Рецензия на книгу

• 

  Medulla

  10 февраля 2026

  Жизнь проста, если человек может распознавать добро и зло

  «— Легче представить себе гибель одного человека, нежели сотен или тысяч, – пробормотал барон. – Размах придаёт страданию отвлечённый характер, а отвлечённости не трогают.»

  Марио Варгас Льоса «Война конца света»

  По приблизительным подсчётам погибших при подавлении восстания в Канудосе, штат Баия, насчитывается около тридцати тысяч из которых около четырех-пяти тысяч — потери правительственных войск, а остальные потери — это жители города и восставшие из паствы Наставника, и в этих подсчётах каждый погибший сливается с другими, теряя индивидуальность и свою собственную судьбу, личные убеждения и предпочтения, поэтому нам так сложно понять размах бедствия, вернее, отойти от ужаса цифр и воспринимать каждого погибшего как часть этого мира, часть судьбы этого мира в котором человек любил или ненавидел, был сварливым или сговорчивым, добрым или злым, верным семьянином или любвеобильным изменником, богатым или бедным. В одном из своих лучших романов Варгас Льоса показал нам тех, кто сражался с обеих сторон, каждый персонаж романа словно кусочек из разбитой мозаики жизни занимает своё место в одном из самых трагичных для Бразилии эпизодов, показывая, что тогда погибли люди разных судеб и разных классовых убеждений, именно это понимание каждой в отдельности судьбы делает роман таким пронзительно страшным: каждая судьба — всего лишь ничего не значащий эпизод для тех кто управляет странами, классами, землями. Бразилия 19 века, её устройство — это собрание штатов, которые отличаются в том числе и религиями, наравне с местными индейскими верованиями, широкое распространение получило христианство, в частности католичество, так как Бразилия долгое время была колонией Португалии, и все эти религии переплетаются в сознании местных коренных жителей, порой искажая христианские смыслы и превращаясь в сектантские верования. Итак. Бразилия в которой Республика сменила собой Монархию, накануне этих перемен королева Изабелла отменила рабство, а штат Баия стал последним из штатов Бразилии до которого докатились перемены, но по всей стране идёт борьба между монархистами-землевладельцами, совершенно не согласными с одной стороны с отменой рабства, а с другой стороны, они не согласны со сменой строя, а им противостоит новый класс — буржуазия, выступающая за Республику. И эти противоборствующие силы будут использовать все средства, порой нечистоплотные, чтобы добиться своего, каждая из сторон будет играть грязно и подло, используя абсолютно все рычаги, чтобы победить, не особо заморачиваясь моралью и совестью, тем более, чужими жизнями и неважно кто это — восставшая религиозная община или солдаты правительственной армии. И в это самое время в Канудосе оформилась некая секта под предводительством Антонио Наставника, для этих людей не существует ни прошлого, ни настоящего, есть будущее в котором есть только Бог, не имеет значение кем ты пришёл в общину — раб, просто так расчленивший хозяйку, станет одним из апостолов Жоаном Большим, здесь салвадорская сыноубийца станет Мирской Матерью, а бандит, истребивший несколько деревень, чья банда грабила и насиловала, убивала, станет Жоаном Апостолом, здесь каждый отринет прошлое, чтобы устремиться в будущее и будет бороться за новые убеждения, здесь каждый пройдёт путь преображения через Наставника и его убеждения. От жестокости, неправедности их прошлых жизней, вы будете в ужасе, потому что Варгас Льоса о каждом расскажет, как он пришёл к учителю, как он пришёл в Канудос, чтобы бороться за новую жизнь, чтобы начать новую жизнь. Они объявят Канудос новым Иерусалимом, а Республику своим врагом, потому что по какой-то неведомой причине решат, что перепись населения это возвращение рабства. И в момент борьбы между монархистами и республиканцами именно эта секта станет инструментом борьбы, например, республиканцы будут продвигать теорию о вмешательстве Британии, что именно она поддерживает и поставляет оружие бунтовщикам в Канудос, дойдёт до того, что для подтверждения собственной идеи захотят убить шотландца, журналиста, работающего в Бразилии и выдать его за шпиона-англичанина, и какая разница, что он не шпион и не англичанин — ведь он белый и рыжий, говорит по-английски. И то, что это ложь, многократно повторённая, никого не будет волновать, что истина будет постоянно ускользать, давая дорогу домыслам и лжи, тому во что верит тот, кто её распространяет:

  
  — Самое важное в этих статьях следует читать между строк, – зазвучал резкий, неприязненный голос. — Не то, что говорится, а то, что подразумевается и дает пищу воображению. Их, корреспондентов, послали увидеть русских офицеров, и они их увидели. Я разговаривал с моим преемником целый вечер. Он не солгал, то есть он не понимал, что лжет. Просто-напросто он писал не о том, что видел, а о том, что чувствовали и во что верили и он сам и те, кто его окружал. Вот так и сплелась эта паутина клеветы и лжи: теперь ее уже не разорвать. Но как же мы узнаем истинную историю Канудоса?
  — А зачем нам ее знать? — спросил барон. — Ее надо позабыть как можно скорей, не стоит тратить на нее время.
  — Цинизм тут не поможет, — сказал репортер. — Да я, признаться, не верю, что ваше высокомерное презрение к этим событиям искреннее.
  — Это никакое не презрение, — возразил барон. — Это безразличие.

  Здесь выдуманный англо-монархический заговор в поддержку секты Антонио Наставника будет распространяться как оправдание тридцати тысяч жертв бойни у Канудоса с обеих сторон. Здесь Наставник, преображающий души грешников, убийц и маньяков, ведёт свою паству в последний бой, потому что объявляет Республику руками Дьявола, концом света и ведёт их на войну конца света, в финале которой им воссияет вечная жизнь, к нему стекаются со всей Бразилии толпы нищих, блаженных, юродивых, уродцев, маньяков, вчерашних бандитов и убийц, которым он дарует прощение и новую апостольскую жизнь, превращая общину в религиозную секту. А республиканцы, отправляя свои лучшие войска под командованием великих полководцев даже не понимают с кем они имеют дело. И между сектой и войсками оказываются простые люди, неважно кто они — фазендейро, у которого сожгли во имя победы все земли и его жена сошла с ума или простые крестьяне, которых жгут, убивают, насилуют. Страшно это? Очень. Но именно на фоне противостояния секты и правительственных войск, Варгас Льоса показывает как частное, личное, всё равно превыше любой идеи, что личная обида или горе, всё равно ближе для понимания каждого человека чем абстрактные идеи всеобщего града или уничтожения неведомой секты и торжества Республики. И на фоне основного противостояния, нам автор вычерчивает линии судеб — их множество, часть из них это всего лишь эпизоды, как в случае с сержантом, вспоминающим перед боем свои любовные похождения с прачкой Флоризой, чей муж даже не догадывается о её похождениях, но в окопе, напоровшись грудью на ветку куста, он встречает того самого мужа Флоризы, который находится в его подчинении и который штыком закалывает соперника. Две страницы всего, мимолетность мгновения между жизнью с фривольными воспоминаниями и местью обманутого мужа, и не важно, что они в одном окопе, сила личной ненависти и оскорбление сильнее всех этих громких убеждений и общего дела. Это личное оскорбление, не абстрактное, это касается именно человека, показывая его унижение и боль, и жажду отомстить. Две страницы — сильнейшая сцена в окопе буквально в размере абзаца. Или история Теотонио студента-медика, которого отец отправил набраться хирургического опыта, вчерашний мальчишка-студент, оставшись единственным врачом в полку, вынужден оперировать, проводить ампутации без хлороформа, без каких-либо лекарств, слушая крики и стоны раненых, хороня убитых, вот он будет мучиться моральным выбором, послушать своего друга, лишившегося рук и глаз, и пристрелить его или оставить в живых. Эта история так же буквально на насколько страниц, но оставляет неизгладимое впечатление. Или более развернутая история мести за поруганную честь жены в треугольнике — Руфино, Журема и Галль. Под ногами будет рушиться привычная жизнь, уже началась война конца света, но Руфино не может думать ни о чём, кроме мести шотландцу за поруганную супружескую честь и остановится он только после того, как один из них покинет эту землю навсегда, только тогда личная война Руфино завершится — их драка с Галлем в грязи, на фоне разгрома правительственных войск, это как наивысшая точка бессмысленности происходящего вокруг. И таких частных историй через весь роман вы найдете множество, они будут крошечными кусочками пазлов ложиться в общую канву истории, разворачивая перед вами всю картину происходящего, весь ужас происходящего.

  Когда ты читаешь первые три части романа, то тебе кажется, что автор отстранен, он не показывает свою точку зрения на происходящее, он перед читателем разворачивает весь путь к бойне у Канудоса, а тебе с этого пути свернуть некуда, тебя автор не ведёт за руку, ты сам пробираешься в кромешном аду происходящего, пытаясь отыскать опору на которую можно опереться, но автор её тебе не даёт, он обрушает всё — веру, семейные узы, верность, человечность, — тебе не за что зацепиться. Действительно, война конца света. Но дорогу к Канудосу читатель должен пройти самостоятельно, и только в четвертой части, накануне решающей битвы, в диалоге репортёра и барона, появляется автор, он будет безжалостен и к сектантам, и к войскам правительственным, и к фазендейро, ко всем тем, кто не понимает того, что происходит смерть цивилизации, смерть человека как личности, попуская все эти ужасы, наживаясь на припасах для армии, загоняя в нищету и смерть простых людей. Но автор в последней части дарит нам и надежду любви. Именно в четвертой части нам дарят красоту любви, что нежным ростком пробивается сквозь иссушенную и измученную насилием землю, как в один миг слепец и поруганная жена становятся одним целым. Вопреки. Наперекор судьбе. Это так красиво, что щемит сердце, когда ты понимаешь, что им нужно выбраться из этого ада, чтобы любить. Но останутся ли они прежними, пережив бойню у Канудоса? Жизнь проста, если человек может распознавать добро и зло.

  Восстание будет разбито, конечно же, несмотря на количество погибших, но слух, что Наставника забрали ангелы, будет ещё долго бродить по земле Бразилии.

  Мучительный роман от которого невозможно оторваться, он затягивает в себя и не отпускает пока не доберешься до финальной точки. В великолепном переводе Александра Богдановского. Читать ли вам этот роман? Решайте сами — легко не будет.

  
  — Архангелы спустились за ним и взяли на небо, — говорит она, опять прищелкнув языком. — Я сама видела

  23 понравилось

  2

  620