Рецензия на книгу

• 

  reader-9352807

  30 января 2026

  – Такие, как ты, ломают мужчин исподволь. За одним редким исключением. Тех, кого выбираете сами, вы защищаете истово, глотки перегрызть за них готовы

  У истории довольно-таки сложное, переживательное и грустное начало, которое компенсируется только счастливым финалом. Судьба героини незавидная. Она потеряла всю свою семью и даже больше -всю свою страну.

  
  ✎Отец вздохнул.
  – Девочка моя, лучше ты немного поскучаешь, чем подозрения Лайда оправдаются, а уже ничего не исправишь. Кирея слишком маленькая страна, чтобы дать отпор империи. Ты же учила новейшую историю. Столицу захватывают первую, здесь правительство, банки, связь, ключевые транспортные узлы. Если Огория нападёт, мы не продержимся и дня.
  – Захватывают? – повторила я. – Папа, ты имеешь в виду войну? Да это же чушь! У нас с империей сто лет как мирный договор подписан!
  – Вот именно, что сто лет, – усмехнулся Лайден. – Тогда Огорийская империя была всего лишь маленькой республикой на востоке. Потом она завоевала Керо́н и Даро́с, заключила союз с Гидаром и отхватила половину Катиза. Нам нечего противопоставить огромной имперской армии, закалённой непрерывными войнами, не говоря уже о силе стихийников Гидара. Мэй, я видел гидарский огонь в действии. Это жуткая штука. После него не остаётся ничего живого – даже кости распадаются за секунды. Представь, что произойдёт с Лиорром.•••

  Что это было? Недальновидность политиков? Их тупость? Самоуверенность? Беспечность? Наверное всё вместе. И как это часто бывает, те, кто догадывался к чему всё идёт никак не могли донести до властей правильную тактику. Ну а захватчики радикально и жестоко поступили с жителями столицы. Без единого выстрела и внешних повреждений город вымер.

  
  ✎– В десять лет я мечтал стать военным, как мой отец, – заговорил Ирвин. – Он тогда только что вернулся из Катиза, герой войны, с боевыми наградами. Я бегал за ним хвостиком и канючил – похвастайся своими подвигами! Он или отмалчивался, или отделывался общими фразами. Спустя неделю родители дали торжественный ужин, и хмельной друг отца рассказал. О том, как за секунды исчезают в гидарском огне люди: тело превращается в пепел, а одежда, обувь, украшения невредимые падают на землю. Что потребовалось сжечь лишь один город, чтобы Катиз признал себя побеждённым. Они ходили по этому городу с нетронутыми домами, заглядывали внутрь, видели кучки вещей, которые недавно были людьми. Друга потрясли ошейники на собачьей подстилке – один большой и несколько маленьких, собака и щенки. После этого посещения несколько стихийников, в том числе и мой отец, подали в отставку. Ужин закончился тем, что отец с друзьями напились до беспамятства. А мне стали сниться кошмары. Наш дом, объятый голубым пламенем, горящие отец и мама и потом – их одежда, валяющаяся на полу.
  Ирвин помолчал, затем продолжил:
  – Кошмары снял Тэйт – его дар прорезался рано. Не представляю, что было бы со мной, Мэй, если бы мои родители сгорели наяву. Я могу лишь восхищаться вашей стойкостью. Вы потеряли родину, дом, семью – и нашли в себе мужество жить дальше.
  – То, что вы считаете мужеством, в Орлисе называли бездушием. – Я взглянула в его глаза, прозрачные, словно чистая вода в роднике. – Разве до вас не дошли слухи о кирейке, у которой вместо сердца камень?
  – Я не слушаю сплетни, – отмахнулся Ирвин. – О стихийниках тоже болтают гадости, разве что никто не посмеет высказать это одарённому в лицо – чревато последствиями. Расскажите мне о вашем детстве, Мэй. С кем вы дружили, чем увлекались, кто учил вас языкам?
  •••
  – У меня было очень счастливое детство. – Я повернулась к окну. Солнечный диск резал взгляд, но теперь для слезящихся глаз появилось оправдание. – Любящие родители, заботливый старший брат, множество подруг. Я росла книжным ребёнком, рано научилась читать, однако находила время и для игр. В нашем доме часто жили гости из других стран – друзья и партнёры отца, их жёны, дети, все они говорили на разных языках. Когда ты с рождения слышишь чужую речь, легко запоминаешь слова. Мы с Лайдом даже не замечали, как переходили с одного языка на другой – фраза на нейсском, другая на катизском, третья на гидарском. Восемнадцать лет – словно один чудесный день. Подарки, наряды, развлечения. Папа с мамой не отказывали мне ни в чём, баловали и чересчур оберегали от реального мира. Я хорошо знала языки и древнюю историю, только оказалось, что этого слишком мало, Ирвин. Меня не подготовили к тому, с чем я столкнулась, и выжила я лишь чудом.•••

  Честно говоря, я до самого конца надеялась, что хоть кто-то чудом выжил. Но нет. Только Мэй удалось скрыться. Правда счастливого спасения не было. Она не попала в рабство, как другие её соотечественники. Но попала в руки командира отряда, отлавливающего бандитов. И здесь злую шутку сыграла с ней уже её слишком привлекательная внешность.

  
  ✎Их хватали на улицах – всех, кто приглянулся. Имперцы темпераментны и неразборчивы: знатная летта или посудомойка – без разницы. Лишь бы привлекательная… Отрешённый, первый раз в жизни я жалею, что ты настолько красива, Мэй. Тебе нельзя попадаться имперцам.
  – Они меня… изнасилуют? – мой голос дрогнул.
  – Это не самое страшное. Насилие можно перетерпеть, в конце концов, женщины живучи. – Тётя надавила на рычаг, и везиль ускорил ход. – Тебя присвоят, Мэй. Увезут с собой в империю, сделают бессловесной вещью, игрушкой. В Огории узаконено рабство. Поэтому так важно уехать подальше, в маленький город, куда, надеюсь, имперцы не сунутся. Ещё лучше на время совсем покинуть страну. Даорр находится на границе с Гидаром. Северяне грубы, но они меньшее зло.•••

  Грубый солдафон Арден действовал как грубый солдафон с низменными инстинктами. Вскоре Мэй забеременела. Убегая от узаконенного рабства, она попала в не менее жуткие обстоятельства. С первого дня в чужой стране девушку все считали ведьмой, а чувства Ардена приписали колдовству.

  
  ✎– Колдунья… Бесы мне тебя подкинули. Знал бы – никогда б не тронул! Душу всю вытянула, сна лишила, моя и не моя. Отдаёшься – и всё равно чужая! Ребёнка моего под сердцем носишь, а в глаза не смотришь. Как мне всё исправить, Мей, как?! Пожалей ты меня, хочешь, на колени встану, в ногах буду валяться, лишь бы прощение вымолить!
  – Верни мне мою жизнь, – сказала тихо, не оборачиваясь. – Хотя бы с того места, где ты её растоптал. Сделай так, чтобы никогда не было – ни насилия, ни этого ребёнка. Тогда я тебя прощу.•••

  Не хочу гадать как бы Мэй жила дальше, но будучи практически на сносях ей сообщили о гибели мужа, а практически через несколько часов она потеряла ребёнка.

  
  ✎Клянусь твоей памятью, бедный малыш, если у меня и будут ещё дети, то только по любви. Что же касается тебя, Арден Лирин… Я промолчу. Это большее из того, чего ты заслуживаешь. Слишком многое в мире принято оправдывать любовью, но я не верю, что любящий человек способен на насилие.•••

  И вот с этого места, а это я только вкратце рассказала начало, начинается новый, более счастливый этап жизни Мэй. Столичный дипломат -Ирвин предложил ей работу в качестве учителя сложного иностранного языка. Только вот его приятель Тэйт, который как раз тот самый целитель, спасший девушку от смерти при родах, смотрит на неё с ненавистью и презрением. Теперь Мэй окружали трое мужчин и вместе с ними чувство защищённости и безопасности. Один из них - Дирин оказался хорошим другом, Ирвин -влюблённый в Мэй с первого взгляда и оказывающий знаки внимания, а вот Тэйт сложный человек. Долгое время было непонятно что он там себе надумал, почему ведёт себя так. Надо сказать Мэй не зря считали ведьмой. Там, где она выросла, было не принято показывать свои эмоции. Поэтому чужим людям сложно понять её.

  
  ✎– У тебя вместо нервов стальные тросы, – сказал Тэйт без всякой иронии и вдруг перешёл на диалект предгорий: – Похоже, я здорово в тебе ошибся. Принял мужество за бессердечность.•••
  – Никогда я не встречал такого разительного контраста между телом и духом. Ты выглядишь, словно изящная хрупкая статуэтка, которую боишься сломать неловким прикосновением. А ведёшь себя, словно закалённый воин из предгорий! Я даже не знаю, есть ли у тебя слабости, Мэй.
  – Теперь есть, – созналась я. – И это•••

  Конечно же я не расскажу вам о слабостях Мэй, но буду активно рекомендовать почитать эту великолепнейшую книгу самим. Она конечно не для нежных цветочков, верящих в сказки и принцев-спасителей. Это больше, чем история любви. В ней много мудрости и человеческих отношений. А ещё немного политики, нападений, спасений и магии -как разрушительной, так и спасительной.

  Я всё долго переживала насчёт любовного треугольника. Кто бы не остался с Мэй, второго мужчину было заранее жаль. Но автор нас так мягко провела по этому краю, что под конец я окончательно успокоилась. Это была та самая компенсация за все мои слёзы, что я пролила, читая самые душещипательные моменты в кульминации.

  Это было, как всегда, восхитительно и трогательно!

  9 понравилось

  0

  31