Рецензия на книгу

• 

  VadimSosedko

  14 марта 2026

  "Были бы коллекционеры, а предметы для коллекционирования всегда найдутся" - И. Ильф и Е. Петров.

  Коллекционирование чего - либо - это причуда или призвание? А, может, болезнь? Никто ещё пока уверенного ответа не дал. Но, сколь существует наш мир, столько и существует коллекционирование. Конечно, любое коллекционирование (хоть спичечных этикеток) требует от коллекционера не только сил и времени, не только многочисленных целей, не только крепких нервов, но и наличия свободных денежных средств. Без всего этого - никак!
  Рассказ же Стефана Цвейга "Незримая коллекция", хоть и базируется на коллекционировании и всем, что с этим связано, но ставит одновременно несколько основных тем, которые, переплетаясь, и составляют стержень сюжета, что даёт повод "раскинуть мозгами".
  

  • Коллекционирование, как цель в жизни.
  • Коллекционирование, как бизнес.
  • Коллекция, как капитал, который можно продать.
  • Коллекция, как моральное осознание своего превосходства перед другими.
  • Коллекция, как балласт уже ненужный при невозможности её видеть.

  
  Быть может, кто - то сможет и ещё иные темы выделить, что Цвейг в рассказе обозначил. Но, думаю, и этих вполне достаточно.
  Сюжет одновременно прост и сложен.
  ПРОСТ - как рассказ попутчика в поезде, который постепенно нас, читателей и проводит по всем изгибам этой истории.

  
  — Я должен рассказать вам, откуда еду. Дело в том, что я пережил, пожалуй, самое необыкновенное приключение из всех, встречавшихся мне, старому антиквару, на протяжении моей тридцатисемилетней деятельности. Вы, вероятно, знаете, что творится теперь в нашем деле с тех пор, как ценность денег улетучивается, точно газ: новым богачам понадобились вдруг готические мадонны, инкунабулы, гравюры и картины; никакой кудесник не мог бы напастись на них; приходится энергично протестовать против их попыток вынести все, что есть у вас в доме; они с удовольствием сняли бы с вас запонки и завладели бы лампой с вашего письменного стола.

  Да, да. Всегда в тяжёлые времена, когда деньги обесцениваются многократно, на первый план выходят именно товары. Понятно, что коллекционные вещи можно купить много дешевле, а спустя какое-то время, продав их, обогатиться (либо - просто собрать свою коллекцию много дешевле). Вспомните времена НЭПа, вспомните военное время, когда старинные, коллекционные вещи продавались на базаре за бесценок, за еду. Потому и ситуация эта классическая.
  Но владельцу антикварной лавки, товары которой были практически уже раскуплены, надо было найти ещё кого -либо, готового что-то продать ему. Такой коллекционер и нашёлся в старых его списках.

  
  Но вдруг я наткнулся на пачку писем одного из наших, быть может, старейших клиентов, о котором я забыл лишь потому, что с начала войны, с 1914 года, он ни разу не обращался к нам ни с заказом, ни с каким-либо запросом. Обмен письмами происходил, как это ни странно, почти шестьдесят лет тому назад, — он покупал у моего отца и деда, и я решительно не мог вспомнить, чтобы за тридцать лет моей деятельности я когда-либо видел его у нас.

  Узнав, что старый клиент жив, владелец лавки решил не тратить время зря и посетить его, пусть даже он живёт и не в Берлине.

  
  на следующий же день, то есть вчера вечером, я отправился прямиком в один из тех невозможнейших провинциальных городков, которые встречаются только в Саксонии; когда я с маленького вокзала медленно плелся по главной улице, мне представилось почти невозможным, чтобы среди этих ординарных домишек, с их мелко-мещанским убранством, в одной из комнат жил человек, владеющий безупречным собранием великолепнейших произведений Рембрандта, Дюрера, Мантеньи. К моему удивлению, я узнал на почтамте, что такой-то советник хозяйственного управления еще жив. Я отправился к нему немедленно, испытывая, скажу откровенно, большое волнение.

  Да, встреча состоялась. Признаться, старый коллекционер был несказанно рад такому посещению. Он был горд даже тем, что его в провинции посетил столичный эксперт, перед которым можно похвалиться своей коллекцией, но...
  Но, теперь начинается самое интересное.
  СЛОЖЕН РАССКАЗ тем, что коллекционер живет с семьёй уж слишком скромно.
  КАК ПРИ ТАКОЙ СКРОМНОСТИ (если не сказать бедности) МОГ СОБРАТЬ ТАКУЮ БОГАТУЮ И ДОРОГУЮ КОЛЛЕКЦИЮ?
  Коллекционер, хоть и стар, но помнит всю свою коллекцию.
  Коллекционер - СЛЕП!!! ОН видеть свою коллекцию не может!

  
  Еще в детстве я чувствовал себя неловко, когда мне приходилось встречать слепого: я не мог отделаться от стыда, от какой-то неловкости в присутствии живого человека, которого я вижу, но который не видит меня. И в данном случае я должен был побороть некоторую боязнь, когда взглянул в мертвые, неподвижно устремленные в пространство глаза, обрамленные беспорядочными густыми бровями. Но смущение мое было непродолжительно: лишь только я коснулся руки слепого, он крепко пожал мою руку и порывисто повторил свое шумное, но все же сердечное приветствие.
  — Вот редкий визит, — заявил, он, смеясь, — вот чудо: один из господ берлинцев забрел, наконец, в нашу дыру…

  Коллекционер подумал, что ему будут что-то продавать, а, узнав, что приехали полюбоваться его запасами, возгордился ещё более.
  Но, почему - то домашние делали знаки посетителю, чтобы отложить на более позднее время осмотр коллекции. Так и произошло. А после обеда в номер гостиницы, где берлинский гость и остановился пришла дочь старика. Всё, что потом она сказала, перевернуло не только цель поездки, но и смысл их общения кардинально.

  
  И действительно, через час, когда я, сидя в маленькой столовой гостиницы, заканчивал обед, вошла, оглядываясь по сторонам, немолодая, скромно одетая девушка. Я пошел ей навстречу, представился и предложил сейчас же отправиться с ней, чтобы осмотреть коллекцию. Но с тем же смущением, которое я заметил у матери, она попросила разрешения сказать мне несколько слов, прежде чем мы пойдем к ним. По-видимому, ей это было нелегко. Собираясь начать повествование, она покраснела до корней волос, и рука ее теребила складки платья. Наконец, путаясь и останавливаясь, она начала смущенно:
  — Моя мать послала меня к вам… она мне все рассказала… и у нас большая просьба к вам… мы хотели вас поставить в известность… прежде, чем вы придете к отцу… он захочет показать вам свою коллекцию, а коллекция… коллекция…

  Вот здесь, на многоточии, я и должен прервать свою рецензию, дабы не уподобляться школьнику, написавшему изложение, дабы не лишать вас удовольствия чтения этой интересной истории.
  Что было потом?
  Как прошла встреча?
  Что за коллекцию показал слепой старик?
  С какими чувствами и мыслями покидал провинциальный городок рассказчик?
  Прав ли был Гёте, сказав: "Коллекционеры — счастливые люди!"?
  Потому и оставлю лишь вопросительные знаки, как вектор ваших размышлений.
  Дополнит же моё впечатление от рассказа репродукция одной картины.
  Густав Климт – Слепой старик. 1896 г.
  

  36 понравилось

  77