Пятно
Анна Пестерева
0
(0)
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.
Анна Пестерева
0
(0)

Книгу я выбрала случайно. Мне понравилась обложка, и я приступила к чтению, не читая аннотацию и отзывы. Это было правильное решение. Не стоит начинать знакомиться с этой историей, если уже чего-то ожидаешь. Книгу нужно начинать с чистого листа, ведь история очень неоднозначная.
Настя — жительница провинциального города с нелегкой судьбой. Она решила выйти на столичный рынок труда как фрилансер. Для этого Настя берет машину у подруги и едет за подержанным ноутбуком в другой город. После того как становится ясно, что девушка пропала, ее знакомые идут в полицию, но Настя появляется, не рассказывая, где была, ссылаясь на амнезию. Девушка чувствует себя другой, и всю книгу шаг за шагом раскрывается тайна ее отсутствия.
Хоть история и мистическая, как мне кажется, ее главный посыл — социальные проблемы.
Вымирание отдаленных деревень и старики, оставшиеся в одиночестве. Я думала о том, как с каждым годом уменьшается наша социальная жизнь, пока мы не остаемся совсем одни. Как же много людей, с кем можно поболтать маленькому ребёноку и как мало у одинокого старого человека.
Семейные трагедии разрушают нашу личность, или, я бы даже сказала, выедают ее. Люди, слишком побитые горем, остаются оболочкой, под которой только тоска. Как же мы заблуждаемся, называя себя индивидуумами. Когда не остается родных, не остается и нас самих. Какая индивидуальность? Мы и наша жизнь имеют значение, только когда рядом близкие.
Неумение отпускать. Мы держимся очень часто за людей, которые перестают быть нашими. Довольствуемся крохами со стола чужого счастья, лишь бы хоть на миг снова почувствовать себя в сцепке с кем-то родным (уже не родным). Изменения пугают, и люди заклеивают дыры своего кирпичного дома-счастья обрывками бумажных фотографий, надеясь, что дом не рухнет. Только вот такое латание своей крепости не возродит постройку. Есть только один путь: снести все к черту и начать заново с фундамента. Мы страшимся начинать все сначала, потому что нужно много времени, но в итоге остаемся на руинах, когда снова строить уже поздно.
Пьянство. Мне тридцать пять, и я уже вижу, как те выпивающие весельчаки или кухонные философы не по возрасту в двадцать, через пятнадцать лет пробили дно и даже не пытаются карабкаться наверх к нормальной жизни. Это страшно.
Вот все то, что я нашла в этой истории, а мистика? Мистика тут второстепенна. Эта книга о человеческой боли.