Рецензия на книгу

• 

  Margarita32

  14 февраля 2026

  Быть чем-то в родном городе и ничем в Париже – эти два состояния нуждаются в переходной ступени, и тот, кому случится чересчур резко перейти от одного состояния к другому, невольно падает духом.

  В провинциальном городке Ангулеме живут два друга: Люсьен Шардон, мечтающий прославиться своим поэтическим талантом, и Давид Сешар, управляющий собственной типографией. Мать Люсьена принадлежала к знатному роду де Рюбампре, но вышла замуж за простого аптекаря и потеряла возможность носить аристократическую фамилию. Семья возлагает на Люсьена большие надежды, поэтому мать и сестра трудятся сутками напролет, лишь бы он не замарал своих белых ручек работой, только сочинял стихи. Люсьен же рассчитывает извлечь выгоду из знакомства с самой титулованной и популярной дамой Ангулема – госпожой де Баржетон. Он хочет с ее помощью вступить в круг местной знати и уже оттуда проложить путь к славе.
  Сешар-отец хоть и был всю жизнь безграмотным, но достаточно ловко управлялся с небольшой типографией и заработал кое-какой капитал. Он дал сыну образование в самом Париже, и когда молодой человек вернулся на родину, продал ему типографию на кабальных условиях. Добрый и благородный, но мало смыслящий в коммерции Давид пошел на сделку с отцом, надеясь в скором времени изобрести новый, гораздо более дешевый, способ изготовления бумаги и так заработать состояние.
  После небольшого скандала госпожа де Баржетон уезжает в Париж и уговаривает поэта присоединиться к ней, ведь в столице гораздо больше возможностей для тайного романа, не то, что в провинциальном Ангулеме. Давид Сешар, женившийся на сестре Люсьена Еве, берет на себя бремя содержания друга, давая тому шанс прославиться, разбогатеть и отплатить за всё хорошее. Однако жизнь в большом городе оказывается совсем не такой, как представлял себе Люсьен, а путь к славе слишком уж тернист.
  Знакомство с Оноре де Бальзаком сильно затянулось. Кажется, еще ни на одну книгу у меня не уходило столько времени. Я знала, что автор отличается многословием и в этом отношении его ставят в один ряд с Виктором Гюго, но не думала, что всё настолько масштабно.

  
  Он был приземист и пузат, как старинные лампады, в которых сгорает больше масла, нежели фитиля; ибо излишества, в чем бы они ни сказывались, воздействуют на человека в направлении, наиболее ему свойственном: от пьянства, как и от умственного труда, тучный тучнеет, тощий тощает.

  Мысли формулируются только так, излишне витиевато, напыщенно, театрально, текст тяжелый, от него быстро устаешь. Нахрапом этот роман не взять, мне потребовалось страниц 300, чтобы перестать увязать в повествовании и привыкнуть к слогу. Гюго в своих произведениях тоже растекается мыслями во все стороны, но делает это гораздо изящнее.
  Текст переполнен самыми разными описаниями: от особенностей функционирования типографии в начале XIX века до рассуждения о векселях, стряпчих и коммерческих судах. Бальзак использует много специфических типографских терминов, нимало не заботясь, поймет ли его читатель.

  
  Через три месяца по своем возвращении в Ангулем он заменил мацы для накатки краски кипсеем с доской и цилиндром, который механически растирает краску и наносит ее на форму с помощью эластичных валиков, сваренных из рыбьего клея и патоки.

  Ничего непонятно и, честно говоря, не очень интересно. Наверно, Бальзак ценен как точная и весьма подробная панорама французской жизни в XIX веке, но как же многословно и местами откровенно скучно.
  Персонажи и отношения между ними показаны слишком уж упрощенно. Ева у нас любящая сестра и жена, Давид – восторженный изобретатель, Люсьен – творческая натура. В них как будто нет глубины, только одно-единственное качество, которое их определяет. Слишком утрированная любовь между Евой и Давидом, слишком самоотверженная любовь к брату, мерзавцы исключительно мерзкие, положительные персонажи кристально чисты и добры. Последним за их незамутненность хочется дать хорошенького пенделя, если честно.
  Бальзак не позволяет читателю судить самому, он выставляет оценки людям и событиям и предлагает в них поверить. Многократно задекларированную гениальность Люсьена, что в поэзии, что в журналистике, мы так и не увидели, да и не бьется она с его общей глупостью. Человек, который пишет талантливые статьи, тонко подмечая политическую конъюнктуру и столичные нравы, в своем собственном окружении не может разобраться, кто ему друг, а кто враг.

  
  Он – блистательное соединение прекрасных качеств, возложенных на чересчур легкую основу.

  Однако прекрасных качеств мы так и не заметили, читателю он продемонстрировал только беспринципность, тщеславие, самовлюбленность, эгоизм, безволие и бесхарактерность. В самом конце истории, когда уже понятно, что всё произошедшее ничему Люсьена не научило, он вдруг ненадолго умнеет и в отношениях с госпожой де Баржетон проявляет чудеса дипломатии, несмотря на то, что тысячу страниц до этого был дурак дураком. Его образ не цельный, для меня Люсьен так и не стал живым человеком, в поступки и реакции которого веришь.
  Одной из важных тем в романе является противостояние буржуазии и дворянства.

  
  Купечество богато, дворянство обычно бедно.

  Как же сильно они друг другу завидуют, одним хочется денег, а другим титулов. Так смешны сейчас рассуждения о том, что работать стыдно. Общество буквально в ужасе от того, что матери Люсьена, урожденной де Рюбампре, приходится трудиться повитухой. Видимо, лучше умереть от голода, но не уронить честь фамилии трудом. Нам, пролетариям, не понять.
  Несмотря на все перечисленные претензии, не могу сказать, что чтение было бесполезным. Роман актуален, ни в журналистике, ни в политике, ни в издательском деле, за 200 лет ничего не изменилось.

  5 понравилось

  0

  274