Рецензия на книгу

• 

  OlgaZadvornova9 января 2026 г.

  «Какой Дюма? – Единственный!»

  Не первая прочитанная романизированная биография из-под пера мастера жанра Андре Моруа. Слог, как всегда, блестящий и увлекательный.

  Три поколения Дюма: генерал наполеоновской армии Тома-Александр, знаменитый писатель авантюрного жанра невероятной плодовитости Александр Дюма-отец и автор незабвенного романа «Дама с камелиями», а также множества пьес Александр Дюма-сын.

  Конечно, львиную долю в романе занимает колоритнейшая личность Дюма- отца, по-другому и быть не может – большой, шумный, красноречивый, добродушный, неугомонный, с фантастической работоспособностью, невероятным темпераментом, фантазёр, прожектёр. Везде, где бы он ни появлялся, он был центром, занимал главное место, вот и в книге Моруа тоже.

  Про Дюма-деда мы узнаём из первых глав книги вкратце. Мулат- богатырь, недюжинной силы и отваги, вспыльчивый, прямолинейный, неумеющий льстить и лукавить, после всех своих военных подвигов попал в опалу к тщеславному Наполеону, негативно высказавшись о Египетском походе, что Бонапарт не простил ему до конца жизни, враз позабыв все его доблести. После пребывания в Неаполитанской тюрьме у правителей Бурбонов, генерал подорвал своё здоровье и умер сравнительно молодым, бедствуя сам и оставив в бедности свою семью.

  Мне встречались несколько новелл Дюма, в которых он отдаёт дань памяти и восхищения бравым генералом – отцом.

  Судьба Дюма-сына тесно переплетается с судьбой отца. Моруа щедро включает в свой роман множество цитат из переписки Дюма-отца и Дюма-сына. У отца эти цитаты читать очень интересно, живой слог, особенно впечатляет приведённый длинный отрывок из письма писателя, отправившегося в путешествие по России, он побывал не только в Петербурге и Москве, но и в круизе по Волге, на знаменитой Нижегородской ярмарке, в Астрахани – впечатления были незабываемые.

  Ещё запомнился эпизод, когда на Сицилии высадился Гарибальди со своей Тысячей. Дюма в это время как раз путешествовал по Италии. После Сицилии гарибальдийцы двинули на Неаполь, и Дюма просто не мог не поучаствовать в таком приключении. К тому же символически он отомстил Бурбонам за своего отца.

  Отрывки из писем Дюма-сына читать не так интересно, они пространнее, но с изрядной долей занудства. Александр Второй, натерпевшись в детстве и отрочестве обид, насмешек и оскорблений из-за своей незаконнорожденности, в юности под руководством отца окунувшись в жизнь света и полусвета, к зрелости стал моралистом.

  Его не очень интересовали темы политики, экономики или истории, он всю жизнь разрабатывал тему взаимоотношений мужчины и женщины, адюльтера, положения внебрачных детей. В своих пьесах, повестях, романах поднимал эти темы, рассматривая их с разных сторон; выступал за право женщин на развод, за всеобщее избирательное право, осуждал то негодяек-разрушительниц семьи, то негодяев-соблазнителей невинных девушек.

  При этом в своей жизни был крайне противоречив излагаемым принципам. Его болезненные отношения с замужними русскими дамами Лидией Нессельроде и Надеждой Нарышкиной отдавали скандалом. На Нарышкиной, когда умер её муж, он в итоге женился, и им пришлось удочерять собственную 4-летнюю дочь. Вообще, французские законы того времени были крайне абсурдны, если учесть, что сам Александр-сын был в возрасте 7 лет отторгнут от своей матери, которая заботилась о нём и вела добропорядочный образ жизни, и помещён по решению суда в гораздо более неблагоприятные для ребёнка условия. Эта травма была не изжита Александром до конца жизни.

  Экзальтированные женщины осаждали Александра и крутились вокруг него до самого преклонного возраста, зная о его несчастной семейной жизни. Многим (но всем ли?) он давал отпор. Но вот когда ему было за 60, завёл роман с молоденькой актрисой, и даже через 3 месяца после смерти жены женился на ней, а ещё через 3 месяца умер. Всё в жизни Александра Второго было крайне противоречиво и болезненно.

  Совсем другим представляется Александр Первый, Дюма-отец. Несмотря на свой бурный темперамент, потрясающее мотовство, ошеломляющие долги, ловкие увёртки от кредиторов, толпы содержанок и прихлебателей, любовниц бывших, настоящих и одновременных, жизнь то в роскоши, то в последующем банкротстве, скандалы с соавторами, и прочее и прочее – создаётся впечатление, что он жил в гармонии с самим собой и умер в покое, без страданий раскаяния и сожаления.

  52

  115