Собрание сочинений в двадцати шести томах. Том 11: Творчество
Эмиль Золя
0
(0)
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.
Эмиль Золя
0
(0)

До начала чтения очередного романа цикла про семейство Ругонов-Маккаров о книге я знала лишь то, что он основан на личном опыте Эмиля Золя и его дружбе с Полем Сезанном. Прототипом Клода Лантье считается Поль Сезанн (хотя мне во все время чтения книги виделся в нем Клод Моне), а в образе писателя Сандоза Золя изобразил самого себя (вот тут вопросов не возникло, попадание 100%). Публикация романа даже привела к разрыву многолетней дружбы между писателем и художником.
Перед нами трагическая история Клода Лантье (сына Жервезы из "Западни"), талантливого художника-новатора, который мечтает совершить революцию в живописи, но слишком одержим идеалом. На фоне богемного Парижа XIX века разворачивается весьма необычный "любовный треугольник" - художник, который не может «укротить» холст, его жена Кристина, живая, нежная, готовая на самопожертвование женщина и огромная Картина, незаконченный шедевр Клода, его навязчивая идея. Золя гениально описывает, как полотно превращается в одушевленное существо, в ненасытного демона, требующего жертв. Жертвой становится сначала любовь героев, затем их ребенок, а в финале — и сама жизнь творца.
Читая о фанатизме Клода, невозможно не вспомнить знаменитый девиз Стива Джобса: «Stay hungry, stay foolish» («Оставайтесь голодными, оставайтесь безрассудными»). Роман Золя — это мрачное предупреждение о том, куда может привести этот путь. Клод Лантье — это абсолютное воплощение «голода» и «безрассудства». Но если в современном мире бизнеса это синонимы успеха, то в мире Золя — это путь к распаду. Голод Клода — это черная дыра. Он «голоден» до совершенства, которое недостижимо для смертного. Если для Джобса «foolishness» (безрассудство) — это свобода от стереотипов, то для Клода это слепота. Он настолько «безрассуден», что перестает замечать слезы жены и смерть собственного ребенка.
Таким образом Эмиль Золя в своем романе «Творчество» ставит перед читателем вопрос: является ли великое искусство актом созидания или актом разрушения? И где проходит грань между созидательным «голодом» инноватора и разрушительной одержимостью?
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.
Эмиль Золя
0
(0)

До начала чтения очередного романа цикла про семейство Ругонов-Маккаров о книге я знала лишь то, что он основан на личном опыте Эмиля Золя и его дружбе с Полем Сезанном. Прототипом Клода Лантье считается Поль Сезанн (хотя мне во все время чтения книги виделся в нем Клод Моне), а в образе писателя Сандоза Золя изобразил самого себя (вот тут вопросов не возникло, попадание 100%). Публикация романа даже привела к разрыву многолетней дружбы между писателем и художником.
Перед нами трагическая история Клода Лантье (сына Жервезы из "Западни"), талантливого художника-новатора, который мечтает совершить революцию в живописи, но слишком одержим идеалом. На фоне богемного Парижа XIX века разворачивается весьма необычный "любовный треугольник" - художник, который не может «укротить» холст, его жена Кристина, живая, нежная, готовая на самопожертвование женщина и огромная Картина, незаконченный шедевр Клода, его навязчивая идея. Золя гениально описывает, как полотно превращается в одушевленное существо, в ненасытного демона, требующего жертв. Жертвой становится сначала любовь героев, затем их ребенок, а в финале — и сама жизнь творца.
Читая о фанатизме Клода, невозможно не вспомнить знаменитый девиз Стива Джобса: «Stay hungry, stay foolish» («Оставайтесь голодными, оставайтесь безрассудными»). Роман Золя — это мрачное предупреждение о том, куда может привести этот путь. Клод Лантье — это абсолютное воплощение «голода» и «безрассудства». Но если в современном мире бизнеса это синонимы успеха, то в мире Золя — это путь к распаду. Голод Клода — это черная дыра. Он «голоден» до совершенства, которое недостижимо для смертного. Если для Джобса «foolishness» (безрассудство) — это свобода от стереотипов, то для Клода это слепота. Он настолько «безрассуден», что перестает замечать слезы жены и смерть собственного ребенка.
Таким образом Эмиль Золя в своем романе «Творчество» ставит перед читателем вопрос: является ли великое искусство актом созидания или актом разрушения? И где проходит грань между созидательным «голодом» инноватора и разрушительной одержимостью?
Ваш комментарий
, чтобы оставить комментарий.
Комментарии 0
Ваш комментарий
, чтобы оставить комментарий.