Рецензия на книгу

• 

  wizardry

  31 января 2026

  В поисках Бога

  Наконец-то вернулась к любимому автору. Читать Франзена – потенциально очень дискомфортный опыт, всё равно что добровольно наблюдать процесс вивисекции. Лицезреть отделение множества оболочек, пока автор-демиург наконец добирается до нужного нерва и, касаясь его, восклицает: “Глядите, оно сокращается!”. Ладно, неаппетитное описание, этак я всю публику распугаю, но читатель, тем не менее, должен быть готов к подобному, иначе роман ему, мягко сказать, не понравится и браться за него не стоит.

  Меня завораживает писательский метод Франзена, хотя он довольно традиционный. Перед нами большая семейная сага (а точнее, только начало её). На этот раз - действительно семейная, камерная история без стандартных для писателя политических заявлений по поводу атомного оружия или экологии впроброс, как было раньше. Кому-то книга из-за этого кажется менее монументально-идейной, но как я могу судить, конкретно этому роману близкий ракурс идёт гораздо больше и представляет Франзена с немного другой стороны - более терпимым и чувствительным, что-ли.

  Всё начинается в сочельник 1971 года, причём ⅔ книги занимает описание одного этого дня. Расс Хильдебрант, отец семейства и всего-лишь помощник священника в свои 47 лет, занят предрождественскими приходскими хлопотами и попутно пытается приударить за помогающей ему молодой вдовушкой. С самых первых эпизодов он производит на читателя довольно жалкое впечатление, хотя с развитием сюжета, в основном, становится только хуже. Его некогда психологически травмированная и не вполне здоровая жена тайно от всех в городе посещает психиатра, свою “платную подругу”. Старший сын Клем едет домой, чтобы сообщить родителям, что он бросает университет и отправляется во Вьетнам. Идеальная дочь Бекки пытается разобраться с “будущей бывшей” своей зазнобы и накуривается в алтаре, пока второй сын Перри уже давно на этой стези и переходит на новые (о,70-е) синтетические наркотики. Однозначно, насыщенный день. Короче говоря, у Хильдебрантов назревают большие проблемы, но каждый член идущей по швам семьи это старательно игнорирует.

  Я думаю, вы уже поняли, почему “Перекрёстки” не стоит читать на Рождество, но это не всё - Мэрион Хильдебранд в своей исповеди психиатру рассказывает кое-что ещё, эпизод из юности, после которого любая рождественская атрибутика долгое время вызывала у неё паническую атаку. На всякий случай, обязана была предупредить, выводы делайте сами.

  Роман переполнен религиозными символами, цитатами, отсылками, но – и это немного даже забавно – абсолютно не производит впечатления “религиозно-философского”, как скажем, у Достоевского. Здесь это скорее тонкий лейтмотив, а религия препарируется в довольно светском смысле, с позиций этики. Все герои по-своему находятся в состоянии духовного поиска. Они просто безостановочно разговаривают с Богом, приплетают божественное имя где можно и нельзя, всюду он им мерещится, хотя все они в этот конкретный день своей жизни настолько далеки от Бога, как и от чего-либо духовного, насколько только можно. И так во всём. Главный герой – священник с максимально небожескими мыслями, погруженный в инфантильное самолюбование своей ничтожностью, в центре сюжета – религиозная группа “Перекрёстки”, в которой не проходит ничего сколько-нибудь религиозного, а ближе всего себя к нему Хильдебранты чувствуют, когда они обдолбанные (возможно это кощунственно, но простите, сцена в алтаре просто божественно смешная).

  Особенно тернист путь Клема, самого, быть может, симпатичного в моральном плане персонажа, нравственные дилеммы которого заводят его очень далеко (буквально – в Перу). Но стал ли он и там ближе к Богу хоть в каком-то смысле? Он органически не способен ко лжи и физически не переносит несправедливость, однако категоричен и бессознательно жесток, как и любой 20-летний, да и вообще пока довольно глуп. Безумно интересно прочитать, что случится с ним в следующем романе – сломается ли он, или наоборот (к тому же, Клемент означает “милосердный”, хотя может я додумываю за автора). Больше всех других детей мне было жалко Перри, на которого забили просто все члены семьи, хотя он разве что только вслух не кричал о помощи. Он находится в такой лютой диссоциации, что дыра между реальным миром и выдуманным, в котором он гений-демиург, проделана даже не наркотиками, ими она только усугубляется. Если бы только он не был оставлен расти как сорняк в свои каких-то 15 лет, его таланты раскрылись бы и дали ему опору, а не сводили с ума. Ладно уж несчастная мать – невозможно кого-то спасти, когда сам тонешь, поэтому мне сложно её винить, хотя Перри и целиком на её совести. Но когда Росс, отец года, движимый только зудом в причинных местах, отмахивается от сына вовсе, из-за чего и случается трагедия в конце… Давно мне так не хотелось сжечь книжного персонажа, спасибо, что напомнил, какого это, дорогой автор.

  Про Бекки говорить мне не особенно интересно, её сюжетная арка была довольно предсказуемой. Любимая дочь отца и правда его маленькая копия – зависимая от чужого одобрения эгоистка. А вообще, “Перекрёстки” – это идеальный роман для какого-нибудь книжного клуба или совместных обсуждений, перетирать можно практически каждый второй эпизод. И в чём прелесть: можно подумать, а зачем вообще читать про таких неприятных людей? Но, честно положа руку на сердце и представив себя в аналогичной ситуации, не получится ощутить приятное моральное превосходство перед героями – они самые обычные люди, просто поставленные автором в максимально раскрывающие их сущность конфликты, как и принято в литературе. И к тому же, в этом романе обычно категоричный Франзен выбирает особенно близкую оптику, мы находимся в фокале, то есть в голове, каждого из действующих лиц, из-за чего невольно ощущаем себя ближе к ним, притираемся с ними и болеем за них. И в итоге хочется уже чтобы у них всё ну как-то устроилось, а семейное счастье восторжествовало. (Кстати, обращали внимание, что у Франзена все романы заканчиваются хорошо? Вот кто не чурается хэппи-эндов). Но финал не даёт всех ответов и не исполняет всех рождественских желаний, он довольно мирный, но несколько подвешенный и оставляет кучу вопросов к следующей части. Я слышала, она уже написана, но публикации ещё ждать и ждать. Надеюсь, что издание всё-таки случится в ближайшие пять лет, а я за время ожидания попробую восстановить душевное равновесие до нового тома психологической вивисекции.

  30 понравилось

  0

  556