Рецензия на книгу

• 

  reader-7984936

  28 февраля 2026

  А при жизни были изданы только тоненькие сборники стихов...

  Что я могу сказать... Если вдруг вам кажется, что вам плохо живется, скучно, однообразно, тяжело, бедно и тому подобное, то я вас прошу прочитать хотя бы один рассказ из этого сборника. И ваше мировоззрение кардинально поменяется.
  
  Если бы не то, что произошло, то возможно Варлам Шаламов остался безизвестным автором пары тонких сборников стихов... Но произошло, то что произошло. Молох жевал... Автор стал политическим заключенным, и 17 лет провел в лагерях...
  
  Вся проза Шаламова автобиографична. Автор рассказывает кратко, горько, по сути, не приукрашивая, что-то придерживая при себе, то что особо ужасно, хотя что может быть ужасней... И это очень страшно. Так страшно, что сегодняшняя жизнь кажется сказкой.
  
  Мне нравится слог. Мне нравится автобиографичность, правдивость, наблюдения и выводы автора. Особенно выводы, тонкие и психологические. И откровенность Шаламова перед собой и перед читателем.
  
  А именно:
  - человек очень живуч, лошади, которые жили в лучших условиях дохли первыми, а человек - все жил.
  - высокие люди, полные почти всегда погибали, низкорослые или худощавые более живучи.
  
  
  

  
  

  • "

    только он видел плачущих мужчин по самым различным причинам. Были хитрецы - притворщики, были нервнобольные, были потерявшие надежду,были озлобленные. Были плачущие от холода. Плачущих от голода Андреев не видал.
    
    Весь сборник разобран на заметки и цитаты.
    Особенно тронувшие:
    
    

  
  Я испугался и холодный пот выступил на коже. Я испугался страшной силе человека - желанию и умению забывать. Я увидел, что готов забыть все, вычеркнуть 20 лет из своей жизни. И каких лет! И когда я это понял, я победил сам себя. Я знал, что не позволю моей памяти забыть все, что я видел. И я успокоился и заснул.
  Я знал, что у каждого человека здесь было своё САМОЕ ПОСЛЕДНЕЕ, самое важное- то что помогало жить, цепляться за жизнь, которую так настойчиво и упорно у нас отнимали. Если у Замятина этим последним была литургия Иоанна Златоуста, то моим спасительным последним были стихи - чужие любимые стихи, которые удивительным образом они помнились там, где все остальное было давно забыто, выброшено, изгнано из памяти. Единственное, что ещё не было подавлено усталостью, морозом, голодом и бесконечными унижениями.

  0

  0