Отзывы о книге Трава, пробившая асфальт
TibetanFox24 декабря 2015Читать такие книги всегда трудно, а оценивать ещё труднее. Нельзя сказать плохо про книги Рубена Гальего, ведь он инвалид и настрадался. Нельзя говорить плохо про дневник Анны Франк, потому что сами знаете что. Но ведь мы же отзыв пишем не на судьбу автора, а на книгу, на стопку бумаги с чёрными буковками. Встреться мне Гальего или Анна Франк, я бы первая выразила им солидарность (если бы, конечно, знала, как это делается), потому что их жизнь действительно была тяжела. Но речь сейчас о книге и о том отображении авторского "я", которое в ней содержится, так что простите, ребята, так уж получилась, я не хочу оскорблять никого жалостливым лицемерием. Книги у вас так себе.
С Тамарой Черемновой всё немножко получше. Её книга не очень интересна, не очень красочна, но очень правдива и добротна. Я бы назвала её автобиографией, написанной в качестве аутотерапии. С первых страниц заметно, что автору очень надо выговориться, причём не кому-то конкретному, а громко, потому что за долгие годы наболело. И как тут не понять - вся жизнь в Интернате без возможности самостоятельно передвигаться, борьба с нелепым диагнозом "олигофрения", который без разбору лепят на всех ДЦПшников, специфическое поведение семьи... Тут и взвоешь, и озлишься. Тамара не озлобилась и даже честно пытается на страницах собственного жизнеописания простить всех тех, кто бросил её и умыл руки, потому что так проще, легче и вряд ли кто даже узнает. Вот только она и сама себе не верит - не простила, а читатель не верит уж и подавно. Бросили, бросили, еще как. Не захотела молодая мама заниматься с "бракованным" ребенком, раз на руках был еще один в полном порядке, так и забыла, не навещала, не развивала, а потом и вовсе скрыла от нового мужа и семьи.
Если уж родная семья потрясающе равнодушна к инвалиду, то сотрудники учреждения, у которых жалость атрофирована, и подавно. Для них инвалиды - чурбанчики с глазами, заводская норма, столько-то обтереть, столько-то накормить, больше ничего не волнует. Не живые люди, а так, статистика. Единственный более-менее живой человек в этой толпе равнодушных вдруг оказывается деятельным... Но со знаком минус. Запугивает, портит психику, мучает детей. Понятно, что тоже не от хорошей жизни.
Слушаешь эту не слишком увлекательную, но правдивую историю, и разводишь руками. По итогу сказать нечего. Мы все знаем, какая у нас ситуация в стране с инвалидами, ДЦПшниками, любыми меньшинствами, любыми людьми в нужде. Социальные службы ни с чем не справляются, в них идут работать от отчаяния, что больше никуда не берут. По призванию - редко, хотя я и надеюсь, что всё же такие люди есть. Волонтёрское движение не развито, а среднестатистический человек не почешется даже вспоминать о нуждающихся до тех пор, пока горе из этой области каким-то образом само с ним не пересечётся.
По задумке книга должна вдохновлять: человек смог в таких условиях стать писателем, добиться пересмотра вечного диагноза. Не опускайте крылья, ребята, все дела. Но литературная составляющая книги продумана довольно слабо, и если отбросить эмоциональные описания главной героини, то понимаешь, что там ничего особенного нет. Не борьба ей помогла, а стечение обстоятельств. И выводы получаются чуть ли не наоборот - сколько не бейся башкой о чугун российской социальной бюрократии, всё равно тебе может помочь только святой Грааль, бог из машины или сияние Стрельца в Третьем доме. А на каждого такого пробившегося будет несколько тысяч укутанных в коконы отчаяния потенциальных самоубийц, которые и живы до сих пор только потому, что не имеют физической возможности что-то с собой сделать.
Меня больше озаботил вот такой вопрос. Читая книгу, я почти осязаемо недолюбливала Тамару Черемнову, как личность. Неприятная. Резкая. Плаксивая. Капризная. С огромным самомнением и сомнением одновременно, при этом старается казаться милой и доброй тихоней. Что особенно странно смотрится на фоне эмоциональных сцен, где она тиранит единственных близких ей людей: им нельзя то, им нельзя это, это ей мешает, и это ей мешает, рот ей вовремя не вытерли, кота в дом принесли, да подумайте же уже кто-нибудь обо мне, ещё, ещё. Понятно, откуда ноги растут у такого страшного дефицита внимания к себе, но ведь прислуживает ей тоже человек не самой легкой судьбы, почему же так мало добрых слов? В книге Черемновой вообще добрых слов мало (вспоминаем Гальего, который вообще ни о ком хорошо никогда не писал). Все благодарности сухие и формальные: эта помогла и эта, а ещё вот такая с такой фамилией хорошо отнеслась. Зато многочисленные мучители (и я не буду спорить, что они действительно были) описаны с настоящим пылом, ядом, жаром в глазах, они с садистским хохотом точат кривые ножи, в то время как Тамара тихо рыдает в уголочке. Вообще, слишком много драматических сцен, просмакованных автором до последней мстительной буковки. Им веришь, тут не поспоришь. Но и как-то начинаешь думать, что если бы ты пошёл и помог Тамаре собственными руками, то едва ли удостоился бы лёгкого кивка головы. Собственно, вопрос такой: а какой бы был характер у Тамары, если бы она была здоровой? Ещё более неприятный, не скованный необходимостью заводить себе хороших знакомых, или, напротив, на вольной волюшке расцвётший нежной незабудкой? У меня ответа на этот вопрос нет. Да и не знаю, есть ли он у кого-нибудь.
71 понравилось1,4K
Комментарии 10
Ваш комментарий
, чтобы оставить комментарий.
Мне кажется, очень даже можно. Если человек публикует книгу и выставляет её на общий суд читателей, то читателей не должны интересовать диагнозы, зависимости, сексуальные предпочтения и национальная принадлежность автора, и о тексте читатель имеет право высказывать любое мнение, на такие вещи льготы не распространяются.
Эх...а у меня в хотелках лежит она...
Современная российская проза отсутствует в принципе, как культурный пласт