Рецензия на книгу
Жить
Юй Хуа
ARSLIBERA28 декабря 2025 г.䷔ Глядя на грозу, не забывайте о солнце, которое скоро покажется из-за туч (И Цзин)
Сюжет + Общее впечатление + Язык: 9+9+9=9,0
Рацио-Эмоцио: 70% - РациоБлиз-аннотация: Семейная сага без героев, морали и катарсиса, где "жить" - это просто не прекращаться.
Давайте, положа руку на сердце, скажем, что если в русской классической литературе все счастливые семьи счастливы одинаково, то в китайской, особенно в "новой волне", все романы задаются рамками семейной саги и глобальными изменениями, которые затронули Китай в XX веке.
Из одних китайских писателей получаются дивные рассказчики, из других - скорее неплохие педагоги. Третьи же становятся столпами литературы, на чьи произведения будут оборачиваться последующие поколения, а читатель бережно сохранять в своей памяти.
Короткий роман "Жить" Юй Хуа - из разряда последних. Возможно на меня подействовало то, что последний месяц я каждый вечер устраиваю сам себе чайную церемонию. Автор пользуясь аккуратными мазками написал трогательную картину, словно тушью на шелке, рассказав историю семьи в бурлящем событиями ХХ веке в Китае. Юй Хуа предельно краток и ясен. Ему не требуются лишние слова, чтобы поучать своего читателя, потому что вся суть истории кроется в простом и понятном слове "жить", которое и дает заголовок всему роману. Он не лезет за словом в карман, не уродует действительность гиперболами, не орошает реальность кровью, не добавляет магического реализма, но при этом всем, его история получается на удивление живой.
Юй Хуа сознательно лишает свою историю драматизма века, все события, как война, голод или культурная революция не оформлены словно некие трагические вершины. Они в романе проходят также как и плохая погода. Потому что "жить" в авторском прочтении - это продолжать существовать, даже после утраты всех опор. Этот роман без каких либо нравственных выводов, возможно, поэтому он честнее другой морализаторской литературы.
Человек в романе "Жить" предельно дегероизирован. Автор намеренно лишает своего героя исторической миссии. Здесь никто не противостоит эпохе, не формулирует позицию и не извлекает уроков. История перемалывает человека, а он, в ответ, не возвышается до трагического масштаба, а просто продолжает существовать. Пожалуй, в этом отсутствии жеста, в этой животной инерции жизни и заключается предельная честность романа. Попытки измерить любую жизнь общей линейкой, сквозь призму этого романа, выглядят не просто бесполезными, а именно лишними - как и любое стремление стричь всех под одну гребенку.
Невольно во время чтения я ловил себя на мысли о том, что весь роман уж очень сильно напоминает рассказы моего дедушки - когда в его 90 лет я выспрашивал у него истории. Потому что они были столь же откровенны, сколь и лишены желания что-либо объяснять или оправдывать. Здесь не требуется каких-то оценочных суждений, не чешутся руки в поиске правды жизни. Здесь остается только созерцание и ощущение мимолетности жизни, в которой есть и бури, и ласки, и смех, и слезы.
Соглашусь с подписчиками, что для завершения года роман оказался очень удачным. С той щемящей грустью и подспудной радостью, когда сердцу беспокойному удается увидеть надежду не в каким-то абстрактным обещанием, но простым продолжением дыхания.
1881