
  — А конкретно?
  — Ничего.
  
  При этом мы ни разу не получаем описаний персонажей. Мы не знаем, как выглядит главный герой. Не знаем, как выглядит его возлюбленная. Зато мы точно знаем: какая грудь у его жены и его подруг, сколько волос на лобке у разных персонажей, какого размера его член в зрелости у главного героя, и что он ел.
  
  То есть нам показывают героя только через секс и еду. Самые базовые телесные потребности.
  Ммм. Как интересно.
  
  Я даже полезла на сайт Букеровской премии, мне правда стало любопытно, что же увидели судьи. Вот что они говорят:
  
  
  It’s as if the author, David Szalay, is inviting the reader to fill the space, to observe – almost to create – the character with him.
  This is the story of a man’s life, from his youth to deep into adulthood, and yet there are gaps left in the protagonist’s life that Szalay leaves uncovered. He generously allows the reader to fill them in, and yet there is not one wonky transition.
  
  
  Перевод:
  
  
  Как будто автор приглашает читателя заполнить пустоты, наблюдать — почти создавать — персонажа вместе с ним. Это история жизни мужчины от юности до зрелости, но в ней остаются пробелы, которые Салай намеренно не заполняет. Он щедро позволяет читателю сделать это самому, и при этом нет ни одного неуклюжего перехода.
  
  
  То есть, автор предлагает нам проделать писательскую работу за него. Спасибо большое.
  
  Еще:
  
  
  A superb, surprisingly propulsive novel… that allows us to know a character on a deeply intimate level with that character barely saying a word and which, through its flat, airless, colourless prose captures something of the alienated despairing fatalism at the heart of modern life.
  
  
  Перевод:
  
  
  Великолепный, неожиданно динамичный роман… позволяющий узнать персонажа на глубоко интимном уровне, при том что он почти не говорит, и который своей плоской, безвоздушной, бесцветной прозой передаёт отчуждённый, фаталистический отчаянный дух современной жизни.
  
  
  Вот здесь всё сказано очень точно: плоско, безвоздушно, бесцветно. Только вот динамики я там так и не увидела и не вопринимаю это как преимущества романа.
  
  Сам автор говорит:
  
  
  I wanted to write dialogue which reflected the way people actually speak… it’s so banal, but I think it contributes to the sense of realism…
  
  
  Перевод:
  
  
  Я хотел писать диалоги так, как люди говорят на самом деле… да, это банально, но это создаёт ощущение реализма…
  
  
  Но нет. Люди так не говорят.
  Я так не разговариваю.
  Со мной так не разговаривают.
  
  В итоге для меня этот роман, как современная картина, например, выкрашенная в синий цвет стена, в которой я должна увидеть глубину, потому что эксперты говорят, что это гениально.
  Для меня Flesh — это голый король. Все восхищаются, а мне очевидно, что король без одежды.
  
  При этом я отмечу два действительно сильных момента.
  
  Во-первых, текст усложняется по мере взросления героя: в подростковом возрасте он максимально примитивен. К концу романа язык становится плотнее, показывая, что герой все-таки развивается.
  
  Во-вторых, в момент трагедии в жизни героя, несколько страниц в книге остаются пустыми. Это считывается как утрата слов. Этот приём действительно драматичный. Пожалуй, самый сильный момент во всей книге.
  
  Всё остальное — для меня нет.
  Не мой герой.
  Не мой язык.
  И точно не тот роман, ради которого я готова аплодировать синей стене.
  
  

  3 понравилось

  66