Отзывы о книге Лавр
Openok_ok22 марта 2026Пациент скорее мертв
Книга стала одной из немногих в списке тех, что я бросила. Мысль: «А зачем я это читаю?» — преследовала меня несколько дней, но я надеялась понять, почему ей так восторгаются. Когда почти на середине повествования вопрос «зачем?» не исчез, а сюжет стал напоминать терминальный бред, я решила, что не стоит себя мучить.
Меня заинтересовала история про врача на Руси в XV веке. Понравилось, как описан быт и костяк сюжета в первой части. На этом положительные впечатления закончились.
Оказалось, что это совсем не моя литература, несмотря на многообещающую аннотацию. Что автор пытался донести до читателя, зачем эта книга вообще написана, осталось для меня загадкой. Я не поняла, что дало для истории смешение языков и стилей. Возможно, автор таким образом хотел показать, что он филолог и он могет. Возможно, это было сделано для того, чтобы книга лучше продавалась, ведь никто не будет читать произведение на церковно-славянском, вот и разбавили его и современным языком, и матом, на любой вкус и цвет, как говорится.
Возможно, автор пытался показать связь эпох, но, на мой (дилетантский) взгляд, в подобном исполнении это выглядит скорее нелепо и грубо. Актуальным, вневременным произведение делают не подобные костыли-пустышки, а чувства, живые образы, универсальные проблемы и испытания героев. Любовь, тоска по умершим близким у людей XV века почти такие же, как у современного человека, с поправкой на религиозное, мистическое мировоззрение первых, и вместо того, чтобы вспарывать мозг и взгляд читателя пресловутыми пластиковыми бутылками в средневековом лесу, можно было получше прописать героев, их мир и взгляды, чтобы человек из XXI века мог увидеть себя в персонажах из века XV.
Возможно, подобный прием должен был показать, что история и контекст для повествования не имеют значения, и важен лишь человек? С этим трудно согласиться, потому что персонажи в книгах не существуют в вакууме. Их мировоззрение и поведение формируется под воздействием обстановки, в которую они помещены автором. Без этого они становятся просто висящими в воздухе образами без прошлого, будущего, смысла и цели, и здесь именно это с персонажами и происходит. На мой взгляд, герои у автора получились невыразительными, их переживания описаны скупо, к ним проникаешься разве что жалостью, потому что все они постоянно страдают и умирают, чаще всего в мучениях. Кстати, что дало для истории такое частое смакование описаний разложившихся тел, я тоже не поняла.
Кто-то видит в этом смешении разных эпох какой-то особый смысл. Что ж, я понимаю, но не считаю это чем-то интересным, по крайней мере, в подобном исполнении.
Что ты хочешь прочесть в моих глазах, спросил старец. То ты и сам, отче, ведаеши. Скажу тебе лишь, что счет идет не на годы. И даже не на месяцы. Прими эту информацию спокойно, без соплей, как то и подобает истинному христианину.
*** Что же до воскресения и спасения душ преставльшихся раб Божиих, то эту информацию я предоставлю тебе, что называется, тет-а-тет.
От второй части веет словоблудием. Язык перегружен глаголами, повторами. Зачем было так подробно цитировать древние травники, если основным способом лечения будет волшебная сила главного героя, и травы эти никакой сюжетной нагрузки не несут? Всё это просто словесная шелуха, необходимая только для забивания пространства страницы буквами.
За время своего странствия он приобрел тот вид, который не требовал никаких пояснений. Без всяких слов ему давали место в сарае (хлеву) – или не давали. Из теплых изб ему выносили кусок хлеба – или не выносили. Чаще – выносили.
***
Он открыл глаза, сказали над Арсением. И он понял, что открыл глаза.
***
Арсений вышел из избы и направился к колодцу-журавлю. У журавля был убитый вид. Его деревянная шея, прикрепленная скобой к бревну-туловищу, со скрипом покачивалась на ветру. Арсений опустил бадью в колодец. Подземная вода, не скованная морозом, стояла высоко. Арсений увидел в ней свое отражение и не узнал его. Его лицо стало другим. Мое лицо стало другим, сказал он Устине. Эти изменения трудно определить, но они, любовь моя, очевидны.
В общем, искать объяснение тому, что здесь происходит и зачем, можно еще долго. Я тут недавно придиралась к железным клеткам и цепям в Японии XVII века, оказывается, просто надо было признать, что это вневременное произведение, в конце концов, там нигде не написано, что это учебник по истории или документальная литература!
Когда впервые заметила приписку на обложке «неисторический роман», то удивилась и подумала, что это выглядит как попытка заранее себя оправдать, чтобы читатели не указывали на пластиковые бутылки, мат и прочие «особенности» романа. Не было распространено бальзамирование на Руси, не знали тогда про устройство нервной системы, так а на обложке для особо душных написано, что роман НЕисторический, так что можно вертеть что (и кого) угодно. Почему бы тогда не написать, что это НЕроман, и вообще НЕкнига и НЕлитература?
Еще меня смущает поведение героев с точки зрения христианских обычаев. Когда Устина умирает без покаяния, Арсений отправляется совершать добрые дела, жертвуя свою жизнь ей, ведь они единое целое. В христианстве, насколько мне известно, подобной концепции единения нет, и своими деяниями нельзя спасти другую душу, за нее можно только молиться и надеяться на милость Бога. В таком случае интересно, а как же грехи, которые неизбежно совершит Арсений во время странствий? Или он уже настолько свят, что не грешит? Интересно еще, раз уж они одно целое, сработала бы исповедь, если бы Арсений сходил на неё за Устину? Но разве это имеет что-то общее с христианством? Наведен тень на плетень, и вся эта хлипкая сюжетная конструкция выглядит как извращение сути христианского учения.
При этом, нужна ли Устине такая жертва, Арсений даже не задумывается. Может, она хотела большую семью и детей, тогда Арсению, раз он живет теперь вместо неё, надо было жениться. Может, она так любила главного героя, что хотела бы, чтобы он жил своей жизнью и просто был счастлив. Хотела ли Устина, чтобы он бродил по свету, получая по темечку дубиной, съедаемый вшами и блохами? Может, и хотела бы, я не знаю, потому что этот персонаж остался совсем нераскрытым. Она нужна была для разгона сюжета, чтобы выпнуть Арсения в путешествие и стать его мотивацией, но про неё саму неизвестно практически ничего. Единственная выжившая после мора, цвет волос у неё рыжий, и любит Арсения. Всё. Не показана её скорбь по семье, по прошлой жизни, переживания по поводу потери девственности, даже неизвестно, сколько ей лет, понятно только, что молодая. Да и любви я не увидела. У меня было полное ощущение, что Арсений, как маньяк, помешался на девушке и фактически заточил её в своем доме. А после её смерти сошел с ума. Вот и вся история.
Наверное, я простая, как валенок, и у меня примитивное, валенковое восприятие, мне подавай сюжет, смысл (который не надо искать с собаками), прописанный мир и персонажей, переживания, логику, а не кучи раздутых трупов, сумасшедшего главного героя с неизвестно откуда взявшейся суперспособностью и экспериментов с текстом, выдаваемых за нечто интеллектуальное и глубокое. На мой взгляд, автор заигрался с самим текстом как с инструментом, с символами и стилизациями, забыв, что должен вылепить, и получился вычурный, но безжизненный набор букв. За что книге дали премию, я не могу понять. Если это одно из лучших произведений современной русской литературы... Приходится согласиться с мнением, что пациент действительно скорее мертв, чем жив.
Содержит спойлеры
26 понравилось1,8K
Комментарии 3
Ваш комментарий
, чтобы оставить комментарий.
Все именно так. Это словесный бред