Рецензия на книгу

• 

  colmillo

  12 ноября 2025

  Сюжет. Миа, дочь осуждённого за измену, чудом избегает смерти и клянётся отомстить тем, кто уничтожил её семью. Чтобы исполнить свою клятву, она поступает в Черную церковь — тайную школу убийц, где учеников обучают мастерству смерти, коварству и предательству.

  Общие впечатления. Абсолютно каждая строчка в книге без остановки напоминала о том, что книга была написана сорокалетним мужиком, пишущем о 16-летней девушке, стараясь изо всех сил сделать её самой дерзкой и крутой стервой в мире.

  С самых первых глав автор из кожи вон лезет, пытается доказать какая Миа вся крутая и офигенная и, конечно же... не такая как все девушки (ВАУ!).

  
  Девушка не была красавицей. О, в сказках, которые вы слышали об убийце, разрушившей Итрейскую республику, ее красота, несомненно, описывалась не иначе как сверхъестественная: молочно-белая кожа, стройная фигурка да губки бантиком. Она действительно обладала этими чертами, но в целом образ выходил... немного искаженным. В конце концов, «молочно-белая» – просто красивый синоним к «нездоровой». «Стройная» – поэтическое описание «истощенной».
  У нее были бледная кожа и впалые щеки, из-за которых девушка выглядела голодной и болезненной. Иссиня-черные волосы, ниспадавшие до ребер, криво обрезанная челка. Губы потрескавшиеся, под глазами синяки, нос был сломан как минимум раз.
  Будь ее лицо пазлом, многие спрятали бы его обратно в коробку.
  Кроме того, она была низенькой. Тощей, как жердь. Задницы едва хватало на то, чтобы штанам было на чем держаться. Явно не та красавица, ради которой любовники готовы отдать жизнь, армии – выступить в поход, а герои – истребить бога или демона. Полная противоположность тому, что вам рассказывали поэты, верно? Но она не была лишена обаяния, дорогие друзья. А поэты ваши – врут, как срут.

  Ну, так и автор тоже ведь “врёт, как срёт”, нет? Ведь по сути, это тупо был поэтичный способ сказать: “Да, она бледная и худая, но всё равно страшненькая. Клянусь богом, она всё ещё страшненькая! Разве не видно? Она не такая, как все эти женские персонажи, соответствующие общепринятым стандартам красоты! Она такая болезненно бледная, болезненно худая — ну просто ходячая анемия!!!1! Ты ведь никогда не увидишь красивую девушку, которая выглядела бы вот так, правда? Ни на подиуме, ни по телеку, ни в глянце... Вот прям вообще нигде и никогда.”

  Также в самом начале Миа находит себе компаньона – паренька Трика, который но на деле выполняет роль живого реквизита. Скромный, молчаливый паренек, который предпочитает держаться в тени и не лезет никуда без нужды. Это очень удобно для “раскрытия” персонажа Мии — ведь теперь героиня может в полный голос рассуждать о жизни, показывать, какая она крутая, и блистать на фоне его усталого молчания. Он сидит, слушает, иногда вставляет пару слов, но в основном просто кивает, пока она философствует, занимается какой то мрачной фигней и демонстрирует, насколько она независимая, умная, опасная, дерзкая и вообще — огонь.

  
  – Даже не сомневайся, он та еще манда.
  Юноша поднял брови и слегка приоткрыл рот.
  Мия насупленно встретила его взгляд.
  – Что?
  – Мама говорила, что это плохое слово, – Трик нахмурился. – Очень плохое. Мне запретили его произносить. Особенно в присутствии донны.
  – Ой, да что ты, – Мия снова затянулась сигариллой и сощурила глаза. – И почему же?
  – Не знаю, – пробормотал Трик. – Просто она так сказала.
  Девушка покачала головой, кривая челка упала на глаза.
  – Знаешь, я никогда этого не понимала. Почему, если тебя обзывают женской промежностью, – это обиднее, чем какое-либо другое ругательство? Как по мне, когда тебя обзывают мужским причиндалом, это куда хуже. К примеру, что ты думаешь, когда слышишь, как какого-то паренька кличут «елдой»?
  Трик пожал плечами, озадаченный таким поворотом в разговоре.
  – Ты думаешь, что он олух, не так ли? – продолжила Мия. – Что в нем столько дерьма, что места для мозгов не осталось. Тупоголовый ублюдок, который думает только о дрочке и совершенно не понимает, как он выглядит в глазах других.
  В воздухе между ними повисло серое облачко дыма с гвоздичным ароматом.
  – «Елда» – это то же самое, что и «дурак». Но если назвать кого-то мандой, что ж... – девушка улыбнулась. – В этом слове ощущается злоба. Намеренная. Яростная и осознанная. Не думай, что, называя консула Скаеву мандой, я пытаюсь его оскорбить. Это значит, я признаю, что у него есть мозги. Есть острые зубки. Если кто-то назовет тебя мандой, считай это комплиментом. Знаком того, что люди думают, что с тобой опасно связываться. – Пожала плечами. – Кажется, это называют иронией.
  Мия шмыгнула носом, глядя на простирающуюся перед ними пустыню.
  – По правде говоря, между нашими половыми органами нет особой разницы. Помимо очевидной, конечно же. Что один, что другой не придают нам большего или меньшего значения. Почему то, что у меня между ног, должно считаться умнее или глупее, лучше или хуже? Это всего лишь плоть, дон Трик. В конце концов она станет пищей для червей. Прямо как Дуомо, Рем и Скаева.
  Последняя затяжка, долгая и щедрая, словно она вытягивала саму жизнь из этой сигариллы.
  – Но я бы все равно предпочла, чтобы меня называли мандой, а не елдой.
  Девушка выдохнула дым и затушила сигариллу носком ботинка.
  Сплюнула в ветер.
  И, вот так просто, наш юный Трик влюбился.

  ...??? Что, блин.

  Для сравнения, в оригинале используются ругательства “cunt” и “cock”, ага. Но в чём прикол этого диалога (по факту, монолога)? Миа разворачивает всю это идую в какой-то глобальный контекст (зачем-то). Типа если называть всех “манда”, независимо от пола, то слово теряет свою оскорбительную силу и перестает быть инструментом унижения женщин и оно становится инструментом силы, способом вернуть себе контроль над языком и значением слов? Ну да... Но и нет... Блин, я не знаю. Странный диалог и он напоминает пьяные споры с друзьями на какие то дикие темы, в это случае – что более оскорбительно: называть кого-то “мандой” или “елдой”?

  Вообще автор постоянно играет с идей сильных независимых женских персонажей, иногда даже с феминизмом, но он почему-то всегда скатывается в самые скучные стереотипы, касающиеся женщин. Пример, в школу убийц, в которой учится Миа, помимо всего прочего её преподают искусство соблазнения. Ну да, ну да, какой же это сильный женский персонаж, если она не пользуется своей сексуальностью как оружием... Короче, её учитель Аалея замечает, что Миа никогда не смотрит в зеркало.

  
  – Тебе повезло больше, чем ты думаешь. Ты родилась без того, за что большинство людей ценят своих возлюбленных. Эта глупая ценность зовется красотой. Ты знаешь, каково это, когда на тебя не обращают внимания.

  ЛОЛ, ну училка у нее и тварь, в лицо человеку сказала “Ах, Миа, как же тебе повезло родиться уродиной. Я тебе так завидую... От меня вот вообще не отлипают. Хнык-хнык.”

  
  Но это мир сенаторов, консулов и люминатов – республик, культов и учреждений, построенных и поддерживаемых преимущественно мужчинами. В нем любовь – это оружие. Секс – это оружие. Твои глаза? Твое тело? Твоя улыбка? – Женщина пожала плечами. – Оружие. И они дают больше силы, чем тысяча мечей. Открывают больше ворот, чем тысяча боевых ходоков. Любовь свергала королей, Мия! Рушила империи! Даже посеяла раздор на нашем бедном, опаленном солнцами небе. Они ни за что не увидят нож в твоей руке, если будут заворожены твоими глазами. Они ни за что не почувствуют отраву в своем вине, если будут опьянены твоей внешностью. – Женщина повела плечом. – Красота попросту все облегчает, милая. С ней тебе будет проще, чем сейчас. Может, это и грустно. Может, и неправильно. Но такова истина.

  С какими-то моментами я согласна, но дело в том, что весь этот монолог, но проблема в том, что по сути большинство женских сильных персонажей, чуть ли не обязаны либо пользоваться своей сексаульностью (играть роль femme fatale, например), либо обязательно иметь активную половую жизнь? И, конечно же, они должны быть привлекательными и сексуальными. Вот почему уродливая зануда не может быть сильной женщиной в таких книгах?

  Но это всё не важно, потому что в итоге 16-летняя Миа прошла через своего рода пластическую операцию, включающую в себя увеличение груди. Мдааа....

  
  Изменения были мелкими, но почему-то обеспечили существенную разницу. Губы стали более пухлыми. Нос выпрямлен. Кожа – нежная, как сливки. Синяки под глазами исчезли, а сами глаза стали будто бы немного больше. Кстати, об этом...
  Мия заглянула в вырез одежды и уставилась на место, где раньше не было груди.
  – Дочери, – пробормотала она. – Это что-то новенькое...

  Итог. Самой ужасной эту книгу, конечно, не назавешь, и многие моменты мне действительно понравились. Но то, как автор отчаянно старался сделать книгу мрачной и дерзкой, и чтобы прям уххх! немного смущало. Сюжетка такая же как и у каждой третьей YA фэнтези – школа ассасинов, месть ГГ за родителей и т.д. Так что по сравнению с подобными, книга не самая скучная, но уникальности ей не хватает.

  59 понравилось

  1,9K