Рецензия на книгу

• 

  toliay14 января 2026 г.

  Этот блин почти не комом

  Введение

  Я купил эту книгу достаточно давно по рекомендации из интернета. Никаких ожиданий перед прочтением у меня не было, никаких прогнозов не строил. В результате я прочитал немного противоречивую монографию, у которой есть как свои очевидные недостатки, так и свои неоспоримые преимущества.

  
  

  Краткий пересказ

  Монография повествует об истории особенностей Донбасса, в каком культурной, экономической, и политической ситуации оказался регион в последней четверти XIX века и в первой четверти XX века, почему образовалась ДКР, и кто её основывал.

  Далее идёт рассказ о жизни в ДКР, её взаимодействиях с Украиной, с Советской Россией, и с Германией.

  Автор рассказывает о лидере ДКР Артёме и о других личностях, сыгравших значительную роль в истории ДКР.

  Завершается монография рассказом о ликвидации ДКР.

  
  

  Мой анализ монографии в целом

  На протяжении всей книги у меня было ощущение некой двойственности в подходе автора к ранней советской истории. Очевидно, что целью автора было объяснить почему Донбасс являлся особой частью тогдашней Украины(книга была написана в 2011 году). Он подчёркивает глубочайшую историческую связь Донбасса с Россией и русским народом, разницу в мировоззрении между ДКР и Украиной, разницу в их политических воззрениях, разницу в их подходах к организации экономики. В своё время в рамках внутриукраинского идеологического дискурса автор хотел добавить аргументов в пользу федерализации страны.

  Именно это, на мой взгляд, и является источником двойственности. Дело в том, что, с одной стороны, автор как бы пытается оставаться внутри «украинской державности» (видимо эта книга изначально предназначалась в первую очередь для украинцев). А такой подход неотвратимо ведёт к антисоветской и русофобской риторике. С другой стороны, автор отстаивает особенность Донбасса, его коренные отличия от остальной тогдашней Украины. А это, в свою очередь, нельзя сделать без пророссийской и просоветской позиции.

  Вот и получается, что в одной главе автор плюёт кислотой на большевиков и Советскую Россию, а в другой – описывает блага и справедливость тех же большевиков и Советской России. Казалось бы, нечего страшного. Это вроде объективный подход. Просто освещение достоинств и недостатков. Но в отличии от других современных популярных историков, автор не пытается строить из этих плюсов и минусов единое историческое полотно и не проявляет ни истоков плюсов и минусов ни причинно-следственные связи между ними. Получается не выверенное повествование и анализ с элементами диалектики, как у других популярных историков, а просто рваная куча-мала. Если бы я не читал на постоянной основе исторические монографии на тему отечественной истории XX века, то для меня эта книга была бы просто максимально противоречивой.

  Например, в одном месте автор ругает ревтрибуналы и вообще подводит под сомнения социальные трения в России начала XX века:

  «Не надо путать трибуналы периода существования ДКР с теми судилищами и различными «революционными тройками», которые возникли по всей России в последующие годы гражданской войны и пачками расстреливали людей без соблюдения хотя бы бутафорской судебной процедуры. Трибуналы, создававшиеся в Донкривбассе в начале 1918 г., скорее напоминали собой современный судебные реалити-шоу, в которых «народные заседатели», «народные прокуроры» и «народные адвокаты» под улюлюканье и аплодисменты солидной зрительской аудитории целыми днями заседали, рассматривая в первую очередь жалобы на «спекулянтов» и «мироедов».»

  А в другом месте автор признаёт, что не большевики развязали террор:

  «В качестве иллюстрации «уголовного террора», охватившего Харьков уже к весне 1917., Фридгут привел более чем красочные пример с ограблением не кого-то там, а самого Ивана Тулякова, которого Временное правительство назначило комиссаром Харьковской губернии. Высокопоставленный чин буквально на следующее утро после прибытия в Харьков обнаружил, что ночью у него из гостиничного номера похитили 200 рублей и револьвер. В те же дни в харьковских тюрьмах начались бунты уголовных преступников, требовавших освобождения наряду с политзаключенными.

  В наши дни модно живописать ужасы террора, развязанного большевиками после Октябрьского переворота 1917 г., однако надо признать: террор, бандитизм, расправы без суда и следствия, бесчинства толпы начались задолго до Октября. 24 августа 1917 г., к примеру, озверевшая толпа солдат буквально растерзала на станции Грязи князя Бориса Вяземского, либерала, благотворителя, известного орнитолога и историка, вся вина которого заключалась в том, что он был князем. Чем дольше длилась разруха, тем больше черствели нравы. Самосуды, линчевания толпой, грабежи, налеты средь бела дня стали обыденным явлением для растерзанной России.»

  ... и сам ругает «спекулянтов» и «мироедов»:

  «Анализируя работу шахт, Бажанов и его коллеги открыли вопиющие злоупотребления в угольной отрасли, которые царили не только до появления ДКР, но и до Февральской революции. Пользуясь военными субсидиями государства, потекшими с 1914 г. на поддержку отрасли, предприниматели удвоили количество шахт в регионе (с785 в 1914 г. до 1601 к январю 1917 г.), многие из которых, как выяснилось, были фиктивными. «В результате образовался целый ряд предприятий-паразитов, – говорилось на заседании ЮОСНХ, – рудников, заложенных только для виду, явно убыточных, на которых себестоимость угля обходится иногда в полтора рубля ... Субсидировать такие рудники было бы бессмыслицей, сами они себя не окупают, они должны быть ликвидированы». В результате совнархоз Артема–Бажанова постановил создать специальный ликвидационный фонд, целью которого было бы перенаправление шахтёров с подобных рудников в те местности Донбасса, где рабочих рук не хватало. На это было решено выделить 1 млн рублей.». Это, кстати, замечательный пример того, как экономика "России, которую мы потеряли" процветала и росла как на дрожжах до революций 1917 года ...

  
  

  Что вызвало интерес

  Несмотря на подобную шизофрению, автор очень интересно пишет про историю именно Донбасса, и я нашёл много очень интересного об истории этого региона сразу после Октябрьской революции. Вот некоторые примеры того, что лично мне запомнилось.

  №1: Оказывается, как нам рассказывает автор, ДКР первыми в стране стали привлекать технических специалистов обратно на уже социалистическое производство.

  №2: Поскольку после краха монархии, а затем и буржуазной республики, в России был денежный кризис, многие предприятия, оказывается выпускали свои денежные суррогаты – боны:

  «В некоторых регионах Донецкой республики местные власти вынуждены пойти на печатание денежных суррогатов – бон. Это тоже не было изобретением ДКР, боны начались печататься в различных регионах России, страдавших от нехватки дензнаков с конца 1917 г. А уж в 1918 г. это стало повсеместным явлением, особенно для отдаленных районов, оторванных от столиц войной, разрухой и полным бедламом.»

  №3: Роль наркомата труда в ДКР («примирительный наркомат», как его называет сам автор): «Предыдущее руководство Донецко-Криворожского региона в лице Временного Комитета Донбасса и областного комитета Советов погрязло в попытках решить бесконечные трудовые споры, которые возникали на протяжении всего 1917 г. между владельцами и работниками предприятий. В ДКР эта неблагодарная работа была взвалена на наркомат труда, который возглавил Борис Магидов.»

  
  

  Заключение

  В заключении хочу поделиться моей основной мыслью, которая кристаллизировалась у меня по итогу прочтения данной монографии. В этой книге присутствуют как антисоветские, так и просоветские максимы, обобщающие суждения, а где-то и просто клише. Но в этом, как сладкая конфета в несъедобной обёртке, лежит история о жизни и борьбе одного региона нашей страны. Всё, что касается именно истории региона, написано интересно, понятно и с достаточными деталями. И когда читаешь эту историю, историю края, понимаешь, что «на земле» не совсем так, а в большинстве случаев совсем не так, как отражено во всех этих максамах и клише.

  Так вот, мысль, которой я хочу закончить мою рецензию, следующая: если у нас будут написаны подобные основательные монографии по истории каждого края нашей страны, то прочитав их все читатель убедится, что у всех этих крайних антисоветских и просоветских клише вообще нет и не было реальных оснований.

  4

  26