Отзывы о книге Исповедь маски

Исповедь маски

Юкио Мисима

(0)

JewelJul
1 января 2016
Взрослый уже мужчина пишет о себе-ребенке. Что можно прочитать в этой летописи воспоминаний? Вино из одуванчиков? Жизнь мальчишки? Совсем нет. Это же японский мужчина, японский мальчик, это, можно сказать, инопланетянин. И пишет он весьма и весьма откровенно и... чувственно.
Если честно, то эта книга просто вопль подросткового отчаяния, я не такой как все, помогите. Я хочу-хочу-хочу быть вот как Тобаяши, или вот как Оми, болтать о девчонках, смотреть порнушку, вешать календари с сиськами и ржать над попками. Я невероятно хочу влюбиться в девочку, почувствовать удовольствие от поцелуя... но нет. Мне нравятся мускулистые, забористые работяги, их рубахи с открытым воротом и обтянутые штанами ноги. И никого нет вокруг, кто бы помог, кто бы успокоил. Правда, Кими и не ищет помощи, он справляется и разбирается в себе сам. Он проходит этот путь от вопроса к ответу в одиночку, не очень-то им напрягаясь. И на этом пути он встречает людей, разных, мальчиков, девочек, друзей, подруг, объектов вожделения, просто незнакомцев, и все встречи влияют на него, а он в свою очередь влияет на всех остальных. Не слишком динамичное повествование, но очень и очень глубокое психологически.
Я почему-то не могу сказать, какой он, Мисима, но я могу сравнить. Мне показалось, Мисима - это такой японский Сартр, раскапывающий рану вокруг каждой занозы своего бытия, по крайней мере вот это произведение и "Слова" чрезвычайно схожи композиционно и, чем-то еще неуловимым, чутким духом, поэтому я для себя определила Мисиму в экзистенциалисты. И википедия подтверждает, да да, все так и есть, автор акцентирует внимание на уникальности бытия человека, запечатлевает глубокое эмоциональное и духовное измерение. Похоже же, точь-в-точь. Конечно, критики со мной, наверное, не согласятся, но мне все равно, для меня Мисима - экзистенциалист.
А еще Мисима в этой книге похож на Генри Миллера. Чувственностью, пылкостью, вниманием к малейшим деталям настроения женского ли, мужского ли. Смотрит вроде бы в лицо, а видит чувство. Смотрит вроде бы в глаза, а видит бездну. Ну и черт бы с ней, с ориентацией, мне бы такого друга.
102 понравилось
40
3,6K

Комментарии 40

Ваш комментарий

, чтобы оставить комментарий.

sireniti9 января 2016

Надо подвинуть в списке. Спасибо, Юля)

1 понравилось

Cuore7 января 2016

Я у него читала "Запретные удовольствия" и это было такое адское испытание (причем, вообще без коннотаций - не могу определить, плохо или хорошо это было, но было ого-го). Боюсь уж и за другие романы браться, но этот, кмк, вообще надо бы прочитать, классика жанра.

1 понравилось

NataliP3 января 2016

Жалко, что я не могу сравнить Мисиму с Сартром, т.к. последнего не читала (но в планах "Тошнота"). Но я согласна с тобой, что Мисима пишет чувственно. Эта чувственность в простом изложении и да, согласна, внимании к деталям. P.S. Я тоже не люблю Мураками! Это тот случай, когда японская чувственность переходит в пошлость

1 понравилось

AdrianLeverkuhn3 января 2016

>Мисима - это такой японский Сартр
Так на моей памяти Мисиму ещё никто не оскорблял :З Важно понимать, кто таков Мисима.

Мисима не раскапывал каждую свою рану, это совсем неправильные слова, имхо. Мисима - это сильный, несгибаемый человек, который, скорее, эксгибиционистски (не как что-то плохое!) анализировал свои прожитые годы. Вся жизнь Мисимы укладывается в его смерть: это гениально спланированная постановка ради и во имя Красоты. Японец буквально жил честностью, немного гипертрофировано, и его рассказы о ранах - это именно честный отчёт. Он не раскапывает каждую рану, он их не утаивает.

Сартр - это весьма неприятный нытик-приспособленец. Это непопулярная точка зрения, спорная, я даю себе в этом отчёт, но если прочесть его биографию и биографии некоторых близких ему современников (травля невновного Селина и вытаскивание из тюрьмы уголовника Жене, например), чтобы понять, почему она имеет право на существование. Так что Сартр, действительно, раскапывает раны свои. И, как по мне, зачастую этот процесс вызывает некоторую жалость.

Мисиму можно с неееекоторой натяжкой назвать японским Кафкой, но и то, если смотреть только на дневники Франца, игнорируя романы. Та же честность, но у Кафки не было силы воли японца. Так что тоже не совсем, но, имхо, поближе.

6 понравилось