Отзывы о книге Яма
KuzyaRaccoon5 марта 2026Бездна, из которой не выбраться
В первый раз "Яма" попала мне в руки давно. Еще когда оказалась в перечне заданных на лето книг. Не могу однозначно сказать, что повесть была лишней в этом списке, но до понимания заложенного в текст смысла мне тогда было далеко: как и многие классические произведения, прочитанные в школьные годы, "Яма" воспринималась по большей части сюжетом, а не мыслями.
Это не просто повествование о жизни женщин в домах терпимости, не призыв к осуждению или состраданию поведения героев. Это действительно бездонная яма, в которую с головой погружает читателя автор. Более того, открывая книгу, читатель ныряет в мутный и грязный омут, который с каждой страницей затягивает все глубже и глубже. Женщины, живущие в публичных домах, покупающие их тела посетители - все герои тонут в этом омуте, а желание вырваться из него, нащупать твердую почву под ногами, чтобы оттолкнуться и всплыть на поверхность, неизменно заканчивается тем, что дно оказывается очередным слоем вязкого ила, увлекающего еще глубже.
Девушки в повести показаны обреченными. День за днем, год за годом Яма засасывает их, не оставляя сил сопротивляться и растворяя представление о том, что где-то существует совсем иная жизнь. Яма пожирает не только тело, но и душу, оставляя лишь пустую нарядную оболочку, которая должна улыбаться всем гостям.
А гости... Почтенный отец семейства, который оставил дома жену и выводок детишек. Солидный педагог, днем с указкой в руке вещающий ученикам о морали и нравственности. Важный чиновник, дрожащий за свою репутацию. Все они разные в своей будничной жизни, но в Яме их объединяет одно: именно здесь с них слетают маски. Здесь они могут властвовать, здесь они боги, здесь им не грозит осуждение, здесь их самые низменные пороки принимаются с раболепным восхищением или привычной покорностью.
Когда в повести появляется студент Лихонин, желающий забрать девушку из дома терпимости, на мгновение читатель может понадеяться, что хоть бы одна жизнь окажется спасена бездны. Но благородство Лихонина оказывается лишь некой попыткой самоутвердиться, предстать перед самим собой и перед окружающими благородным спасителем. Он тешит свою гордость ролью благодетеля, рыцаря, спасающего падшую душу. Но когда дело доходит до нелегкого труда по возвращению человека к нормальной жизни, его энтузиазм быстро угасает. Лихонин оказывается совершенно не готов к той скуке, к той духовной пустоте Любки, которую он сам же и вытащил на свет.
Любка, как и многие девушки, попала в публичный дом не по своему желанию еще девчонкой, так и оставшись в том возрасте, в котором впервые столкнулась с духовным и физическим насилием. Несмотря на то, что она прилежно старается угодить тому, в ком видит спасителя, он видит в ней обузу, даже не пытается понять причины ее душевного состояния. Малодушие Лихонина приводит к закономерному финалу, который был очевиден для "коллег" девушки: Любка возвращается обратно. Студенты не видели в ней человека, даже не пытались разглядеть личность, они видели лишь объект для эксперимента. А когда эксперимент не удался, от объекта избавились. Её судьба - это трагедия человека, которого вытащили на поверхность, дали глотнуть свежего воздуха, а потом отпустили, не вызволив до конца, и позволили рухнуть обратно в вонючий омут.
Среди массы сломленных судеб яркой искрой выделяется персонаж Жени. Это, пожалуй, самый сильный и в то же время самый трагичный образ повести. Женя - единственная, кто сохранил в себе остатки гордости, тот стержень, который позволял ей осознавать весь ужас своего положения. Она умна, остра на язык и полна презрения к своим покупателям. Когда Женя узнает, что больна сифилисом, она решает не лечиться и хочет заразить как можно больше мужчин, уходящих в публичные дома в поиске того, о чем не смеют и заикнуться вслух в "приличном" обществе. Это ее месть тем, кто так жесток к девушкам, не имеющим права возразить.
Одно из самых интересных для меня наблюдений заключается в том, что настоящие имена девушек звучат в тексте только тогда, когда они каким-либо образом вырываются из трясины. Настоящее имя Любки - Ирина - звучит тогда, когда Лихонин забирает ее из публичного дома. Но то, что она так и остается для всех и для себя самой Любкой, говорит о невозможности окончательно забыть прошлое и зажить новой жизнью.
Когда доктор на осмотре вызывает Сусанну Райцыну, Женя уже мертва. Мертва проститутка Женька. Только после смерти она будто вновь обретает свое настоящее имя и навсегда покидает Яму, не растворив в ней свою внутреннюю силу. Вместе с именем как будто возвращается к девушке человеческое достоинство, которого лишены те, кем торгуют Анны Марковны в своих домах.
Единственная, кто смотрит на Яму как на временный этап, как на способ извлечь из всего этого некую выгоду для себя - это Тамара. Она умна, знает иностранные языки, умеет держать себя с таким достоинством, что способна обмануть кого угодно. Ведя свою игру, она мстит жестоким клиентам дома их же оружием - обманом. Но несмотря на то, что Тамаре удалось выбраться из Ямы буквально, метафорически она осталась там же - из одной бездны попала в другую.
Только после переосмысления этой книги до меня дошли главные ее мысли. Как было тысячу, сто лет назад, так есть и сейчас. Меняются лишь декорации.
Показывая искалеченные судьбы проституток, автор заставляет читателя задуматься о том, кто же виноват во всем этом. Девушки? Или, может, общество? То самое, которое создает эти заведения, а потом делает вид, что их не существует. Которое клеймит проституток позором, но само же их и порождает - нищетой, обманом, насилием, равнодушием. Которое требует от женщины "чистоты", но не дает ей возможности заработать на жизнь честным трудом. Которое громко кричит о нравственности, но ночью, крадучись, пробирается в Яму, чтобы удовлетворить свою похоть.
6 понравилось70
Комментарии 0
Ваш комментарий
, чтобы оставить комментарий.
Комментариев пока нет,
ваш может стать первым