Рецензия на книгу

• 

  Unikko11 декабря 2015 г.

  "Исследовать", заниматься научной работой, значит не что иное, как расспрашивать вещи, с которыми сталкиваешься на дороге".
  Александр Гротендик

  Ученые XXI века могут лишь подосадовать, как сложно в современной науке совершить значительное открытие. То ли дело раньше... Достаточно было принять ванну, посидеть под деревом или просто хорошо выспаться. Теперь же, только для того, чтобы приблизиться к интересующей теме, придется потратить годы на изучение уже известного… А ведь механизм научного открытия ничуть не изменился за последние пять тысяч лет: любознательность, усердие и немного здравого смысла. Ах да, и еще - мечта. Видимо, изменился мир?

  На смену эпохе великих научных открытий пришла эпоха освоения полученных результатов (то, что называют "инновациями"). Наука перестала быть исключительно областью творческой деятельности человека и превратилась в индустрию. На смену Гауссу-отцу пришел Гаусс-сын (не будем произносить вслух слово "посредственность"). А на смену Александру фон Гумбольдту не пришел никто: естественные философы вымерли как класс, их с успехом заменили компьютеры. Неточные карты? Проблема устранена. "Белые пятна"? Их тоже больше нет, впрочем, как и диких ягуаров, способных испугать путешественника-первооткрывателя. Возможно, поэтому два гения конца XVIII - начала XIX века изображены в романе Кельмана забавными чудаками: вымирающий вид, всё-таки.

  Даниэль Кельман написал не просто биографию двух великих ученых, но своего рода постмодернистскую "историю науки": иронично, причудливо и – для современников – весьма поучительно. Замечательно выглядит, например, недоумение Гумбольдта по поводу человеческих жертвоприношений у ацтеков: "Такая высокая цивилизация и столько жестокости, сказал Гумбольдт. Что за странное сочетание! Явно полная противоположность всему тому, чем так дорожит Германия".

  Вот только финал романа кажется неоправданно "пессимистичным" (в кавычках – поскольку пессимизм тут весьма условный). Как-то неожиданно слышать из уст Гумбольдта слова о том, что "не надо переоценивать ученых: исследователь не Творец, он ничего не изобретает, не завоевывает земли, не выращивает плодов, не сеет и не жнет". Или здесь говорит автор? Ведь и Гаусс и Гумбольдт жили в славное время веры в человеческий разум. "Мы должны знать – мы будем знать". Измеряя мир, и Гаусс и Гумбольдт тем самым его создавали. А значит, были настоящими Творцами. Quod erat demonstrandum.

  14

  98