Рецензия на книгу

• 

  Nikivar17 декабря 2015 г.

  Такая красивая книга, что иногда захватывало дух!
  Такая неторопливая книга, что иногда казалось – глаза слишком спешат, надо остановиться и рассмотреть все подробно.
  Такая увлекательная книга, что остановиться-то как раз и не было сил.

  Давно уже решила, что «книги о книгах» - совершенно не мое. Во-первых, я не фанат бумаги, запахов и шуршания страниц. Во-вторых, практически все они о пижонах и воображалах. В-третьих, на поверку в них не обнаруживается ничего, кроме восторженных и многословных размышлений о том, как же прекрасны – шуршание, запах и битком набитые полки.
  А вот Горан Петрович меня переубедил.
  Его книга обладает глубиной: если, читая обычную художественную книгу, можно передвигаться между двумя реальностями, то здесь в одном эпизоде я насчитала четыре!..
  ...и богатством названий – полки там действительно полны книгами.
  И это еще не все. Его книга очень самобытна. Национальность автора не спутаешь ни с какой другой – и это мне тоже очень симпатично. Строение предложений и абзацев. Жизнь, заключенная во всякой детали и во всяком предмете. И напротив, явления, разбрасывающие вещи как наглядные признаки своего реального существования. И слова, которые можно потрогать, сохранить или выбросить с глаз долой.
  

  
  — Этой весной кто-то влюблен, развесишь белье после стирки, по три дня не сохнет, на всех стальных ручках испарина, а уж о латунных я и не говорю...
  …Имелись и другие убедительные признаки присутствия любви. Еда, оставшаяся нетронутой на тарелке, шарики из хлебного мякиша на столе. Измятое от бессонницы постельное белье и вылезшие из подушек перышки. Целые комки и гроздья пуха, бессознательно и понемногу нащипанные из всего шерстяного. По рассеянности потерявшие свою пару перчатки и носки, засунутые неизвестно куда пряжки, брошки, ключи, табакерки, спички, пепел, стряхнутый с сигареты мимо пепельницы...
  
  Надо сказать, что эти слова еще долго раздавались в доме на Сеняке, потому что служанка, неграмотная Зуска из белградского пригорода, по-французски не понимала и, не решаясь устранить ни одного незнакомого ей звука, предпочитала не трогать их и дать им самим спокойно исчезнуть, улетучиться.

  Одним словом, это было прекрасно!

  7

  36